из этого дерьма.
— Скажу — не поверишь, — процедил я.
Мы сидели в трактире в деревушке, соседней от той, где я оставил ведьму. По уму, стоило бежать в дом, чтобы убедиться, что все в порядке. Но позволил себе небольшую передышку. Пара часов, не более.
— Я вообще уже ничему не удивлюсь, Ад, — ухмыльнулся друг. — Твоя жизнь охренеть как быстро меняется.
— Фигню не неси. Это… временно, — говорил и сам не верил.
Януш прекрасно осведомлен о том, по какой причине я умудрился вляпаться в плохо пахнущую историю. Воевать со стражниками, половина которых сидит на прикорме — это одно. Но идти против величины, которая вознамерилась убить мою, млять, жену… Не уверен, что хватит силенок.
— Я был в храме, так что можешь мне тут не лить, — буркнул собутыльник. — Выкладывай. Придумаем, что делать.
— Ты же знаешь, что король у нас — существо чисто номинальное, а правят всем давно другие люди? — спросил я вполголоса.
Не хватало еще, чтобы чье-то большое ухо расслышало мои слова.
— Ну так!
— Один из них — колдун Димитрий Сорай.
— Это тот, кто все время бодался с твоих усопшим тестем?
Посмотрел на друга удивленно.
— Откуда знаешь?
— А ты не знал?
— До недавнего времени мне было плевать.
Действительно, разборки сильных мира меня не волновали. Пусть хоть все друг друга перебьют, мне-то какая разница?
— Кстати, он не просто один из главных, а чуть ли не самый крутой, — вспомнил Януш, все еще поражая своими познаниями в политических распрях королевства. — И что, на старшем Зарае он решил не останавливаться?
— Черт его знает, но, кажись, так и есть. И те на тракте…
— Да уж догадался. Хреновато.
Мы помолчали. Вокруг сновали гуляки, многие из которых уже не могли идти достаточно прямо, чтобы не напороться на угол криво стоящего стола или заметить стул под коленями. Грудастая деваха без напоминания подлила браги в наши пузатые деревянные кружки, склонившись так, чтобы аппетитные груди почти выпрыгнули из огромного выреза. Януш облизнулся и звонко шлепнул бабищу по оттопыренному заду. Та тихо ойкнула и подарила ему призывный взгляд.
Не удивлюсь, если здесь придется задержаться. Он явно настроен на продолжение их знакомства где-нибудь в подсобке. Вон как смотрит. Я не против, пусть веселится. Спустить пар порой просто необходимо. Я бы тоже от такого времяпрепровождения не отказался. Наверное.
— А почему он ее просто не прикончит? — снова начал разговор Януш. — Не долбанет магией, или как это у колдунов делается?
— Не знаю, — пожал я плечами. — Могу только догадываться, что Всеволод успел ее как-то защитить. Магически.
Кстати, скорее всего, так и есть. Он был достаточно силен, чтобы наложить на нее защиту от подобных поползновений. А вот от клинка или проломленной башки ее придется спасать мне.
— Да, дружище, ты попал, конечно, — подумав, заключил уже изрядно подвыпивший Януш через очередную длинную паузу. — Если он будет постоянно посылать к ней отморозков, то рано или поздно хоть один да ее достанет.
— Думаешь, я не понимаю? Значит, придется достать его первым.
— То есть? Переманить под себя всех наемников королевства?
— Была такая мысль. Не успею, — и вряд ли это возможно, — так что буду действовать нашим старым методом. Ловить главаря.
— Хера себе ты замахнулся! Ад, помнишь, что одолеть в поединке любого сильнейшего здоровяка и справиться с самым гаденьким колдунишкой — вещи несовместимые? Причем колдунишка по всем пунктам выигрывает.
— А есть еще варианты? Я уже задрался башку ломать. Ничего другого не лезет.
Друг покусал губы.
— Вообще, она тоже не лыком шита, как выяснилось, — протянул осторожно.
— Не напоминай!
— Я серьезно! У нее силищи на их эти магические штуки — ого-го, ты же там был!
— Был. И видел, что с ней потом стало?
— Устала, наверное.
Вот черт ее знает, почему она отключилась! Хотел же спросить, да как-то не до этого было. Я вообще все мысли теряю, когда оказываемся рядом, только злость и… кое-что еще, что совершенно не входит в мои планы.
— Я это к не к тому, чтобы кинуть малую, — предупреждающе икнул Януш. — Хм, хотя ты и не можешь… Но, раз взялся за лямку, тяни, — ага, скорее, за удавку! — Она девка ладная и смешная. Только грустная.
— Она — грустная?! — я чуть не отшатнулся от друга. — Как-то странно ты называешь бешеную фурию!
— Ну, не преувеличивай.
Хотел было возразить Янушу, но передумал. Перед глазами встало ее лицо там, в карете. Готов поклясться, она чуть не разрыдалась у меня на руках!
— Ладно, не ссы, разберемся, как всегда, — приятель хлопнул меня по плечу. — А сейчас позвольте откланяться. Кажется мне, что одной симпатичной особе уже не терпится отыскать в моих штанах одну преинтересную штуку.
— Вот это ты завернул!
— А то! И тебе, кстати, советую. У тебя, кстати, как с этим? Верность хранишь?
— Иди уже!
Януш заржал и, шутливо поклонившись, неровной походкой направился в сторону томно взирающей на него трактирщицы. Хоть у кого-то сегодня будет хорошее настроение. А, может, и правда мне тоже стоит сбросить пыл и размяться? С тех пор как ведьма попала в мою жизнь, я ни разу не пристраивался к бедрам какой-нибудь молоденькой потаскухи.
Я обернулся в поисках кандидаток, которых, видят Боги, в подобном заведении всегда много. Мне тут же отправили шаловливый поцелуй с дальнего угла. А что, ничего барышня. Губы сочные, сиськи большие — все, как мне нравится.
Расплатился и решительно пошел к ее столику. Она сидела в компании пьяниц, которые даже глазом не моргнули, когда она поднялась мне навстречу.
— Привет, красавчик. Гляжу, ты не против порезвиться?
Отлично, не придется тратить красноречие. Все по делу, то, что я люблю. Девица сама взяла меня за руку и повела наверх, на второй этаж, где всегда расположены комнаты, предназначенные специально для быстрой разрядки.
В предвкушении удовольствия я даже улыбнулся. Черт с ней, с этой ведьмой, от небольшой задержки мир не перевернется.
ГЛАВА 14. Злость во плоти
Адриан
Выскочил на улицу, будто за мной гналась стая презлющих пчел. Шибанул кулаком стену так, что разбил доски в мелкую щепу, выругался, когда одна из них угодила в глаз. Таким бешеным сам себя еще никогда не чувствовал. Только это мое обычное состояние последние недели, и все из-за ведьмы!
Молодуха уже повернулась ко мне весьма подтянутой попкой, сама задрала подол, покрутив призывно голым задом, и застыла в ожидании. Влажная промежность так и умоляла засадить ей по самое не могу. Так бы я и поступил через секунду, если бы…
Вместо вожделения в груди
