догадался? — глумливо спросила старуха. Ясно, теперь не сомневаюсь, что характер им достается вместе с магией. — Готовься.
— К чему?
— Откуда я знаю? — вроде бы искренне удивилась она. — Я тебе что, всевидящая?! — вообще, я так примерно и подумал, но признаваться не стал. — К чему-то!
Решив, видимо, что все сказала, она отвернулась и, кряхтя, пошла в одной ей известную сторону. Но у самой калитки обернулась:
— Эй, муж ведьмы!
Охренеть, обращение!
— Что еще?
— Нет на тебе приворота. Даже не надейся!
ГЛАВА 16. Возвращение блудной ведьмы
Ева
Я пробыла в гостях у дриад всего три дня, но какие дни это были, мамочки! Столько узнать о жизни лесных нимф не удавалось еще ни одному смертному! Например, каким образом они оберегают свои владения от случайных людей, или почему не хотят общаться, как сами выражаются, с «внешним миром».
— Нам не нужны их заботы, — просто объяснила мне Изабель, та, что и привела меня в святая святых. — Вы слишком поверхностны. Ищете выгоду, а находите проблемы.
Что есть, то есть. Последнее прямо в цель — неприятности на пятую точку я нахожу буквально через шаг. Кстати…
— А почему тогда я попала сюда?
— Ты особенная, — улыбнулась дриада.
— Это да, — не стала скромничать я. — И все же?
— Мы знаем твоего батюшку.
Да, все именно так! Папа никогда не говорил, что был лично знаком хоть с кем-то из представителей сказочного народа. Забрал эту тайну с собой в могилу.
— Никто не может рассказать смертным о нас. Но он бывал здесь. Один раз.
— Офигеть! — произнесла тихо. — И даже мне не рассказал? — было обидно как-то.
— Он не мог, — защищала его Изабель. — И ты никому не скажешь.
— Это тоже какая-то ваша магия?
— А что, без этого ты не поклянешься хранить секрет?
Я честно задумалась. В принципе, не считала себя совсем уж балаболкой, но, чего греха таить, желание похвастаться может стать так велико, что развяжет язык. Ну или под пытками. Трудно представить, что кто-то поймает меня, чтобы вызнать все про это место… Но чем черт не шутит?
— Если есть возможность, лучше я поклянусь, — сообщила доверительно, вызвав еще одну улыбку дриады. — Мало ли.
— Мы в тебе не ошиблись, — сказала, словно, пропела она. — Но нет необходимости. Ты и так ничего не расскажешь.
Мне бы ее уверенность, конечно, но, пожав плечами, решила не спорить. Коль ей хочется верить в наличие божественного нимба над моей мохнатой макушкой — пожалуйста, кто я такая, чтобы ее отговаривать? Тем более, очень приятно, когда тебе доверяют такие создания. Возникает желание не обмануть их ожиданий.
— А много смертных, кроме нас, вас видели?
По лицу девушки скользнула тень, но она тут же вернула спокойно-приветливое выражение.
— Немного.
— Вот это да! — восхитилась я. — Держу пари, они до конца жизни останутся счастливы от такой чести!
— Да, так и есть.
— Я уж точно!
Признаться, возвращаться было грустно. Потому что там меня ждут старые и новые сложности. И еще мужика для первого раза я так себе и не нашла.
— Я постараюсь изо всех сил, чтобы не проболтаться о вас, — обещала, когда мы уже выходили с Изабель из леса, который стал обычным.
Ну, как мы. Со стороны казалось, будто шагаю одна, ее видно не было, только тихий голос, указывающий дорогу.
— Прощай, Ева, — прошелестело едва слышно.
— Прощай, Изабель, — шепнула в ответ, и в непонятном настроении отправилась к деревне.
По моим подсчетам, Ад должен вернуться завтра-послезавтра. Так что, кто знает, может, еще успею подобрать себе нужного обладателя мужского органа. Днем-то, поди, в деревне побольше мужиков водится.
Я прошла всего ничего, когда за спиной донесся страшный крик. Что опять случилось, меня не было всего ничего!
— Ева!
Ой, он что, вернулся раньше? А я-то надеялась, что его бандитские дела занимают больше времени. Ну что ж, придется врать, что ушла прогуляться, на окрестности посмотреть, себя показать… Нет, последнее будет лишним, наверное. А вообще, что я, не имею права свежим воздухом подышать?
Обернулась, улыбаясь как можно приветливо, аж скулы свело:
— Ад, надо же! А я думала, ты еще на работе, дорогой супруг!
Делая вид, что к дому и шла, просто стороны перепутала, веселой походкой направилась навстречу. Даже посвистела что-то примитивное типа «Все мы бабы — ведьмы», всячески показывая, как рада его видеть. А вот он, между прочим, нестись в объятия женушки не спешил, стоял, широко расставив ноги и буравя меня злыми глазюками. Подумаешь, напугал! Я и почище его выводила, ничего он мне не сделает!
Но, по мере приближения, уверенность в собственном бесстрашии становилась все тише и незаметнее. Передо мной стоял рассвирепевший бык, который вот-вот начнет рыть копытом землю, а после бросится на бедную ведьмочку как на красную тряпку. Жилы на шее мужчины вздулись, дышит тяжело и с хрипами. Так, а пар из ушей не идет? Вроде не видно, но я еще не подошла вплотную. Да и не хочется, положа руку на сердце.
— Прежде, чем начнешь орать, знай: ты в любом случае не прав, — безапелляционно заявила, сбавляя шаг. — И вообще, я устала и хочу есть, — вру, — и покемарить пару часиков тоже бы не помешало, — снова вру, во мне энергии, как в магфакеле после подзарядки. — И, если ты собираешься читать нотации на тему «какого черта я куда-то выходила», знай: это вообще не твое дело! — припечатала в конце и даже ногой топнула, подняв небольшое облачко дорожной пыли.
Ожидая очередного, чего уж там, взрыва гнева, я искоса следила за движениями Ада. На безопасном расстоянии, разумеется, он так прыгает, вдруг не успею среагировать. Магией-то дядьку хрен пробьешь!
— Ты где была? — наконец, прервал тишину мужчина, да еще и таким обманчиво-спокойным тоном, совершенно не вяжущимся с его внешним видом, что я слегка опешила.
— Гулять ходила, — гордо ответила. — Смотри, какая тут красота!
— Гулять, значит…
— А что? Что не так? — подняла бровь, искренне изображая удивление. — Мне нельзя выходить за пределы твоего дома?
Знаю, что нельзя, вроде как сама обещала вести себя хорошо… С другой стороны, я ведь и так ничего страшного не сделала! Наоборот, оказалась там, где каждый уважающий себя человек, одаренный ли он или простой смертный, мечтает побывать. Правда, рассказать об этом не получится.
— Хорошо, — послышалось усталое. — Пойдем.
— В смысле?
— Пойдем домой.
Он на самом деле был как-то чересчур добр. Только что пыхал гневом, а сейчас даже не отчитывает. Это ли не подозрительно?
— А поорать? — спросила, прищурившись и не двигаясь с места.
Мужчина глубоко вздохнул и прикрыл глаза.
— Просто пойдем,
