Гарри прильнул к ее плечу, и они молча продолжили смотреть выступление Дэнниса Харрингтона. Несмотря на состоявшийся разговор, ни он, ни она не стали переключать канал, чтобы посмотреть комедийное шоу или фильм ужасов. Горячие обличительные речи Дэнниса оказались намного интереснее.
Он говорил о многом, и не все было понятно Гарри и Кейт в его словах. Поначалу критика в адрес действующего губернатора звучала для них как наглая ложь, но постепенно приводимые факты и неотразимо уверенная манера Дэнниса возымели свое действие. Харрингтон подробно рассказывал о том, что в угоду интересам крупных корпораций Альфред Шелли нарушил закон штата об охране окружающей среды, и несколько гектаров земли на западе Невады были превращены в свалку для отходов производства. Дэннис говорил о фондовой бирже и о том, что за определенную плату из канцелярии губернатора некоторые биржевики получают ценные сведения и имеют возможность влиять на курс тех или иных акций. Он не обвинял Альфреда прямо, но давал понять, что все эти беззакония творятся с его попустительства.
Вначале Кейт была разъярена. Как он смеет говорить об Альфреде такие ужасные вещи? Как смеет телевидение показывать эту передачу? Конечно, только «Выбор недели» и безумный Грег Ольстен мог так открыто бросить вызов губернатору. Ведь за подобные слова нужно преследовать по суду! Однако Дэннис Харрингтон не хуже Кейт понимал, чем ему грозит это выступление, и был очень аккуратен в выборе слов. Он всего лишь оглашал некоторые факты и призывал избирателей задуматься над ролью, которую губернатор Шелли мог играть в том или ином деле.
К концу передачи у Кейт разболелась голова. Она сердцем чуяла, что Дэннис не может быть настолько низок, чтобы сознательно порочить Альфреда без всяких оснований. Значит, доля правды в его кошмарной речи есть. Конечно, не все, ведь ее Альфред не может быть таким чудовищем! Но и малой толики было достаточно, чтобы выбить Кейт из колеи. Раз начав сомневаться в муже, она уже не могла остановиться. Она ненавидела себя за это, ненавидела Дэнниса, который заставил ее потерять абсолютную веру в мужа. Но забыть выступление Дэнниса было невозможно, как и избавиться от гнетущих подозрений.
Даже Гарри было не по себе.
— Слушай, он же врет? — спросил он у Кейт с надеждой, словно она могла дать ему точный ответ. — Папа не может быть замешан во всей этой гадости…
— Конечно, не может, — сказала Кейт, но особой убежденности в ее голосе не было.
— Ни за что бы не подумал, что он способен так нагло врать. — Гарри мотнул головой в сторону телевизора.
— Мы же его совсем не знаем, — вздохнула Кейт и взяла Гарри за руку. — Мы ведь не будем расстраивать папу, задавая ему лишние вопросы, правда?
Гарри коротко кивнул, избегая ее взгляда, и Кейт пришлось удовольствоваться столь неопределенным обещанием.
И все-таки своего слова он не сдержал. Вечером во время семейного ужина, когда Альфред неторопливо разрезал бифштекс, раздался дрожащий от волнения голос Гарри.
— Папа, а сегодня по телевизору говорили, что ты позволил большим корпорациям отравить западные территории!
Кейт уронила вилку, и она со звоном стукнулась о каменные плиты пола. Тотчас слуга бесшумно поднял ее и положил рядом с тарелкой Кейт новую вилку. Из-за этого маленького происшествия она не увидела, как Альфред отреагировал на вопрос сына. Когда она подняла на него глаза, он со спокойным любопытством разглядывал мальчика.
— Интересно, где это ты наслушался такой ерунды?
— Я смотрел одну передачу, — с вызовом ответил Гарри.
Кейт была понятна его бравада. Мальчику уже тринадцать лет, а отец разговаривает с ним как с пятилетним ребенком. Но она была благодарна Гарри за то, что он сказал «я», а не «мы».
— Какую? «Новости Гринписа»?
В голосе Альфреда прозвучала ирония. Он по-прежнему не воспринимает нас всерьез, подумала Кейт с грустью. Ни меня, ни Гарри. Мы для него парочка несмышленых детей, только со мной он спит, а его воспитывает.
— Это был «Выбор недели» Грега Ольстена, — твердо сказал Гарри. — Ты должен его знать. Вы с Кейт принимали участие в прошлой передаче.
— Я знаю, о ком ты говоришь, — ледяным тоном проговорил Альфред.
— Сегодня у него был Дэннис Харрингтон, твой соперник на выборах, — не дрогнув, продолжал Гарри. — Это он сказал про земли. И про взятки в твоей канцелярии. И про то, как незаконно продали сиротский приют…
— Перестань нести чушь! — Альфред оборвал сына так сурово, что Кейт опешила. Он в раздражении отодвинул от себя тарелку. — Как можно слепо доверять всяким клеветническим вымыслам! Тебе надо бы уже понимать, Гарри, что твой отец не способен на подлость, а его конкуренты готовы на все, лишь бы избавиться от него.
— Значит, все это ложь? — уточнил Гарри.
Он словно и не слышал упреков.
— От первого до последнего слова! — взорвался Альфред и в волнении смахнул со стола бокал с минеральной водой. Тот разлетелся на мелкие кусочки, и опять вышколенный слуга в одну минуту ликвидировал последствия.
Похоже, сегодня день летающей посуды, вяло отметила про себя Кейт. Ей было страшно. Она видела, что Альфред взволнован намного сильнее, чем следовало бы. В своем благородном негодовании он перегнул палку, и Кейт молила Бога, чтобы Гарри ничего не заметил. Но провести ребенка порой сложнее, чем взрослого, и следующий вопрос не заставил себя долго ждать.
— Дэннис говорил очень убедительно, — сказал он. — И у него есть какие-то доказательства. Ты подашь на него в суд за клевету?
Кейт перестала дышать, когда Гарри назвал Дэнниса по имени. Сейчас Альфред поинтересуется, с какой стати мальчик так фамильярничает с взрослым человеком, а Гарри слишком возбужден разговором, чтобы держать язык за зубами. Кейт вся съежилась, ожидая неминуемого скандала, и даже не поняла, что он миновал. Альфред попросту не обратил внимания на оговорку сына.
— Я должен сам посмотреть эту передачу, — сухо произнес он, вставая. — Сейчас же позвоню секретарю, чтобы он достал для меня копию.
Он вышел из столовой, оставив Гарри и Кейт в немом изумлении. Альфред никогда раньше не прерывал ужина, если того не требовали особые обстоятельства. У Кейт засосало под ложечкой. Несмотря на все заверения мужа, она была склонна не доверять ему. И настороженный взгляд Гарри сказал ей, что мальчик полностью с ней согласен.
Кейт с нелегким сердцем поднималась в спальню. Она не знала, чем занимался Альфред после того, как стремительно покинул их с Гарри во время ужина. Должно быть, советовался со своими помощниками насчет обличительной передачи Грега Ольстена. Гарри разворошил гнездо пчел, размышляла Кейт, сознавая, что ей меньше всего хочется быть ужаленной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
