— Добрый вечер, Кейт, — поздоровался с ней Дэннис Харрингтон. — Надеюсь, я не очень напугал вас.
Губы Дэнниса были плотно сжаты, лоб нахмурен. Он был похож на человека, который бьется над какой-то неразрешимой задачей. Кейт смотрела на него, возникшего из ниоткуда, словно материализовавшийся ответ на мучившие ее вопросы, и никак не могла понять, радоваться ей или спасаться бегством.
— Н-нет, — пролепетала она.
Кейт внезапно пожалела, что на улице не было никого, кроме них. Если бы мимо шли посторонние люди, ей было бы намного легче притвориться, что это случайная встреча случайных знакомых, у которых нет ни одной причины, чтобы не стать друзьями. Проговорить стандартный набор фраз, после которого можно с чистой совестью попрощаться и идти своей дорогой… Но Кейт не повезло. На улице не было ни души, и поддерживать светскую беседу в этой ситуации было глупо.
— Что вы делаете здесь? — спросила Кейт первое, что пришло в голову.
— Вас жду, — последовал незамедлительный ответ, от которого у нее задрожали колени.
Кейт провела рукой по лбу. Странная тяжесть навалилась на нее. Невозможно было ни думать, ни двигаться. Этот человек околдовал ее, стоило ему появиться рядом. Кейт была полностью в его распоряжении. Она подняла голову и посмотрела ему в глаза, и то, что она прочитала в них, наполнило ее сердце радостным трепетом. Не триумфальным победителем пришел он к ней, а жалким просителем, умоляющим, а не требующим.
— Как вы узнали, что я сегодня приеду сюда? — спросила Кейт, чтобы нарушить тишину. Тишина становилась слишком опасной. Не могут два взрослых человека стоять посередине улицы и молча смотреть друг на друга.
— Я позвонил вам домой, — усмехнулся Дэннис. — Мне повезло. Я как раз находился неподалеку и заскочил сюда, чтобы повидать вас.
— Вы… звонили… — пролепетала Кейт, ошеломленная такой неслыханной смелостью. — Но… с кем вы разговаривали?
— Кажется, с вашим пасынком. Не переживайте, Кейт. — Дэннис заметил ее волнение, и его улыбка стала более зловещей. — Многоуважаемый мистер Шелли в тот момент отсутствовал.
Насмешливый тон Дэнниса немного отрезвил Кейт. Какое право имеет этот человек звонить ей и расспрашивать ее родных? Он должен держаться подальше от дома Альфреда Шелли, если не желает нажить себе неприятностей!
Но, глядя на измученное лицо Дэнниса в тусклом свете фонаря, Кейт поняла, что он меньше всего думал о возможных неприятностях, а его нынешняя бравада — всего лишь способ защитить себя.
— Вам не стоило этого делать, — мягко заметила она. — Вас могли узнать.
— И пусть, — вырвалось у Дэнниса. — Я больше так не могу, Кейт…
Это признание потрясло ее гораздо больше, чем она могла себе представить. Этот сильный и властный мужчина склонялся к ее ногам, хотя знал, что она — последняя женщина на земле, на которую ему следует обращать внимание. И в отчаянной попытке спасти себя, его, Альфреда от того, что угрожало разрушить их жизни, Кейт воскликнула:
— Вы не должны так говорить! Это невозможно!
— Невозможно, — уныло согласился Дэннис.
Он сделает все, что я скажу, промелькнула у нее в голове мысль. Если я запрещу ему искать со мной встречи, он подчинится. Он не будет настаивать, потому что он знает лучше меня, чем это чревато.
Кейт вздохнула поглубже, готовясь к суровой отповеди. Сейчас она скажет ему, что их встречи — безумие и что они обязаны думать о других людях. Может разразиться ужасный скандал, в котором окажутся замешаны очень многие. Они не имеют права…
Но тогда ты больше никогда не увидишь его! — воскликнул кто-то в ее сердце. И тебе останется только мечтать о нем в темноте своей спальни, слушая, как рядом посапывает Альфред. Мечтать год, два, десять, двадцать, пока воспоминание о Дэннисе не превратится в призрак и окончательно утратит связь с реальностью. Да и будет ли о чем вспоминать? О единственном танце у Дороти Брукфилд, когда ее кожа плавилась под его ладонями, или о том разговоре на балконе, когда ей было достаточно протянуть руку, чтобы дотронуться до него? Негусто. Серая безрадостная жизнь ожидает ее, если она откажется от Дэнниса. Неужели долг сильнее, чем желание быть счастливой?
Уважение к Альфреду, благодарность, страх перед общественным мнением, правила приличия, ее положение замужней женщины — все это казалось такими пустяками по сравнению с возможностью касаться Дэнниса, ощущать его близость, слышать его голос. Условности, которыми была опутана Кейт, были сильны, пока его не было рядом. Но в его присутствии они теряли свое значение…
И впервые в жизни сердце Кейт взяло верх над рассудком.
— Господи, почему же все так сложно, — вздохнула она.
Кейт была растеряна и измучена. Бороться с собой так тяжело и неприятно, а соблазн слишком велик… Она проиграла битву и была рада капитулировать.
Дэннис обнял ее. Кейт сама не поняла, как это получилось. Просто в одну секунду он стоял напротив нее, а уже в другую — прижимал ее к своей груди. Биение его сердца эхом отдавалось в ее ушах. Кейт не анализировала, что бы подумал Альфред, если бы увидел ее сейчас. По всем общепринятым нормам она поступала неправильно. Но что ей было до общепринятых норм, если впервые в жизни ее тело таяло как воск от прикосновения мужчины?
Не стыдясь никого, Кейт обхватила Дэнниса за плечи. Как восхитительно было обнимать его, ощущать ладонями его мускулы под тонкой рубашкой, прижиматься к нему всем телом и чувствовать, как он замирает от ее осторожных касаний. Кейт открывала для себя красоту и силу мужского тела и смутно угадывала, какую радость оно способно подарить женщине. Она была так наивна и неопытна, что даже не подозревала о том, какой огонь разгорается в крови Дэнниса от каждого ее движения и как трудно ему сдерживаться… Поглощенная своими исследованиями, Кейт не замечала ничего, и когда Дэннис, не выдержав, стиснул ее в объятиях и потянулся к ее губам, она была застигнута врасплох.
Этот поцелуй не походил ни на что из того, что ей довелось испытать раньше. Она привыкла спокойно относиться к поцелуям. Мальчишки, с которыми Кейт целовалась в школе, смешили ее и не вызывали никаких особенных чувств. Для Альфреда поцелуй всегда был обязательной прелюдией к исполнению супружеского долга. Но губы Дэнниса Харрингтона открыли для Кейт целую вселенную, до сих пор незнакомую, полную головокружительных взлетов и падений. Вначале Дэннис целовал ее очень бережно, и Кейт легко доверилась ему. Она растворялась в нежности его губ, и в ее ответном поцелуе было лишь привычное целомудрие. Но неожиданно для нее самой нежность переросла в пламя, и вот уже все тело Кейт горит в бушующем огне страсти… У нее подкосились колени, но о том, чтобы остановить Дэнниса, она и не помышляла. Наоборот, с каждой секундой жажда ее возрастала, и поцелуи не приносили желанного удовлетворения…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
