Читаем без скачивания Звезда сироты - Алан Фостер

– Поэтому, как вы видите, если проверить исследования, проведенные за последние восемь лет на Плутоне, Глоризе и Типендемосе, то обнаружится, что любые дополнительные модификации системы оружия СККАМ должны принимать в расчет жесткие ограничения, вызываемые самим осмиридием.

Через мгновение донесся еще один обрывок разговора, этот – от мужчины среднего возраста с пышной белой бородой, сидящего позади него:

– Уровни производства на Канзастане и Меж-Канзастане в секторе Брайан предполагают, что при надлежащем внеатмосферном севе производство пищевого зерна можно увеличить на целых двадцать процентов за три следующих посевных года.

Флинкс нахмурился, слушая это интенсивное бурление, но обеспокоило его не отсутствие в дискуссиях теологии. Он не мог по-настоящему судить, но даже для его нетренированных ушей казалось, что в присутствии не служителей Церкви обсуждалась масса очень чувствительных вопросов. Доказывало ли это, что Церковь была неэффективной или типично челанксийской, он не мог решить. Хотя безопасность была не его проблемой, она, тем не менее, тревожила его, когда он закончил свой обед.

Он все еще испытывал тревогу следующим утром, когда вернулся к столу в помещении у входа. Мона Тантиви была на дежурстве и улыбнулась, увидев его приближение. Теперь в помещении было оживленно – служители Церкви постоянно сновали из одного коридора в другой и через двойные двери входа.

– Готовы? – спросила она.

– Я хотел бы покончить с этим как можно скорее, – сказал он более резким тоном, чем собирался. Осознав, что слегка дрожит, Флинкс решительно заставил себя успокоиться.

Женщина укоряюще поджала губы.

– Не ведите себя так, словно вас ждет прививка или что-то в этом роде.

– В некотором смысле, именно так я себя и чувствую, – мрачно ответил он.

И так оно и было. Флинкс вырос с неполным знанием самого себя. Если он не найдет здесь лекарства, то, вероятно, вечно будет нести с собой этот крест.

Женщина медленно кивнула и нажала кнопку. Спустя несколько минут из ближайшего коридора вышел мужчина лет сорока с лишним, сложенный как борец. Улыбка его была очень похожа на улыбку Тантиви, и он излучал то же самое желание оказать помощь и быть полезным. Флинкс гадал, была ли эта позиция естественной или не была ли она тоже частью Церковного курса инструктажа: Развитая Манипуляция Личностью через Традиционную Лицевую Жестикуляцию, или что-нибудь похожее.

Флинкс сердито оттолкнул в сторону свой инстинктивный сарказм. Имело значение только одно: узнать то, зачем он явился.

– Меня зовут Намото, – представился с улыбкой и рукопожатием дородный житель востока. – Рад с вами познакомится, мистер Линкс.

Флинкс сдерживающе поднял руку:

– Давайте не будем называть меня так, пока не докажем этого. Просто Флинкс, пожалуйста.

Улыбка не растаяла.

– Ладно, кто бы вы ни были. Идемте со мной и посмотрим, что мы сможем выяснить о том, кто вы такой.

После двадцати минут прогулки по переходам и безликим коридорам Флинкс основательно потерял ориентировку.

– Трудно поверить, что Церковные архивы знают о каждом человеке в Содружестве…

– …и о каждом транксе, – закончил за него Намото, – все хранится в этом маленьком здании, но это правда. Хранение информации – наука с тысячелетней историей. Искусство редуцирования документов развили до очень высокой степени. Большинство архивов в этом здании были бы невидимыми под стандартным микроскопом. Наши сканеры и принтеры работают с куда большей разрешимостью.

Он остановился перед дверью, ничем не отличавшейся на вид от сотни уже пройденных.

– Вот мы и пришли.

Единственное слово, выгравированное на полупрозрачной двери просто гласило: "Генеалогия". За этой дверью находилась ранняя история жизней миллиардов челанксов, хотя и не всех из них. Были еще те, кто не желал иметь никаких документов, помимо собственной эпитафии, и некоторые из них этого добились.

С другой стороны, Флинкс всю свою жизнь прожил без документов и устал от этого.

– Число ныне здравствующих Филипов Линксов может оказаться немалым, – высказал предположение Намото, открывая дверь ключом, – хотя из-за определенных просторечных социологических ассоциаций это менее обычная фамилия, чем многие другие.

– Я знаю, что это значит, – отрезал Флинкс. Пип беспокойно переместился на плече у хозяина при внезапной вспышке мысленного насилия.

Помещение было огромным. Его большая часть состояла из кажущихся бесконечными проходов, перемежающихся с рядами ограждающего металла, тянувшегося от пола до потолка. Ни один ряд не отличался на вид от своего соседа.

Флинкса привели к ряду из десяти кабинок. Две были заняты исследователями, а остальные были пустыми. Намото уселся перед единственным большим экраном в пустой кабинке и жестом пригласил Флинкса сесть рядом с ним. Затем он прижал оба больших пальца к паре выемок сбоку от экрана.

Под экраном мигнул огонек, и он засветился. Намото нагнулся вперед и произнес:

– Меня зовут Сигета Намото.

Он расслабился. Возникла пауза; машина загудела, и над центром экрана мигнул зеленый огонек.

– Вы идентифицированы, падре Намото, – произнесла нараспев машина. – Жду вопросов.

– Доложите результаты поисков предшествующей ночью сведений по некоему человеку мужского пола по имени Линкс, Филип. Придержите альтернативное написание до указаний.

Он повернулся и прошептал Флинксу:

– Для начала мы будем исходить из того, что фамилия в списках работорговца указана правильно. Возможное место происхождения, – сказал он машине, – Аллахабад, провинция Индия, Земля. – Падре посмотрел на своего обеспокоенного спутника. – Сколько вам лет… или вы не знаете?

– Мамаша Мастифф говорит, что мне должно быть около семнадцати, хотя она не может быть уверена. Иногда я чувствую себя так, словно мне семьсот.

– А я иногда чувствую себя так, словно мне семь, – любезно отпарировал массивный церковник, возвращая свое внимание к машине.

– Приблизительный возраст отмечен, – заявило устройство. – Результаты поиска появятся.

Намото изучил список.

– Я был прав… это не обиходная фамилия. Есть сведения только о трех Филипах Линксах, родившихся и зарегистрированных в Аллахабаде за последние полвека. Только один из них вписывается в рамки вашего возраста.

Он вновь обратился к машине:

– Желательна дальнейшая информация.

Возникло короткое гудение, а затем на экране ярко вспыхнула надпись: "ЗАПРОС ПЕРЕДАЕТСЯ НА АЛЛАХАБАДСКИЙ ТЕРМИНАЛ". Затем, минуту спустя: "ПЕРЕДАЧА ЗАВЕРШЕНА… КОДОВАЯ ДЛИНА".

Намото поглядел на последовавшие цифры.

– Кажется, совсем немного сведений. Надеюсь, они стоят… – он вдруг замолк, озабоченный, – с вами все в порядке, Флинкс? Вы дрожите.

– Все отлично… здесь немного прохладней, чем снаружи, вот и все. Скорее.

Намото кивнул:

– Декодируйте переданное.

Руки Флинкса конвульсивно сжались на бедрах, когда отпечатывалось каждое слово.

"ЛИНКС ФИЛИП… НАСТОЯЩЕЕ ИМЯ… РОДИЛСЯ В 553 Э.С., В 2933 ПО СТАРОМУ СТИЛЮ В ПРИГОРОДЕ САРНАТ БОЛЬШОГО МЕТРОПОЛИСА АЛЛАХАБАД, ПРОВИНЦИЯ ИНДИЯ, ЗЕМЛЯ".

Возникла пауза, во время которой на экране больше ничего не появлялось. Флинкс повернулся к Намото, чуть не крикнув: "И это все?".

– Спокойно, Флинкс… видите, вот еще идет. Распечатка продолжилась.

"ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ: ДАННЫЕ ПОМОГАЮЩЕГО ФЕЛЬДШЕРА И НАБЛЮДАЮЩЕГО МЕДТЕХНИКА УКАЗЫВАЮТ НА ПРИСУТСТВИЕ НЕОБЫЧНО ВЫСОКОЙ РОДОВОЙ АУРЫ В Р-ВОЛНОВЫХ ДАТЧИКАХ РОДИЛЬНОЙ ПАЛАТЫ… НИКАКОЙ НЕОБЫЧНОЙ ИЛИ ВРАЖДЕБНОЙ РЕАКЦИИ СО СТОРОНЫ МАТЕРИ… ПОКАЗАНИЯ ДАТЧИКОВ Р-ВОЛН УКАЗЫВАЮТ НА ПОТЕНЦИАЛ ВОЗМОЖНЫХ НЕНОРМАЛЬНЫХ ТАЛАНТОВ ПЕРВОГО КЛАССА…

РОДЫ НОРМАЛЬНЫЕ… НИКАКОЙ Р-ВОЛНОВОЙ РЕАКЦИИ, ПРИПИСЫВАЕМОЙ ТРАВМЕ… ДАННЫЕ ПОСЛЕОПЕРАЦИОННОЙ ПРОВЕРКИ В НОРМЕ… В ОСТАЛЬНОМ РЕБЕНОК НОРМАЛЕН И ЗДОРОВ…

ВОЗРАСТ МАТЕРИ – 22 Г… ИМЯ – АНАСАГА… РОДИТЕЛИ НЕИЗВЕСТНЫ…"

Намото не посмотрел на Флинкса, когда принтер закончил: "ОТЕЦ НЕИЗВЕСТЕН, НЕ ПРИСУТСТВОВАЛ ПРИ РОЖДЕНИИ…"

Флинкс с трудом постарался расслабиться. Теперь, когда это испытание закончилось, он удивился своему напряжению. Имевшаяся информация мало что сообщила ему, а что касается последнего, то его и прежде называли ублюдком, да и намного похуже тоже. Но вся эта новая информация по-прежнему не говорила ему, являлась ли фамилия Линкс родовой или данной одному ему при рождении. Без этого – или дополнительной информации – он с таким же успехом мог и не утруждать себя.

– Имеются ли какие-либо сведения, – спросил он тихим монотонным голосом, – о послеродовом статусе… – слово это вышло теперь удивительно легко, – матери?

Намото запросил об этом машину. Ответ был короткий и красноречивый.

"МАТЬ СКОНЧАЛАСЬ… ЗА ПРЕДЕЛАМИ ПЛАНЕТЫ, В 537 Э.С. ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ПОДРОБНОСТИ ДОСТУПНЫ…"

– Объясните, что… – начал было Флинкс, но Намото знаком велел ему помолчать.