и школа, слева библиотека, а пройдя прямо, мы попадем в мастерские и к лестнице вниз. Мы прошли прямо. Практически сразу за зоной обслуживания тамбура мы обнаружили большой зал, он был разделен на секции ширмами, но сейчас они были открыты. Судя по заготовкам и готовым изделиям, сложенным и развешанным в мастерских, мы смогли догадаться об их назначении. К примеру, в первой секции висели луки, по центру секции стоял верстак, на котором зажатая в струбцинах принимала форму очередная заготовка. Нужно признать, луки выглядели не только аккуратно, но и красиво. Даже захотелось приобрести один из них для себя. В другой секции мы увидели кучу разных запчастей, проводов и блоков. Судя по выпотрошенному электрогенератору, здесь разбирали на запчасти найденные разведчиками механизмы. В соседней секции ремонтировали то, что можно было починить, следом шла мастерская по изготовлению защитной одежды. Похоже, людям Августа удалось найти склад прорезиненной ткани, и теперь портные, разматывая ее из рулонов, кроили и шили защитные штаны и куртки. Мы прошли до конца зала, и подошли к лестнице, ведущей вниз. С этажа бил яркий свет, а спустившись, мы обнаружили огромное поле. Для того что бы выйти на него нам пришлось подняться по насыпи, уровень потолков в этом бомбоубежище составлял пять метров и половину от этого пространства занимал грунт.
- Ничего себе огородик, - прокомментировал Матвей, - в Анклаве гораздо меньше.
Несмотря на то, что официально была ночь, на поле возились люди, они аккуратно рыхлили почву, подвязывали растения, проверяли трубки, по которым текла вода. Вообще полив был очень интересным, вода не лилась литрами, а подводилась к каждому растению по трубкам и сквозь тонкую трубочку подавалась прямо к корню. Она не текла, а капала, зато постоянно, в результате почва вокруг растения всегда была влажной, но не превращалась в грязь. Над каждой грядкой висели лампы дневного света, чередуясь с ультрафиолетовыми светильниками. Пока мы рассматривали чудо огород, к нам подбежала слегка растрепанная, но очень миловидная женщина.
- Ой, как хорошо, что я вас нашла, - обрадовалась она. - Дави сказал, что вы спустились сюда, и я поспешила за вами.
- Дави? – удивился я.
- Ну, парень, что стоял у входа, - пояснила она.
- Понятно, а вы?
- Ой, простите, меня зовут Аня, я заведую местным детским садиком и школой.
- Ааа, так вы вероятно жена Августа, - догадался я.
- Да-да, - закивала она.
- Чем мы можем вам помочь? – поинтересовался я.
- Нет, нет, - смутилась она, - просто я хотела провести вам экскурсию, если вы не против.
- Это было бы очень любезно с вашей стороны, - сказал я.
Она цапнула меня под руку, левой рукой подхватила Матвея и повела по проходу. По дороге она здоровалась с огородниками и рассказывала, чем они занимаются. Кто-то подрезал растения, кто-то вручную очищал их от малейших намеков на грязь или плесень, а кто-то занимался самым интересным делом – собирал урожай. Она показала нам грядки с морковкой, картошкой и редиской, затем пошли огурцы и кабачки, чуть дальше капуста, и под конец кукуруза, да-да настоящая кукуруза.
Затем мы спустились на ферму. Большую часть пространства занимали стеллажи с разложенной по ним высушенной ботвой, остальное пространство занимали клетки с кроликами. Их было очень много от крупных до совсем маленьких. Аня подвела нас к клеткам и дала по чахлой, кривенькой, но свежей и натуральной морковке.
- Попробуйте, покормите их, - сказала она.
Мы просунули сквозь ячейки сетки угощение. Ушастые так смешно их трескали, что улыбки сами наползли на наши лица. Затем она завела нас в закуток и, вытащив из одной из клеток пару крольчат, сунула нам в руки. Те испуганно прижали ушки и замерли. Я осторожно погладил своего кролика между ушек, его шерстка оказалась настолько мягкой, настолько нежной, что я только лишь через минут пять смог оторвать руку и вернуть его.
- Это удивительные существа, - сказал я нашей спутнице. – Не понимаю, как после такого можно их убивать и тем более есть.
- Да это сложно. Приходится делать вид, что это не те кролики, которых ты знаешь, а какие-то другие. У нас очень ограниченный рацион, так что если ты не ешь кроликов, то ослабеешь, и уже мутанты едят тебя, так что тут не до сантиментов. Пойдемте дальше, остался еще один этаж.
Пока мы спускались, мне в голову закралась крамольная мысль. Может ну его, этот транспорт, ведь информации мы насобирали столько, что нам не только выходку простят, но еще и медали дадут. Да и людям этого племени нужно предоставить защиту как можно быстрее. Но, тряхнув головой, я отогнал ее. Я никогда не сворачивал с намеченной цели, не сверну и сейчас. Какой же я буду командир, если не буду держать своего слова. Тем временем мы спустились на нижний этаж, здесь стояли большие вент-машины, и два дизель-генератора. Здесь же располагался склад с топливом, но он был практически пуст.
- Вы, наверное, заметили, что практически все освещение у нас состоит из факелов и лампадок. Мы используем электроэнергию только для освещения огорода и вентиляции. Причем наши техники переделали систему. Теперь воздух из крольчатника поступает на ферму, там растения преобразуют углекислый газ в кислород и воздух подается в жилые помещения, а затем уже выходит наружу. Поэтому мы можем практически не бояться зараженного воздуха снаружи.
- Очень хитро придумано, - похвалил я.
- К сожалению, топливо скоро кончится, и тогда нам придется переносить огород наверх, а это будет значить, что мы потеряем «чистый» продукт.
- Не расстраивайтесь, когда я расскажу о вашем племени в Анклаве, я думаю, наши руководители захотят с вами дружить, и мы поможем вам с электроэнергией.
- Это было бы прекрасно, - обрадовалась Анна, - а теперь пойдемте, вы еще не видели нашей грибницы.
Я не рассчитывал увидеть, что-то оригинальное, ведь грибы выращивают по всему метро, но эта грибница поразила меня больше огорода и даже больше крольчатника. За большой распашной дверью оказался огромный зал, практически во всю площадь убежища, видимо раньше это был какой-то склад. Здесь было прохладно и сыро. Пол застилал толстый слой мягкого мха, а по всему пространству довольно ровными рядами росли грибы и что самое удивительное, они светились мягким голубым светом.
- Вы это едите? – удивился Матвей.
- О да, эти грибы удивительно вкусные, их можно есть даже сырыми.
Она наклонилась
