послушать приятную музыку, выпить хорошего пива, поесть закусок и пообщаться с очаровательной молодой хозяйкой. Айрис вспомнила, как она почти год провела сидя в четырёх стенах крошечной съёмной квартиры, едва не сойдя с ума и насколько потом тяжело ей было вновь выйти на работу. Но сейчас она уже давно втянулась и, оглядываясь назад, могла с гордостью сказать, что приложенные ею усилия начали окупаться. Все её деньги ушли на ремонт и переделку бара, по типу того в каком она была однажды в Токио. И получилось, в общем неплохо. Когда бар открылся после ремонта, она ещё немного нервничала, что её найдут якудза или полиция. Но время шло и никто не приходил. По всей видимости, про неё все давно забыли.
– Я ушла, хозяйка! – попрощалась официантка. Она скрылась за дверями, но тут же вернулась.
– Этот бомж всё ещё здесь! – сообщила она.
– Ничего страшного. Я разберусь с этим! Иди домой, а то на поезд опоздаешь! – сказала ей Айрис. Ноги её гудели, плечи ломило от усталости, но это стало для неё привычной обыденностью. Иногда она чувствовала себя гораздо старше чем была на самом деле. Айрис набрала в картонную коробочку разных закусок, потушила везде свет, оставив только лампу ночника над баром, взяла из холодильника банку пива и вышла на улицу. Бомж сидел недалеко от входа, спрятав лицо в колени, на нём была куртка которую носят любители пикников на открытом воздухе и такие же штаны и ботинки. Его большой рюкзак стоял рядом. «Какой же он бомж? Он, скорее путешественник!» – подумал Айрис. Пахло от мужчины сильно, но этот запах как ни странно показался Айрис приятным. Она тут же вспомнила, что уже пять лет не была с мужчиной и смутилась.
– Простите, пожалуйста, – сказал она, наклоняясь к нему, – могу я предложить Вам кое-что из нашей еды?
Мужчина поднял голову, Айрис увидела его большие ввалившиеся глаза смотрящие прямо на неё. Лицо путешественника заросло чёрной бородой из-под капюшона выбивались длинные не очень чистые волосы. От чего-то Айрис испытала вдруг странное сладкое волнение, какое бывало у неё перед свиданием с Рётой.
– Айя? – произнёс вдруг мужчина, хриплым голосом. И хотя голос его изменился, Айрис сразу же узнала его, и задрожала всем телом, она слышала только тяжёлые удары пульса в собственной голове. Коробка с едой выпала у неё из рук, банка пива жалобно звякнула о камень.
– Рёта? – прошептала она. Через секунду он был на ногах, и Шизуко оказалась в его объятиях. Это были те же самые объятия, какими она помнила их все эти пять лет. Это были его ласковые сильные руки, ей только показалось, что он сильно исхудал.
– Рёта, ты похудел? – спросила она, уткнувшись в его плечо и замерев в его руках.
– Это ведь не сон? – проговорил он негромко.
– Все эти годы я искал тебя по всей стране! Отчаявшись, я проехал все города до самого Хоккайдо и опять вернулся на Юг, потому что уже ни на что не надеялся! Этот бар ты назвала «У Айрис», чтобы я смог найти тебя? – спросил он, тем же хриплым простуженным голосом.
Айя не задумывалась об этом, но сейчас, когда он так сказал, она подумал, что, наверное, так оно и было. И что она все эти годы помнила его слова о том что он никогда не перестанет разыскивать её.
– Подожди, – он отстранил её от себя и произнёс голосом полным мучительных сомнений, – что скажет твой молодой человек на то, что какой-то давно не мытый тип обнимает тебя на улице?
Шизуко счастливо рассмеялась. Она приподнялась на цыпочки и поцеловала его.
– Ты так зарос! – прошептала она ласково, – у меня никого нет! Все эти годы я ждала одного тебя! Я верила, что ты найдёшь меня! Сейчас мы пойдём ко мне и ты сам убедишься в этом. Я живу прямо тут в доме напротив. Я позабочусь о тебе как тогда когда мы были в старшей школе!
– Шизуко Айя, я нашёл тебя и больше уже никогда не отпущу! – сказал Сакамото.
Прижимаясь, друг к другу они стояли недалеко от входа в бар над которым синем огнём светилась вывеска «У Айрис». Айя взяла Рёту за руку и повела его за собой. Шизуко отперла дверь своим ключом, по узкой лестнице они поднялись на второй этаж и оказались в её квартире, одной большой комнате, где кухня была совмещена с гостиной и спальней. Две вертикальные колонны поддерживали двухскатную крышу в самой высокой точке. Сняв обувь, они прошли внутрь.
– Твоя квартира, такая огромная! – вырвался у Рёты. Она счастливо рассмеялась, скорее от того, что он остался всё тем же мальчиком, всё тем же её мальчиком. Дрожащими пальцами она принялась расстёгивать на нём куртку. Рёта перебирал в пальцах её волосы.
– Ты подстриглась, – сказал он.
Айя сняла с него куртку, расстегнула рубашку и, не удержавшись, прижалась губами к тому месту где выступала сквозь его кожу острая ключица.
– Айя, я мылся последний раз три дня назад. Если можно… – смущённо начал он, но Шизуко не позволила ему закончить свою фразу, для неё сейчас он пах невероятно приятно и сильно, она представила себе его член и у неё закружилась голова. Расстегнув ремень на его брюках, Шизуко спустила с него штаны.
– Помнишь я говорила тебе, что моё тело принадлежит тебе и ты можешь делать со мной всё когда и там где захочешь! Если ты грязный, то я вымою тебя своим языком!
Она опустилась на колени, его член показался ей огромным, гораздо больше чем она его помнила, это был член взрослого мужчины и когда она взяла его в рот волны удовольствия прошли по всему её телу. Они занялись любовью на её ковре, потом на диване и третий раз на кухне. Когда Рёта вошёл в неё первый раз Айя испытала бурю эмоций какая была у неё когда он лишил её невинности много лет назад и ей было настолько же больно и приятно, как и тогда.
– Ты такая узкая! – заскрипел зубами Рёта, он ласкал её грудь, целовал её шею, его губы, его борода щекотала и колола её нежную кожу.
Едва насытившись друг другом, Айя потащила Рёту в ванную, поразившую его своими размерами. Она тёрла ему спину, стараясь стереть все неприятные воспоминания, все мучения, что он пережил из-за неё. «Но теперь, когда он нашёл меня, я буду жить для него! Я сделаю его счастливым!» – думала она, отмечая про себя, что Рёта сильно похудел, с
