снова начну тренироваться. Спарринги, режим, всё по графику.
— Ладно, — наконец соглашаюсь я.
Протягиваю ему телефон, поворачиваюсь спиной и стягиваю худи.
Ярохин молчит… Слишком долго молчит.
И мне кажется, что он… завис. Но потом его прохладная ладонь неожиданно ложится на место ушиба… И меня будто током прошибает.
Но не от боли. Совсем не от от неё.
Это что-то другое, новое, острое. И очень неожиданное.
— Эй, — резко толкаю я. — Кто тебе разрешил меня трогать?
— Немного припухло, — спокойно отвечает он, будто не слышит моего тона. — Наверное, сильно ударилась, когда падала.
Невольно сжимаю зубы, затем слышу щелчок камеры.
Мажор убирает руку и возвращает мне телефон. Я быстро натягиваю худи обратно и смотрю на экран. Ничего критичного, заживёт.
— Тебе мазь нужна, — заключает он с важным, почти врачебным видом. — Могу помазать… если вдруг сама не справишься.
И тут его лицо меняется. Уголки губ ползут вверх, во взгляде появляется откровенно наглая искорка, а подмигивает он так, что подтекст читается без перевода.
Вот же засранец. Мартовский кот, блин.
— Спасибо, мазь у меня есть, — отрезаю я сухо. — Сама справлюсь, без посторонней помощи.
— Ну ладно, — он пожимает плечами, будто ни капли не расстроился. — Я просто предложил. Из лучших побуждений, между прочим.
Мы подходим к той самой женщине и сдаём работу. Она придирчиво осматривает конструкцию, проверяет крепления, кивает сама себе и, наконец, удовлетворённо произносит, что всё в порядке. Нас отпускают, и я мысленно выдыхаю.
Ну всё. Конец. Можно спокойно разойтись по разным сторонам и забыть друг о друге хотя бы на сегодня.
Но, конечно же, это только лишь мечты.
— Может, всё-таки по кофе? — как ни в чём не бывало предлагает Ярохин, шагая рядом со мной, будто так и надо, а я закатываю глаза.
Ну разумеется, он теперь не отстанет. Я это уже поняла. Прилип как банный лист и, чувствую, будет держаться до последнего, пока не получит от меня хоть какой-то отклик. Его явно забавляет моё раздражение.
И, к собственному удивлению, я вдруг соглашаюсь.
— Ладно, — тяну я, делая вид, что это одолжение вселенского масштаба. — Но больше ничего не смей требовать. Только кофе. Понял?
— Окей, идёт, — он улыбается так широко и довольно, будто только что сорвал джекпот. Так, словно выиграл миллион.
Мне бы его радость…
Глава 24
Ярослав
Клянусь, давно себя таким довольным, как слон, не чувствовал.
Нет, даже не так — чертовски довольным. Настолько, что хочется улыбаться без причины, но я сдерживаюсь. Понимаю ведь, что рано, слишком рано. Это ещё не победа и даже не полпобеды. Так… аккуратная галочка в нужном месте. Маленькая, почти незаметная, но она есть.
Девчонка согласилась попить со мной кофе, и от этого внутри щёлкает какой-то механизм. Я прекрасно понимаю, как это работает: сначала кофе, потом разговор, потом привычка. Границы не рушатся сразу… они стираются. Медленно, почти незаметно. И самое важное — процесс уже запущен. Краем глаза смотрю на девчонку. Иду расслабленно, руки в карманах, но внутри собран, как перед важным матчем. Дина спокойная, уверенная, держится ровно. И всё равно, душу приятно греет один факт — она сейчас со мной, а не с Вовчиком.
Ну вы поняли, да?
Кто бы сомневался, что Дина выберет меня.
Мне льстит этот факт. Чёрт, как же льстит. Моё обаяние, харизма, умение вовремя надавить и вовремя отступить — всё работает, как часы. Да, девчонка не простая, с характером, но, как правило, именно такие и цепляют сильнее всего.
Мы уже почти подходим к кофейне, когда мой телефон в кармане вибрирует.
Сообщение от Арины, вот же змеюка. Как будто почуяла, что я наконец сдвинулся с мёртвой точки.
«Как продвигается дело?» — высвечивается сообщение от сестры.
Я усмехаюсь и быстро печатаю, стараясь не палиться:
«В процессе»
Ответ приходит почти мгновенно.
«Все в твоих руках, братец. Испания сама себя не заработает…»
Я нервно скриплю зубами.
Вот же гадина, бьет точно по больному. Знает, на что давить. Испания… солнце, поля, другой уровень, другая жизнь… А не вот это всё серое болото.
В этот момент что-то внутри меня щелкает, я понимаю, что должен из кожи вон вылезти, чтобы дойти до конца. Потому что я очень хочу осуществить свою мечту, а если я чего-то хочу, то всегда это получаю.
Мы с Диной заходим внутрь. Кофейня небольшая, уютная, пахнет свежемолотыми зёрнами и выпечкой. Дина заказывает себе капучино без сахара, и я вовсе не удивлён. Даже в таких мелочах виден её характер.
— А мне американо, — выдаю я, бросая короткий взгляд на девчонку. — С ложкой сахара.
Дина уже тянется за картой, но я успеваю раньше. Прикладываю свою к терминалу, и она удивлённо выгибает бровь.
— Вообще-то, договаривались ведь… я угощаю, — с укором смотрит на меня, затем поняв, что моя взяла, убирает карту в сумку.
— Я пошутил, — спокойно отвечаю я. — Не привык, когда девчонки за меня платят.
Твёрдо. Без улыбки. Как факт.
Девчонка секунду смотрит на меня, потом пожимает плечами.
— Как скажешь.
И вот это её «как скажешь»… без обиды, без попытки доказать что-то, просто принятие решения, цепляет сильнее всего. Внутренняя сила, уверенность в себе. Она не спорит ради спора, девчонка знает себе цену. Редкий экземпляр.
— Да и вообще… — добавляю я, забирая стаканы с нашими напитками. — Тот факт, что ты согласилась, уже награда.
— Ярохин, не надо, — усмехается она, привычно цокнув. — Давай без вот этих вот дешевых подкатов.
Раньше меня бы это задело. Сейчас почему-то нет, я только хмыкаю. В голове уже другая картинка: зелёное поле, мяч под ногами, солнце Испании, и я там. Эта мысль греет лучше любого кофе.
Мы садимся за столик у окна. Снаружи серо, но именно в этот момент, как по заказу, из-за туч выглядывает солнце. Запоздалая весна, но всё же.
Может, это знак?
— Слушай, — начинаю я, делая глоток. — А научишь меня парочке приёмов?
Дина прыскает со смеху, едва не закашливаясь, прикрывает ладонью рот и качает головой.
— Серьёзно?
— Угу. Почему бы и нет? — пожимаю плечами, нарочно делая вид непринужденный вид. — У тебя удар хорошо поставлен. Видно, что талант.
— Не талант, — спокойно произносит она. Наверняка слышала это не раз и давно научилась отделять комплименты от пустых слов. — А упорство.
Она делает глоток кофе, и я ловлю себя на том, что залипаю на этом простом движении. На том, как она держит стакан, как чуть щурится, пробуя вкус. Чёрт. Почему меня цепляют такие мелочи?
— Так что? — не отступаю я. —
