Затем она без сил упала ему на грудь, хватая ртом воздух. Их сердца бились совсем рядом. Росс, как ребенка, прижал ее к себе и долго держал так, а его губы что-то ласково шептали ей. Но из-за биения собственного сердца Лесли не могла расслышать его слов.
Наконец-то она перестала быть одинокой! Все сбылось, свершилось, исполнилось! Двое слились воедино — их объединяло объятие, которое не будет разорвано, и обещание, которое дали друг другу их тела и которое крепче и вернее всех обетов и клятв. Этих мгновений у них не отнять никому и никогда!
Они долго не могли восстановить силы. Но Лесли готова была так лежать до бесконечности, перебирая пальцами его спутавшиеся волосы, слизывая со лба соленые капли пота. Росс навалился на нее всем телом, но она не чувствовала тяжести. Он полностью выложился, и эта мысль приятно щекотала ей нервы.
Росс знал малейшие нюансы секса, умел получать от него максимум удовольствия и доставлять его партнерше. В то же время он был столь же чувственным, сколь требовательным. Некоторые его ласки вызывали у Лесли чисто животную реакцию, неподвластную сознанию. Она почти не могла себя контролировать, поскольку реагировала исключительно плотью, всем своим женским естеством, и это было необычно для нее.
И все же в их сексуальных ласках участвовали не только тела, но и души. Ее сознание вступало в интимную связь с его сознанием. Они оба ощутили потребности и желания друг друга и полностью смогли их удовлетворить. Вот почему Лесли так дорожила теперешним покоем, этими мгновениями тишины, когда их дыхания сливались в одно и казалось, что они превратились в единое целое.
Наконец, закутавшись в одеяло, как в кокон, они провалились в сон. Но даже во сне Росс знал, что сжимает Лесли в объятиях, и был счастлив.
Он проснулся в пять утра. Лесли спала рядом, ее густые ресницы отбрасывали тень на скулы. Странное чувство благоговения и страха одолело его, словно он испытал нечто космическое.
Росс ощущал себя полностью вымотанным. Но возбуждение глубоко внутри становилось все сильнее, словно вчерашний вечер был прелюдией к чему-то поистине необыкновенному.
С некоторым опасением он оторвал от Лесли взгляд и заставил себя выбраться из постели. Ему нужно было собраться с мыслями, чтобы рассмотреть все это в перспективе. Жизнь продолжалась. Он должен поехать домой, принять душ, побриться и переодеться.
Найдя свою одежду разбросанной на полу, Росс быстро и тихо оделся в предутреннем сумраке.
Сумеет ли он дать ей то, чего она хочет? Росс попытался вспомнить какой-нибудь признак ее сдержанности. Лесли не робела и не останавливала его. Честно говоря, у него никогда не было более пылкой, более отзывчивой партнерши.
Перед уходом он набросал короткую записку: «Должен идти. Не хотел тебя будить. Увидимся в агентстве».
Потом вышел, тихонько закрыв за собой дверь, так и не рискнув взглянуть на Лесли еще раз.
7
Дома его ждало сообщение на автоответчике: немедленно связаться с Саймоном Роулзом. Немного удивленный и обеспокоенный подобной срочностью Росс позвонил боссу и получил задание немедленно отправиться в Нью-Йорк на международную конференцию, посвященную вопросам финансирования рекламного бизнеса.
Росс не особенно любил этот город, хотя порой он его буквально завораживал. Это был город превосходных степеней, олицетворение безысходности, безнравственности и безденежья и в то же время блеска, благополучия и богатства. Нью-Йорк не оставлял его равнодушным, а, напротив, пробуждал в нем самые бурные чувства. Иногда в пределах одного квартала он видел и то, что вызывало отвращение, и то, что не могло не радовать.
Росс горько усмехнулся. Еще месяц назад эта поездка доставила бы ему удовольствие. В Нью-Йорке жила его близкая подруга Лора Бауэр. Вместе с ней и Чарлзом Монтом они учились в университете и когда-то были очень дружны. Оба молодых человека были очарованы смуглой черноглазой красавицей, но Лора выбрала его, Росса, и Монт отступил, принеся свои чувства в жертву мужской дружбе.
Позже семья Лоры переехала в Нью-Йорк, где она успела выйти замуж и развестись. Время и расстояние сделали свое дело. Но, приезжая в этот город по делам, Росс частенько останавливался у Лоры. Она никогда его ни о чем не расспрашивала, видимо понимая, что у Росса есть другие женщины, поэтому он чувствовал себя в ее обществе уютно и раскованно. Они вместе ужинали, посещали дансинги и ночные клубы, весело и непринужденно болтали, не касаясь вопросов личной жизни, но ночь всегда проводили вместе, занимаясь любовью.
Лора была для него как наркотик, и Росс оказался не в состоянии разорвать эту связь. В занятиях любовью она демонстрировала ему такие вещи, о которых он и не подозревал, что они возможны. Ее оригинальность как партнера по любовным утехам не ограничивалась только различными вариантами поз, хотя в них она была не менее искусна, чем прочие женщины, которых он знал. Дело было даже не в ее готовности позволить ему все.
Главное заключалось в особенном сочетании душевных и плотских переживаний, которые она вызывала каждым жестом, каждым соприкосновением их тел. Ее поцелуи были сложными, особенными и полными смысла. Ее пальцы, ласкающие Росса, были красноречивее всяких слов. Их движения были то медленными и вялыми, то резкими и торжествующими. Даже тени в комнате, положение подушек становились ее помощниками, вызывая в нем наслаждение.
Ее любовь менее всего походила на благозвучную мелодию, скорее на дикую музыку джунглей, в которой каждый такт вызывал в воображении что-то темное и опасное, но всегда неожиданное. В моменты близости она нашептывала ему любовные прозвища, иногда детские и ласковые, иногда ужасно непристойные.
И конечно, всегда были эти мягкие губы, эта благоухающая смуглая кожа, эти длинные гибкие руки и ноги, как змеи обвивавшие Росса и ласково гладившие его, пока он не сливался с ней, отдаваясь этому, возможно, в большей степени, чем хотел.
Как ни странно, но у него никогда не возникало мысли жениться на Лоре. Она была и оставалась для него неким романтическим приключением, сказкой, которую он вновь открывал и читал по своему желанию. Во всяком случае, так считал Росс, и это его вполне устраивало. Он не особенно задумывался о чувствах Лоры, полагая, что эти редкие романтические встречи являются и для нее своеобразной отдушиной от привычной, устоявшейся жизни…
Однако на этот раз мысль о том, что он увидит Лору, несколько тяготила Росса. Хотя, конечно, он не обязан был отчитываться перед ней о переменах, произошедших в его жизни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
