— Нет, дорогуша. Вы ничего мне не даете. Это я делаю вам одолжение, жертвуя своим временем и нервами. И, если вы окажетесь не способны это понять, я тут же уезжаю.
— Как же вы мне неприятны, мистер Уотсон, — заливаясь краской стыда за свои унижения, пробормотала Элизабет.
— Дорогая Скарлетт, я от вас тоже не в восторге, — расхохотался Роналд.
— Ну, знаете, я воспринимаю это как комплимент… Пожалуйста, пройдите в гостиную… Так вы идете или передумали?
Не стой как идиот, Уотсон! — сказал себе Роналд.
— Как же я могу отказаться от столь гостеприимного приглашения, — буркнул он, проходя мимо хозяйки дома через холл в огромную гостиную.
7
Внутренне убранство комнаты полностью соответствовало архитектуре дома. Все было каким-то утрированно богатым и поражало огромными размерами. Массивные бархатные кресла, казалось, прогнулись от времени и тяжести сидевших на них людей. Нелепые лампы с шелковыми абажурами с трудом умещались на столах, заставленных позолоченными купидонами и фарфоровыми пастушками.
— Садитесь сюда, мистер Уотсон, — предложила Элизабет. — Этот диванчик, пожалуй, единственно удобный во всем доме.
Роналд недоверчиво посмотрел на предложенное ему место, вовсе не выглядевшее таким уж удобным. Впрочем, по сравнению с другими креслами и диванами, которыми была заставлена гостиная, этот выглядел более-менее современным, если бы не кружевные салфетки на спинке и подлокотниках.
— Я и не знал, что в домах еще держат такую рухлядь, — усмехнулся Роналд.
— Здесь всем командует Фейт, так что это ее вкус, — пояснила Элизабет, вынимая из секретера папку с бумагами.
— Фейт — сестра вашего покойного мужа?
— Она самая.
— Моя приемная мать украшала такими же салфетками всю мебель в комнате, которую называла парадной, — заметил Роналд. Подойдя к камину, он засунул руки в карманы брюк и поставил ногу на каменную плиту перед очагом. — Она предназначалась для приема гостей, и в обычные дни вход туда был строго запрещен. Иногда я тайком проникал в эту комнату, и каждый раз мне казалось, что машина времени унесла меня в далекое прошлое. Кресла возмущенно скрипели, когда я осмеливался на них садиться, абажуры были покрыты толстым слоем пыли, через который с трудом пробивался свет ламп…
Роналд вдруг сообразил, что не очень-то вежливо высмеивать убранство чужого дома.
— Не смущайтесь, мистер Уотсон, — успокоила его Элизабет. — В данном случае деликатность ни к чему. Это не мой дом. Я в нем только жила и прекрасно сознаю, насколько он уродлив. Это понимали все, кроме моего мужа и его сестры.
Она вынула из папки бумаги и протянула их Роналду.
— Вот вся моя переписка с юристом, судьей и адвокатами Фейт.
— Судя по размерам, внушительная документация.
— И совершенно бесполезная. Я проиграла сражение еще до того, как был сделан первый залп.
— Денвер говорил мне, что ваш муж оформил поместье как совместную собственность его самого и сестры. А это означает…
— Я знаю, что это означает, — нетерпеливо прервала его Элизабет. — Но Стэнтон в свое время обещал мне…
— Деньги, — в свою очередь не дал ей договорить Роналд.
— Да, согласно договоренности я имею право на ежемесячное пособие. — Элизабет побледнела от волнения, но изо всех сил старалась держаться с достоинством. — Что же касается проигранного сражения, то, чтобы вы знали, в городе нет ни одного человека, который бы мне симпатизировал.
— Все должен решать закон, а не симпатии или антипатии людей.
— Мистер Уотсон! — горько рассмеялась Элизабет. — Вы находитесь в городке, одним из основателей которого был прапрапрадедушка Стэнтона Пауртона. Каждый его житель глубоко чтит этого человека.
— Каждый, кроме вас, — уточнил Роналд.
— Вы здесь для того, чтобы осуждать меня или помогать мне? — холодно сверкнула глазами Элизабет. — Я за свою жизнь выслушала столько упреков, что если еще и вы собираетесь мне выговаривать, то вот Бог, а вот порог. Если же вы готовы помочь, то прочтите бумаги и скажите, что вы обо всем этом думаете.
Поразительно, какой внутренней силой обладает эта хрупкая на вид женщина, подумал Роналд. Здравый смысл подсказывал вернуть переданные ему документы не читая, но это означало бы, что он совершенно напрасно проделал столь долгий путь. К тому же Роналд считал себя связанным обещанием, данным Элиоту, поэтому, забрав кипу бумаг из рук Элизабет, он расстегнул пиджак и поудобнее устроился на диване.
— Сварите мне, пожалуйста, крепкого кофе, и через час я буду готов к разговору с вами, — попросил он хозяйку дома, погружаясь в чтение.
Элизабет с трудом сдержала вздох облегчения. Еще минуту назад она боялась, что Роналд возвратит ей документы и уберется восвояси, а ей так нужен был дельный совет.
Исподтишка она наблюдала за тем, как Роналд прочитал первую страницу и, нахмурившись, встал со своего места, чтобы снять пиджак. Затем снова сел, засучивая рукава свитера. Все это он проделал, не отрываясь от бумаг. Казалось, Роналд совершенно забыл о ее присутствии. Ну, к подобному отношению она давно уже привыкла. Покойный Стэнтон часто намеренно игнорировал жену, указывая тем самым ее место в доме. Но сегодня был совсем другой случай. Роналд действительно настолько ушел в изучение документов, что все остальное просто перестало для него существовать.
Элизабет взглянула на его руки. Они были сильными и мускулистыми, слегка заросшими темными волосками. На фоне допотопной и уродливой обстановки комнаты стройный, со вкусом одетый Роналд выглядел чем-то чужеродным.
— Дождусь я наконец кофе или нет? — вдруг спросил он, не прерывая чтения.
Элизабет шокировала бесцеремонность, с которой это было сказано. Видимо, почувствовав неладное, Роналд поднял голову и улыбнулся. Однако улыбка вышла какой-то покровительственной и оставила у Элизабет неприятное ощущение.
— А может, вы просто не умеете варить кофе? Тогда так и скажите.
— Вы даже представить себе не можете, как много я умею, — со сдержанным возмущением ответила Элизабет, направляясь в кухню.
Занятый бумагами Роналд, не глядя, взял чашку с принесенного Элизабет серебряного подноса и машинально сделал глоток. Кофе оказалось достаточно крепким, и он поблагодарил ее кивком головы.
Роналд подливал себе кофе из кофейника, пока тот не опустел.
— Хотите еще? — спросила Элизабет, все это время сидевшая напротив и наблюдавшая за тем, как он работает с документами.
— Благодарю вас, не надо, — встал с дивана Роналд. — Я закончил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
