в жизни она осознала, что отдалило маму от семьи и, вероятно, свело её с ума – чудесная сила, закупоренная внутри и не находящая ни выхода, ни настоящей цели. Это совершенно выводило из равновесия.
– Вот вы где! – прошептал в темноте голос.
Агата вскочила на ноги.
Гастон с широкой улыбкой появился из тени.
– Я не хотел вас напугать.
Девушка схватилась за сердце и оперлась о холодную стену.
– Я чуть не умерла.
– Вы здесь прячетесь? – спросил он и сунул руки в карманы.
– А вам разве не стоит прятаться? – возразила Агата. – Прошло всего два дня. Как вам удалось выйти незамеченным?
– Проскользнул через оранжерею. – Гастон приподнял глубокий капюшон и выгнул брови. – И замаскировался. – Он снова опустил капюшон, достал что-то из кармана IT протянул девушке.
Она взяла белую коробочку, перевязанную серебристой лентой, и вопросительно подняла голову.
– Шоколад. – Гастон пожал плечами. – Я подслушал, как Жорж рассказывал друзьям, что произошло после ужина. Жаль, что меня там не было, чтобы защитить вас.
Сердце у Агаты остановилось и потом помчалось вскачь.
– Вы принесли это для меня?
– Да. – Губы его изогнулись в смущённой улыбке.
– Спасибо, Ваша Галантность, – выдохнула Агги, осторожно опуская коробочку в карман фартука. После такого тяжёлого дня его забота показалась бальзамом для души.
Она сморгнула слёзы, и Гастон заглянул ей в лицо.
– У вас усталый вид.
– Ничего. Просто вышла глотнуть воздуха после... – «После того как стая жадных ворон украла дорогие мне вещи, после того как ваш брат придирался ко мне, после того как я восемь часов без перерыва мыла посуду», – хотелось продолжить Агги. Но она проглотила жалобы, потому что знала: они прозвучат как неблагодарность. Особенно учитывая его любезный жест.
– После того как содрали кожу на пальцах до костей? – Гастон указал на ящик. – Присядьте.
Агата с благодарностью кивнула и притулилась на краешке пустого ящика. Гастон сел рядом. Ни один из них ничего не говорил, и оба смотрели в небо. Молчание вдвоём оказалось на удивление успокаивающим.
– У меня ещё не было возможности поблагодарить вас, – сказал наконец Гастон. – Когда я увидел себя в зеркале, то не мог поверить своим глазам. Едва узнал свою уродливую рожу. – Он провёл рукой по теперь гладким щекам и засмеялся.
Но Агата расслышала в его весёлости оттенок горечи. Она повернулась к нему и стала разглядывать дело рук своих. Раньше щёки, нос и лоб усеивали воспалённые прыщи и пустулы, теперь же кожа была гладкой и сияла. Лицо у него стало светлым, с золотистым оттенком, и впервые она заметила симпатичную ямочку на подбородке.
Агата всплеснула руками, отвернулась и сказала:
– Как мне нравится помогать людям.
Гастон прочистил горло и с любопытством взглянул на неё.
– Почему вы отказались помочь мне с охотой на волков, когда я попросил, но согласились излечить мою сыпь? Раз вам удалось справиться с моей внешностью, вы наверняка могли заколдовать лук или ружьё. Это мне непонятно.
Он действительно не видит разницы? Агата покачала головой. Похоже, что нет. Никто в его жизни не проявлял сочувствия или хотя бы интереса к чужим нуждам.
– В шале вы не просили моей помощи. Вы требовали её.
Гастон сдвинул брови.
– Кроме того, – продолжала девушка, – вы хотели использовать мою магию для собственной выгоды. А избавляя вас от сыпи, я направила свои силы на хорошее дело и к тому же сама приняла это решение.
Гастон, наклонив голову набок, придвинулся к ней.
– Но, когда вы помогли мне в игре в дартс, это было только в моих интересах и мой выигрыш унизил брата. – Он ухмыльнулся. – Не хочу сказать, что я не испытываю за это благодарности. Посмотреть на ошарашенного неудачей Жоржа – дорогого стоит.
Как ему объяснить, что во время игры в шале она поступила опрометчиво? Всё началось с того, что она направила дротик Гастона прямо в цель, а закончилось тем, что дротик Жоржа промахнулся мимо мишени. Тогда ей тоже приятно было поставить чванного детину в неловкое положение.
Агата наклонилась вправо и влево и плотнее подоткнула юбки под себя. Возможно, она слишком рьяно принялась пользоваться своим вновь открытым даром, чтобы помочь первому другу, который у неё появился за долгие годы. Но ей не хотелось превращать это в обыкновение.
– Гастон, до того как в лесу я остановила волков, я не использовала свои способности много лет.
Глаза у него округлились, и он открыл рот, чтобы что-то сказать.
Но Агата опередила его:
– Мне не понравилось, с какой снисходительностью ваш брат с друзьями относились к вам в охотничьем домике. Но потом я ужасно переживала. У меня было много времени подумать, и я поняла, что хочу использовать магию только на хорошие дела, чтобы лечить людей, помогать им в беде. И только тогда, когда сама сочту нужным это сделать.
Гастон поймал её взгляд, его глаза были похожи на освещённые луной глубокие синие озёра, а его тёплые руки сжали её пальцы.
– Я понимаю и уважаю ваше решение.
Агата, часто моргая, смотрела на этого юношу из аристократической семьи, чья жизнь была так же сложна, как и у неё, хотя и в совершенно другом смысле. Она тоже стиснула его руки, и, как фитиль занимается пламенем, медленно, постепенно, её замёрзшее сердце пробудилось к жизни. Оказалось, она держала под замком не только свою магию, но и свою душу.
Глядя Гастону в глаза, она видела там добро. Она видела под самой поверхностью медленное кипение страстей; его настоящее «я», запертое внутри потрескавшейся и потускневшей раковины. Она видела человека, которым он хотел бы стать, которым ему всегда следовало быть – Гастоном Галантным. Больше всего на свете Агата хотела бы встретить того юношу, который расцвёл бы в полную силу, если бы семья принимала и любила его.
На мгновение Агги показалось, что она парит над землёй. Она обладала способностью сделать этого человека реальным, а у него были средства, чтобы помочь ей обрести свободу.
По лицу Агаты расплылась улыбка.
– У меня к вам предложение, Ваша Галантность.
Глава 7
Гастон
ГАСТОН ТОЛЬКО СЕЙЧАС ПОНЯЛ: если он хочет использовать способности Агаты в своих целях, нужно заставить её поверить, будто это само пришло ей в голову. Воззвать к
