законов, но поняла, что они тоже многое нарушили, и если люди об этом узнают, то даже проректор может вылететь из академии. И тогда они прямо на уроке начали обсуждать, кто кому будет платить, кто кого прикроет. Может, другие ученики этого не поняли, но Е Цзыюнь хоть и была молодой и наивной, но не тупой, она сразу поняла, что так и проходят переговоры между кланами, и Шэнь Юэ уже способен в них полноценно участвовать и защищать интересы своей семьи. И как бы она собой ни гордилась, она отстает от своего сверстника как в совершенствовании, так и в делах клана. Возможно, не зря отец уделяет больше времени Е Хану. Может быть, она действительно слишком много думает о подругах и мальчишках. Она должна измениться и больше уделять времени практике и делам клана.
Сяо Нин не знала, как относиться к Не Ли, он же ей помог и столько всего рассказал. А сегодня... сначала она радовалась, что Священная семья потеряет репутацию, но потом все так странно перевернулось. Нет, конечно, это Шэнь Юэ все так выставил, но в чем он был не прав? И проректор согласился, хотя он тоже Шэнь Юэ не любит. Так и не придя к однозначному выводу, она отправилась на тренировку.
Двое старейшин семьи Вьюги сидели в кабинете проректора и пили чай.
— Что думаешь о сегодняшнем уроке, Е Шенг? — старик отпил чай из пиалы.
— Думаю, что слишком долго я на посту проректора. Привык, что могу пускать кого хочу и когда хочу. А в уставе написано, что территория академии не зависима от влияния кланов, иначе кто бы сюда наследников отдавал. Если их здесь могут перевербовать, а то и захватить или даже убить. Так что если слухи пойдут, то не я из академии вылечу, а все клановые ее покинут, и буду я тут крестьянских детей учить да рис без мяса есть, на большее денег хватать не будет, — понурившись, ответил Е Шенг.
— Да это понятно, я про пацана, точнее про обоих спрашивал.
— Вообще-то ты прав, оба странные, но они здесь неделю, мало что знаю, нужно расследовать, это больше по твоей части. Знаю, что Не Ли бездарность из захолустного клана, красный сосуд, пять единиц духовной силы. Скорее всего, после первого года вернется в клан, кто за него дальше платить бы стал, хотя теперь даже не знаю. Все-таки талант к языкам — вещь серьезная, хотя когда он все это прочитать успел, не знаю, может, случайно именно эту книгу недавно прочел, и тут такой случай высказаться. Все же на прилежного студента он не похож. Но проявить себя успел, на первом же уроке начал скандалить с Шэнь Сю. Она, конечно, та еще курица, ее протолкнули сюда за племянником следить, но теперь и не понятно, кто за кем следить должен, — усмехнувшись, сказал проректор.
— А племянник — это Шэнь Юэ, мне заместитель докладывал, его убить пытались?
— Не знаю, что произошло, он сознание потерял ненадолго, и всё, ни ран, ни травм. Если бы мой доверенный человек не подтвердил, что духовный сосуд атаковали, я бы и внимания не обратил. А в остальном я сначала думал, странный он. А теперь вижу, что у нас с тобой большие проблемы.
— С чего это? — не понял Е Сю.
— Подумай сам, почему кланы сохраняют академию нейтральной? Чтобы детишкам никто из взрослых мозги не полоскал и к себе не переманивал. За этим учителя из разных семей следят. Но им-то можно между собой договариваться. Обычно это как происходит: кто побогаче собирает тех, что победнее, вокруг себя и хвастается одеждой дорогой или кольцом пространственным. Сам понимаешь, какие в тринадцать лет ценности. А тут Шэнь Юэ, он на Верховном совете любого старого интригана, что всю жизнь за власть боролся, сожрет и не подавится. И вот такой человек среди обычных детей, да к выпуску они за ним как утята за мамой уткой ходить будут.
— Согласен, плохо это. Священная семья растет слишком быстро. По силе и богатству они нам уже в затылок дышат. Но репутация у них агрессивных выскочек. И союзников у них считай, что и нет. Но если в следующем поколении у них появится талантливый политик, то и это измениться может. Даже наша молодежь, да ты лучше меня знаешь. Разве что Е Хан, но он приемный, а это повод ему отказать в должности лорда. Это у нас с тобой в семьях нет никого подходящего на этот пост. А те старейшины, у кого есть молодые таланты, захотят их продвинуть. Так что проблемы могут и внутри клана появиться. Как бы и в самом деле не пришлось отдавать Е Цзыюнь за этого Шэнь Юэ.
— Ты про Е Цзуна забыл, он же реально собрался к мнению дочери прислушиваться. А ты ее видел, она пол урока на этого Не Ли смотрела. Вот представь, она такого жениха в дом приведет, что делать будем?
— Не верю я в подобное, да и если приведет, лорд про свои слова быстро забудет и этого Не Ли живьем в землю закопает. Ладно, пойду я, отправлю людей узнать про Не Ли и семью Небесной Метки. А вот как к Шэнь Юэ подступиться, пока не знаю, там если поймают, одними словами дело будет не решить.
Не Ли был в бешенстве: «Ублюдок Шэнь Юэ всё наизнанку вывернул. Приплел сюда семью, я бы и сам им помог, когда денег заработал. А теперь даже этот мудак Не Бо мне лекции читает, даже сказал, что будет за мной в академии следить. А на улице охранники будут, вряд ли они будут что-то передавать Священной семье, но, если стану что-то странное делать, станут мешать и запрещать. Хорошо хоть появятся они через четыре-пять дней, когда все договорятся. К этому моменту все сделаю и смогу безвылазно в академии сидеть и совершенствоваться. Черт, даже этого не смогу. Нужно по восемь часов в день переводить книги. Отказаться не могу, собственная семья заставит. Я же так Священную семью только сильнее сделаю. Может тогда чушь всякую в переводе писать. Тоже нельзя, если заметят кражу или подлог, считай, гарантированная казнь. На этот счет законы в Светозаре суровые, иначе бы никто не смог нанимать алхимиков, переводчиков или начертателей, все бы воровали и портили бы друг другу фамильные рецепты. И на уроках сидеть придется. Проректор сказал, что
