решило насытить саров Тьмой во благо страны. И именно от этого ты и спасла свою маму. Большая часть её силы принял на себя более уязвимый ребёнок. Но это не уничтожило твою волю — чему крайне рад!
— Что… Что ты хочешь этим сказать? — Нарата приподнялась, расправляя крылья. — Неужели я… Ещё одно Воплощение?
— Нет. Если сама не решишь, но надеюсь, что тебе хватит самостоятельности. Зато ты одна из тех, кто может управлять Тьмой. Только ты этого ещё не умеешь, — приподнял Мирдал голову и сложил лапы перед собой.
— Но… Этому можно научиться? — предположила Зареслава. — Ты же не примкнул к Тьме, но и к Свету не стремишься. Может… Ты смог бы научить Нарату выбирать нейтральное положение?
— И вас тоже, если желаете. Но будьте осторожны… — снова поднялся Мирдал на лапы, даже на задние. — Тьма, Свет — многие захотят иметь вас на своей стороне. Но вы должны брать их на свою, а не наоборот.
— Но на нашей стороне есть только мы, — вставил Торстейн.
— Разве драконы не должны стремиться к совершенствованию? — продолжила Зареслава. — Неужели Свет не может помочь совершенствоваться нам?
— Может помочь. Но вы же не собираетесь ему служить? — Мирдал начал медленным шагом возвращаться к деревне. — Главное, чтобы вы не перепутали свою волю со своим эгоизмом, со звериным желанием простой жизни.
— Постой! — Нарата поспешно двинулась за Мирдалом, — разве Воля не подразумевает толику эгоизма? Ведь если не делать то, что хочешь — какая же воля?
— Воли нет не только когда подчиняешься тому, кто сильнее себя, но и если ты потакаешь своим же душевным порывам даже тогда, когда разум протестует. Разве у тебя никогда не было так, что жутко не хочется, а ты всё равно делаешь вопреки себе? — Оглядел Мирдал всех идущих за ним, будто вопрошая не только Нарату.
— Но то — необходимость, — заметила Нарата. — Бывают ситуации, когда нужно поступить не так, как хочешь, но так, как надо. Только какое отношение это имеет к Тьме или Свету? Я же не собираюсь сейчас же брать на себя обет безбрачия и бросаться в ноги перед статуями драконов?
— Не собираешься, потому что не хочешь и нет необходимости, пусть Свет и Тьма именно этого от тебя бы и пожелали. В чём же тогда разница между «хочу» и «надо», при том условии, что тебя никто не побуждает ничего делать, как вольную драконессу? — Продолжил Мирдал задавать вопросы вместо того, чтобы внятно объяснять.
— Ну вот твои ученики — они не идут ни ко Тьме, ни к Свету, но разве ты станешь их ограничивать, если они сделают выбор! — Зареслава Аменемхат подключилась к спору. — А если станешь — значит, ты ущемляешь их волю, их стремление!
— После того, как они завершат обучение, они могут выбрать и Тьму, и Свет, и даже менять своё решение в процессе жизни. Но если возьму ответственность их обучать — обязан завершить обучение до конца. Ты так и не ответила на мой вопрос, — продолжал допытываться до Нараты демиург, разом из приветливого и интересного собеседника превращаясь в занудный повторитель, — если ты вольна поступать как угодно, без ущемлений традиций, приказов и стереотипов, в чём разница между «хочу» и «так следует»?
— Не знаю, будет ли считаться мой ответ, он не такой заумный, как вопрос… — на помощь растерявшейся Нарате, которую взяли в ученицы лишь после вопроса о том, можно ли, прилетела Зареслава. — Допустим, очень надо поесть, но ты отдаёшь еду ребёнку, потому что в твоей воле его здоровье.
— Если, конечно, это твой любимый ребёнок, и он не нашёл себе еду сам или же не вырос давно, оставшись иждивенцем, — добавил Торстейн.
— Иными словами, есть два вида желаний, — резюмировал бывший Светлый. — Одни из них зависят от обстоятельств — голоден ты или сыт, радостен или печален, что говорят драконы вокруг… А есть те, которые столь же постоянны, как и Вселенная. Бессмертная воля — в последних.
— Но ведь и желания держат нас в узде? — вопросила Нарата, не собираясь просто так оставлять этот разговор. — Мать охраняет своего детёныша, добывая ему еду, разыскивает кров или тайные места, куда не доберётся враг. Взрослым драконам нужна не только еда, но и развлечения, им нужна любовь, выпивка, хорошая музыка или компания… Получается, желания ограничивают нашу волю.
— Без желаний воли не будет. Если ничего не хочется — ничего и не делаешь, спишь будто мёртвый. Всё, чему нужно тебя научить, прежде чем ты овладеешь Тьмой — научиться отличать собственные желания от внушённых. Не важно, той же Тьмой, Светом, телом, друзьями или врагами. Тогда ты научишься разделять свою волю и волю Тьмы, и сможешь не слиться с ней, а управлять ею, — вернул себе Мирдал добродушное выражение морды. Пускай подобные слова редко когда говорят с подобными эмоциями. — Вот почему отец твой не захотел обучать тебя самостоятельно — родители воспринимаются как пример для подражания, а Зорату не нужен второй Зорат — ему нужна Нарата.
— А если я не захочу ничем владеть, а пожелаю остаться свободным драконом? — Нарата кивнула на своих друзей. — Намира убежала от Тьмы, Варлад и Арма очень своевольны — с чего мне её возглавлять или становиться её частью? Если какая-то часть тела заболевает, её надо лечить, а не бороться с нею — отрубить и заменить на механический протез.
— Тебе достаточно владеть самой собой. Мог бы оставить тебя неуправляемым созданием, летящим туда, куда подует ветер страстей, веяний времени и чужих идеалов… но не могу, потому что знаю, что если ты не подберёшь свой разум с дороги — его подберёт Тьма.
— То есть, ты сейчас заявляешь о том, что станешь мне учителем? — мордашка Нараты приобрела хитрое выражение. — И даже не спрашивая на это моё согласие?
— Итак, спрашиваю, — золотистый, напротив, напустил на себя максимально наивное и торжественное выражение. — Желаешь ли ты
