Читаем без скачивания Месть профессора Мориарти - Игорь Сергеевич Градов

преступник, судя по всему, обращался с ними довольно грубо — просто бросил в хибарке на землю. Чудо, что он не повредил их, когда снимал рамы…

— Полотна были вынуты? — удивился Шерлок. — Не вырезаны ножом, как это обычно бывает при краже картин?

— Вынуты, — подтвердил Лестрейд. — Хотя, конечно, гораздо проще было бы их вырезать. Это заняло бы намного меньше времени и потребовало существенно меньших усилий. Но вор почему-то поступил именно так. Я этого тоже понять никак не могу… Говорю же: совершенно абсурдное, нелогичное преступление!

— Я хотел бы увидеть эти полотна, — немного подумав, произнес великий сыщик, — и лично осмотреть их. Лестрейд, вы можете устроить мне визит в поместье Сент-Трей?

— В этом нет необходимости, — ответил инспектор, — после кражи сэр Эдуард распорядился перевезти наиболее ценные картины, в том числе и эти три пейзажа, в свой лондонский особняк. Мы можем навестить его хоть сейчас. Полагаю, он не откажется принять нас.

— Отлично! — обрадовался Шерлок. — Так и сделаем, но завтра, сегодня мне нужно еще подумать. Жду вас утром, чтобы нанести визит лорду Гилфорду. Надо поговорить с ним и посмотреть его знаменитую коллекцию. Хотя я и не разбираюсь в живописи, особенно итальянской, но для дела это может оказаться очень полезным…

Глава третья

На следующий день мы втроем: Холмс, Лестрейд и я — поехали к сэру Гилфорду. Я буквально напросилась в напарницы к Шерлоку — все утро вертелась у него под ногами, намекая всем своим видом, что тоже хочу принять участие в этом деле, и он меня понял правильно.

День был чудесный: в меру теплый, без летней жары и духоты, светлый и сухой. Эх, если бы такой была бы вся осень! Но нет — пройдет одна-две недели, и небо закроют свинцовые тучи, пойдет мелкий противный дождик, а потом город накроет туман — тяжелый и плотный, как ватное одеяло. И еще — холодный и влажный, заползающий, кажется, в каждую щелочку дома. Бр-р-р, даже думать об этом не хочется.

Кеб легко, весело бежал по центральным улицам Лондона, и я с удовольствием смотрела по сторонам. Высокие четырех-пятиэтажные каменные здания чередовались с уютными городскими усадьбами, утопающими в зелени садов. У одного из таких частных особняков на Харли-стрит мы и остановились. Это было красивое, солидное здание, всем своим видом показывающее (и даже, я бы сказала, подчеркивающее!), что здесь живут очень обеспеченные и влиятельные люди.

Дом окружала старомодная черная чугунная решетка, а дубовая двустворчатая дверь с натертыми до блеска медными ручками усиливала впечатление богатства и солидности — как самого особняка, так и тех, кто в нем обитает. Появившийся на пороге чрезвычайно важный, напыщенный дворецкий (темно-зеленая ливрея с золотым позументом, густые седые бакенбарды, строгий надменный взгляд из-под кустистых бровей) полностью соответствовал общему впечатлению, производимому зданием.

Мы прошли по короткой садовой дорожке, усыпанной гравием, и поднялись на невысокое крыльцо.

— Здравствуйте, инспектор, — вежливо поздоровался с Лестрейдом дворецкий и вопросительно посмотрел на Холмса.

Тот протянул свою визитную карточку. Дворецкий принял ее, затем опустил взгляд вниз, на меня.

— Это со мной, — сказал Шерлок, — сыскная собака Альма, помогает мне в раскрытии дел.

Дворецкий молча на меня уставился — видимо, решал, можно ли впускать собаку (пусть даже сыскную) в такой дорогой, величественный особняк, но Холмс решительно шагнул внутрь и потащил меня следом (я, как и надо, была на поводке). За нами вошел Лестрейд.

— Сообщите сэру Эдуарду, — попросил инспектор, — что мы хотели бы еще раз поговорить с ним по делу о краже картин.

Дворецкий важно кивнул и исчез в глубине дома. Я осмотрелась: мы оказались в небольшом круглом холле с колоннами. Все стены были увешаны картинами — очевидно, из собрания хозяина. Я, как и Холмс, мало разбираюсь в живописи (если честно — вообще не разбираюсь), но по тому внимательному взгляду, который бросал на эти полотна Шерлок, поняла, что его очень заинтересовали окружающие нас портреты и пейзажи. Он даже подошел поближе к одной картине, вынул из кармана лупу и стал что-то тщательно рассматривать.

— Вы тоже увлекаетесь живописью, мистер Холмс? — раздался в холле уверенный, властный голос.

К нам подошел лорд Гилфорд. Это был высокий, сухой, подтянутый и очень чопорный мужчина с пышными седыми усами, на вид ему было около пятидесяти пяти — шестидесяти лет. Одет он был в отличный темно-серый твидовый костюм, на ногах — черные лакированные ботинки.

— Нет, сэр Эдуард, — ответил Холмс, — живопись не входит в число моих увлечений. Мое внимание привлекла поверхность картины: я вижу, что она как будто вся в мельчайших трещинках…

— Это называется кракелюры, — улыбнулся хозяин дома, — разрушения красочного слоя. Они образуются со временем естественным образом. Их наличие — верный признак того, что вы имеете дело с достаточно старым произведением искусства, а не с каким-то дешевым новоделом. Ну и еще кое-какие другие признаки… Это целая наука, мистер Холмс, как определить время создания того или иного полотна! И в ней надо быть настоящим специалистом, чтобы тебя не обманули и не подсунули какую-нибудь подделку! Однако вы пришли сюда, я полагаю, не для того, чтобы обсуждать со мной тонкости создания живописного полотна, правда ведь? Могу ли я спросить, что привело вас, джентльмены, в мой дом? Я думал, дело о краже моих полотен давно уже закрыто… Конечно, крайне жаль утраченных старинных рам, они придавали моим картинам особую выразительность, да и цену имели немалую, но тут уж ничего не поделаешь! Я уже заказал новые, и они скоро будут готовы. Впрочем, я все равно рад, что вы, инспектор, так быстро и уверенно провели расследование и нашли украденные шедевры. Теперь они снова в моей коллекции, и им уже ничто не угрожает.

— Однако преступник не пойман, — возразил Лестрейд.

— Бог с ним, — царственно махнул рукой сэр Эдуард. — Я верю, что он так или иначе, но понесет наказание. Или при жизни, или же сразу после ее завершения. Ни одно доброе или злое дело не остается без последствий, и в итоге каждый получит по своим делам…

Лестрейд скептически посмотрел на лорда Гилфорда — очевидно, у него имелось свое мнение на этот счет, — однако благоразумно промолчал. Шерлок же попросил:

— Могу ли я увидеть те полотна, которые пытались украсть? Надеюсь, что мне удастся обнаружить хоть какие-то зацепки или улики, которые помогут нам все-таки найти вора… Этого требуют интересы правосудия.

— Пожалуйста. — Хозяин особняка пожал плечами и пригласил нас в свой кабинет.

Мы миновали несколько комнат и два коротких коридора, и везде