жизни, намного проще.
— Папа, ты жульничаешь!
— Вот и нет, сама считай ходы.
— Нечестно! Ты кубик перевернул, я видела… У тебя денег нет на аренду, и ты смухлевал, — Ксюша надувает губы.
«О, да! Ваш папочка мастер в этих делах» — ухмыляюсь, нарезая салат. Острый нож мелькает в руках.
— Хорошо, пусть будет по-твоему. Хотя тебе показалось, маленькая бандитка, — Марк легонько щелкает дочку по носу. Я краем глаза слежу за ситуацией, справедливая Ксюша такого не простит. Сейчас начнется швыряние фишками…
Назревающий конфликт прерывается требовательной телефонной трелью.
— Простите, девочки. Я кому-то срочно понадобился!
— Папа, ну что опять… — ноет Даша.
— По работе, на пять минут. — Марк смотрит на экран телефона и подрывается, торопясь выйти в другую комнату.
Обиженная Ксюша выхватывает из его рук надрывающийся телефон и ловко отбегает в сторону.
— Отдай, я сказал! Я не шучу!
Дочка показывает папочке язык и демонстративно медленно нажимает кнопку «ответить».
— Ма-а-арк, ну что такого случилось? Ты же обещал, — на всю гостиную ноет громкий женский голос.
Нож соскальзывает и я, ойкнув, впиваюсь губами в каплю крови, выступившую на пальце.
Опешившая Ксюша испуганно передает трубку взбешенному отцу. Марк сразу начинает орать в трубку также, как только что на дочь:
— Я сказал, что проект будет готов только через неделю. И не надо меня торопить. Я знаю… Да… И что теперь, обстоятельства так сложились…
Он идет к выходу, продолжая эмоционально ругаться с заказчиком, которого зовут, видимо, Илона. Мы с девочками вздрагиваем от грохота захлопнувшейся двери.
— Даша, ты будешь ходить? — в наступившей тишине слышу растерянный Ксюшин голос, и мне становится отчаянно жаль девочек. Им-то за что слушать это вранье?
Заклеиваю порезанный палец лейкопластырем, отвернувшись от дочек. Не хочу, чтобы они видели, как по щекам текут слезы. Марк совсем обнаглел, она звонит ему уже прямо сюда! Это слышали девочки, это слышала я!
Эта наглость уничтожила последние капли сомнения в моей душе. Теперь я чувствую себя так, будто пешком прошла через пустыню Сахара — обезвожена, обессилена. И единственное, что утолит сейчас мою жажду и даст энергию — это возмездие.
Видит Бог, мне было сложно на это решиться. Марк, в том, что случится, виноват только ты!
***
Вздрагиваю, услышав входящий вызов.
— Милая, не обращай внимания. Кому ты так поздно ты могла понадобиться? — Марк бодро разрезает отбивную и отправляет кусок себе в рот. — М… Божественно! Девочки, кому гарнир?
«Ну да, конечно… Свои телефонные звонки ты не игнорируешь!»
Телефон замолкает, затем злобно надрывается снова. Мне, правда, не хочется отвечать. Я догадываюсь, кто может быть так настойчив. Если я не ошибаюсь, так просто он не отвяжется.
Отложив нож и вилку, встаю из-за стола. Вечно бросаю смартфон так, что потом не могу найти. Обнаружив его на диване, вижу, что не ошиблась. На экране — знакомое имя.
— Да, я слушаю! — отвечаю резко и нервно.
— Лена, ты что делаешь сейчас? — Лев Александрович интересуется с легким наездом, будто я ему что-то должна.
— У нас праздничный ужин в честь моего возвращения, а что?
— Какого черта ты творишь? Ты сбежала…
— Я же сказал, что на работе буду только завтра, — делаю вид, что разговариваю с Ритой, еще не хватало, чтобы Марк с дочками догадались, что у меня есть свои секреты.
— Понятно, — негодующее сопение, — я не знаю, что ты задумала, но не стоит играть с огнем, Лен.
— Да, я поняла.
— Несколько дней. Я просил тебя подождать несколько дней, чтобы ситуация разрешилась наилучшим для тебя способом.
— Постараюсь, но ничего не обещаю.
— Не делай ничего, прошу тебя! Я знаю, о чем ты думаешь. О мести… — я невольно вздрагиваю. — Слушай, это не выход. Несколько лет назад я совершил такую же ошибку…
— Мне сейчас не очень удобно, потом созвонимся.
Я отключаю телефон и, излучая доброжелательность, подкладываю Марку на тарелку порцию телячьих отбивных.
— Приятного аппетита. Я старалась накормить вас чем-нибудь вкусненьким.
«Ты не прав, Лев! Месть — это выход. Я знаю, после этого мне станет легче!»
24. "Так хочется домой!" ч.1
Я ее бросил! Сам от себя в шоке, но я это сделал!
Готовился к тому, что после Ленкиного отъезда у меня начнется мини-отпуск. Строил планы и представлял, как проведем эти дни с Илоной. Поддался мужскому эго, которое шептало мне, что я достоин ласковой, юной и красивой женщины. Надеялся на тихие романтичные вечера и дни, наполненные нежностью и разговорами… Мне хотелось проснуться с ней рядом, чтобы ее голова доверчиво лежала на моем плече. У меня так давно не было желания с любовью смотреть на спящую женщину. Это же самое трогательное, что может быть…
Последние десять лет я просыпаюсь, одеваюсь, как солдат за две минуты, и бегу по делам. Я не помню, когда позволял себе поваляться.
Да так и было сначала. Все, как в моих мечтах, и даже лучше. Илона была милой и трогательно-доверчивой, а я таял, как мороженное. Будто попробовал кусочек другой жизни, окунулся в параллельную реальность. Мы с Илоной даже прогулялись, хотя обычно стараюсь не показываться с Илоной на людях, но раз жена в отпуске — рискнул. Правда, ходил, и нервно оглядывался, чувствовал себя так, будто за мной следят.
Но потом что-то, блин, пошло не так… Уже на второй день я вскочил рано, и понял, что любоваться на спящую Илону мне не хочется, а хочется в туалет и почистить зубы. Рядом со мной спала не молодая женщина с грацией дикой кошки, а лохматая чужая девчонка со следами слюны на подушке.
А Илона проспала до обеда, а потом принялась ныть, что хочет пойти со мной на вечеринку 18+ в стиле «50 оттенков серого». Она, оказывается, давно мечтала! И хочет порадовать, в первую очередь, меня — это же такой опыт. И даже в моем возрасте для меня открыты новые горизонты…
А я слушал и ловил себя на мысли, что куда больше, чем новые горизонты меня волнует, уложила ли мама девочек спать? Они же ее нервы на кулак намотали и узлом завязали, пока я здесь слушаю о том, что не стар для острых ощущений.
Мне отчаянно захотелось развернуться и уйти, хлопнув дверью, чтобы никогда не возвращаться. Прийти домой, и посмотреть, что с девочками. А еще — уткнуться Ленке в колени и повиниться, жаль, что ее нет дома. Илона подарила мне вторую молодость, но свою я уже прожил.
Я не в силах был слушать ее нытье, поэтому вышел из комнаты и набрал маму, которую с большим
