“Все болеют за андердога, - с иронией подумал он. - Вот и меня не миновала чаша сия.”
Таллисибет Энвандун-Эстерхази
***
За оставшееся время экзаменационного дня, Нил Коррин успел прерваться на полдник и обед, и опробовать все возможные способы “показать себя”.
Вернувшись на арену, он одержал две незначительные победы, и потерпел три поражения - неожиданных и сокрушительных, но ценных несомым ими опытом.
Гибкая до бескостности тогрута, сражающаяся в стиле джар-кай, то есть, с парными мечами, поразила Нила своим владением атару. Фехтуя с ней, он не мог не признать, что зря мысленно сравнивал родианца Ууммора с торнадо - по сравнению с этой доброжелательной девочкой на год младше Нила, зеленокожий простак был хилым вихриком. Оранжевые клинки тогруты - полноценный, для правой руки, и укороченный шото для левой, - сплели перед Нилом настоящую стену света, через которую юноша так и не смог пробиться.
Немногословный виквай, с обычной для их вида морщинисто-бугристой физиономией, шипообразными наростами по обеим сторонам от подбородка, и черными волосами, заплетенными во множество косичек на затылке, оказался на редкость силен. Эта сила прекрасно дополняла его отличное владение пятой формой. Как подозревал Нил, в реальном бою, на сторону этого сурового юноши также встала бы природная толстокожесть его вида - викваи были способны принимать на грудь выстрелы бластеров, и даже не особо при этом страдать. Сходиться с ним в силовом противостоянии оказалось огромной ошибкой, приведшей к тому, что сегодня, юнглинг Коррин отправился в свой первый полет, без всякого телекинеза, транспорта, и вспомогательных приспособлений.
Болотно-зеленый иторианец, больше всего напомнивший Нилу улитку, скинувшую свой панцирь, и вставшую на дыбы, стал для юноши двойным сюрпризом. Обитатели Итора были известны в галактике двумя вещами - миролюбием, и успехами в садоводстве, но никак не воинскими умениями. Нил не ожидал, что этот неуклюжего вида экзот, во-первых, вызовет его, а во-вторых, покажет очень пристойное владение мечом. Бой с ним затрудняло не только оно, но и необычность пластики иторианцев. Нил так и не сумел приноровиться к странным движениям тела своего противника. Сигналы, подаваемые боевым предвидением, лишь сильнее запутывали юношу. В итоге, он ошибся в уклонении, и иторианец достал его плечо самым кончиком салатово-зеленого светового меча.
Вволю нафехтовавшись, Нил присоединился к юнглингам, перемещающим себя и всякие тяжелые предметы по воздуху с помощью телекинеза. Здесь, он показушничал недолго - его силой в техниках Силы было умение филигранно направлять ее потоки. Именно поэтому ему так легко далась силовая ковка, даже с усложнением задачи в виде обучения от Луминары Ундули. Жонглировать тяжеленными булыганами, как это влегкую проделывали несколько щедро одаренных юнглингов, Нил не мог, и, устав от непрерывного применения сверхспособностей, оставил это занятие другим.
Пилотажные симуляторы были для него привычным делом - в курс обучения юнглингов входили уроки вождения всего, что ездит, летает, плавает, шагает, ползает, или перемещается еще каким способом. Экзаменационные пилотские кабинки были объединены в локальную сеть, что превращала симуляцию в этакую многопользовательскую сессионку. Садящийся в кресло симулятора брался управлять истребителем, вылетающим из ангара космического авианосца. Задачей, стоящей перед каждым из пилотов, было подстрелить как можно больше летательных аппаратов врага. Кроме легких истребителей и перехватчиков, юнглинги могли взяться за штурвал бомбардировщика, штурмовика, или десантного челнока. Для этих аппаратов, боевые задачи также включали подавление огневых точек на вражеских крупных кораблях, штурмовка или бомбардировка кораблей средних, и выгрузка доблестных десантников во вражеских ангарах. Нил довольно долго рубился в эту космическую стрелялку, и настрелял предостаточно виртуальных врагов, но так и не увидел своего имени на таблицах рекордов - большую часть времени, пилотские кресла были оккупированы заядлыми фанатами симуляторов, уже к середине дня набившими столько фрагов, что соревноваться с ними не было никакой возможности.
Немного заскучав от однообразности экзаменационного действа, Нил Коррин даже успел подурачиться, в лучшем стиле своих раздолбаев-сверстников - тем более, что рыцари и мастера не спешили выстраиваться к нему в очередь с предложениями падаванства. Он довольно долго разыскивал Йоду, задумав проверить храмовые сплетни, и собственные смутные воспоминания почти десятилетней давности, о его необычном стиле речи. Безуспешно: малорослый джедай, мелькнув разок перед юнглингами в начале экзаменационного дня, бесследно исчез - по всей видимости, улетел на верном репульсорном кресле навстречу важным велико-магистерским делам.
Найдя в толпе юнглингов Сула Зота, Нил, шепотом и на ухо, предложил тому игру - перекидывать друг другу один из булыжников для упражнений в телекинезе, тяжелый, и выглядящий крайне опасным метательным снарядом. Юного забрака идея восхитила, и он немедленно согласился принять участие. Им удалось расположиться достаточно удобно, застолбить за собой нужный валун, и сделать друг другу пару тяжеловесных пасов, прежде чем их опасное дурачество заметил один из присутствующих старших джедаев - мастер Ки-Ади-Мунди, - отобрал у них камень телекинезом, и сердито отчитал обоих. Когда седой цереанин исчерпал запас нравоучений, Нил с невинным видом поинтересовался у него, как мастер-джедай находит его улучшившийся контроль над Силой. К великому удивлению юноши, Ки-Ади-Мунди расщедрился на сдержанную похвалу.
Он как раз решал, чем бы еще заняться, разрываясь между фехтованием, и очередной дурацкой выходкой. Первое все еще оставалось главной страстью Нила, но за долгий день, слегка успело ему поднадоесть. Второе не несло ему никаких плюсов в рейтинге юнглингов - даже, скорее, минусы, - но было веселее, чем все остальные доступные занятия. Его терзания прервал знакомый голос.
- Юнглинг Коррин, - обратилась к Нилу Луминара Ундули, и, дождавшись, пока он удивленно обернется к ней, произнесла со вселенским спокойствием в голосе:
- Я предлагаю вам стать моим падаваном.
Нил не сразу осознал эту реплику джедайки, а осознав - ощутил столько противоречивых желаний, чувств, и побуждений, что пару минут просто растерянно молчал, стоя без движения. Луминара терпеливо ждала. Наконец, отогнав большинство лишних мыслей, Нил взвесил это предложение со всей отстраненностью, на которую только был способен в присутствии прекрасной мириаланки, и не нашел в нем ничего хорошего.
Он не видел их вместе - из-за разницы в возрасте и положении, из-за устава ордена, который хоть и не запрещал прямо какие-то отношения, но насчет привязанностей высказывался очень недвусмысленно, и, наконец, из-за того, что совершенно не мог сохранять спокойствие рядом с объектом своего давнего вожделения. Одно только присутствие Луминары ввергало его в блаженно-мечтательный ступор; Нил уже долгое время подозревал, что выглядит в глазах джедайки на редкость глупо. Все это на корню резало любые планы по ее соблазнению, а без конца страдать от безответной любви он совершенно не хотел.
Собрав всю силу воли, Нил принял решение. Осталось только воплотить его в жизнь.
- Можно поговорить с вами наедине, рыцарь Ундули? - вежливо попросил он ждущую его ответа женщину. - Совсем-совсем наедине.
- Мы можем занять один из пустых классов, - невозмутимо предложила она.
- Сойдет, - поспешно согласился юноша. - Пойдемте скорее, - сейчас, он больше всего боялся растерять с таким трудом собранную решимость.
Они прошли в ближайшее учебное помещение, и Луминара закрыла дверь за их спинами, использовав ключ-карту. Осуществив запрошенное Нилом уединение, мириаланка прошла дальше, внутрь комнаты, встала перед юношей, и ожидающе воззрилась на него.
- Я могу попросить вас отозвать ваше предложение? - выпалил тот. Он не хотел прямо отказывать ей - обидеть свою первую любовь было для него чем-то сродни святотатству.
