Сталин — наоборот порадовали. Твёрдо обещаю, что всё будет по Вашему слову.
— Что касается лично Вас, товарищ Сталин, то я опять же настаиваю на диагностике и лечении лично Вашем. Вы крайне важны нашей Родине и всему революционному движению, и Ваша преждевременная смерть никому кроме наших врагов не нужна.
— Я подумаю. — сухо ответил вождь.
— Ваше право. И посоветуйтесь с товарищами. Однако я отвлёкся, какова вторая просьба?
— Хочу Вас попросить продолжить разведывательные полёты.
— Ну, это, само собой. Я так понимаю, что перехожу в Ваше подчинение?
— Вы правильно понимаете. Будете жить на одной из конспиративных баз НКВД с хорошей охраной, оттуда и будете вылетать на разведку. На всех фронтах для Вас создадут такие же базы, это будут, так сказать, запасные аэродромы.
— И пусть разведывательная эскадрилья продолжит свою многотрудную работу.
— Уже разведывательный полк, и истребительная дивизия для его охраны. — улыбнулся Берия — Правда, и полк и дивизия только по названиям, но это знаем только мы.
— Порадовали.
— Третья просьба исходит от Лаврентия Павловича. У нас большие трудности с дешифровкой британских и американских шифров. С германскими шифрами немного легче, но тоже есть большие сложности. Мы предположили, что у Вас имеется вычислитель большой мощности, и он поможет решить задачу.
Антон задумался и принялся копаться в архивах. Сталин и Берия, видя, что их собеседник ушел глубоко в себя, тихонько поднялись, отошли к окну и вполголоса заговорили о своём.
В архиве «Математика», в разделе «Старинные курьёзы» Антон нашел-таки папку «Шифры ХIХ — XXII века». В папке собраны чертежи электромеханических и компьютерных шифровальных машин Германии, Франции, Великобритании, Швейцарии, Италии, США и Японии. Зачем Антон сохранил эту папку, он уже и не помнил, а вот гляди-ка пригодилось.
— Кхе-кхе. — подал знак Антон, что вернулся в реальность.
— Вы что-то придумали, Антон Петрович?
— Да, товарищ Сталин, придумал. У меня в архиве случайно оказались чертежи шифровальных машин наших действующих и потенциальных врагов, Германии, Великобритании, США, Франции и Японии. Смогут ли наши специалисты по чертежам построить сложные электромеханические машины?
— Что вы думаете, товарищ Берия?
— Считаю, что это в наших силах.
— Вот и прекрасно. Антон Петрович, что Вам нужно для работы?
— Хороший кульман, хорошую бумагу, чертёжные принадлежности и комнату с хорошим, желательно естественным освещением. Полагаю, что, тратя примерно неделю на машину, я справлюсь с задачей. Кстати сказать, математические алгоритмы шифрования и дешифровки по каждой из систем я выдам быстрее, за пару дней.
Глава 7
Антон успел начертить только одну, английскую шифровальную машину. Ужасно неудобно оказаться в настолько отсталом прошлом, просто катастрофа какая-то! Будь под руками примитивнейший принтер, сбросил бы на него чертежи, и через пять минут всё было бы готово. Чуть дольше было бы, воспользуйся он трёхмерным принтером — устройство бы распечатало все детали за час, осталось бы только собрать агрегат. Но лучше всего было бы сбросить задание роботу-наладчику — тот бы сам распечатал детали, собрал, отрегулировал, да ещё заодно и расшифровал бы всю переписку неприятеля, не задействуя собственно шифровальную машину.
Но жизнь далека от идеала, и не успел Антон отдать куратору последний чертёж, как примчался посыльный:
— Товарищ Дикобразов, Вас приглашает товарищ Сталин.
Машина уже ожидала у ворот, и очень скоро, по тесной лестнице и какому-то кривому коридору гостя провели в кабинет вождя.
— Здравствуйте, Антон Петрович. — за руку поздоровался со ним Сталин.
Антон оценил это обращение: когда-то он читал, что по имени-отчеству вождь обращался всего к нескольким, наиболее уважаемым им людям. По-видимому, он сходу вошел в этот тесный кружок избранных.
— Присаживайтесь.
Антон уселся на очень удобном стуле, а Сталин уселся напротив, разложив на столе карту европейской части Советского Союза.
— Антон Петрович, поступило сообщение о резком ухудшении обстановки в районе Ленинграда, причём сообщения носят едва ли не панический характер. Вам надлежит отправиться под Ленинград и обеспечить Ставку точными сведениями.
— Хорошо. — почтительно склонил голову Антон — Разрешите несколько уточнений?
— Я всегда Вас выслушаю. — благожелательно кивнул Сталин — И всегда готов дать необходимые пояснения.
— Я бы попросил выделить несколько батарей тяжёлой артиллерии, может даже тяжёлых артиллерийских кораблей, для того чтобы я мог непосредственно корректировать их огонь. На Северо-Западе, как правило, пасмурная погода, так что я смогу действовать и днём.
— Прекрасная мысль. Главная цель это штабы и узлы связи.
— Второе. Нужен полк, а лучше больше, штурмовиков Ил-2, переделанных в двухместные машины, а к ним — хорошее истребительное прикрытие. Полагаю, что в определённый момент понадобятся тяжёлые бомбардировщики. Сколько их у Советского Союза?
— Двести шестьдесят шесть.
— Думаю, что понадобятся все.
— Обеспечим.
— И наконец, нужен человек, с которым я буду держать связь.
— Связь будете держать через знакомого Вам капитана госбезопасности Серова, он уже убыл в Ленинград, для обеспечения Вашей работы. Группа прикрытия, разведывательная эскадрилья, тоже вылетела в Ленинград, будет базироваться на аэродромах Горская и Левашово, а истребители прикрытия в Левашово и Сосновке. Вам и капитану Аверину выделена база тренировки Осназа НКВД, так что контактировать с посторонними вам не придётся.
— Всё ясно, разрешите идти?
— Погодите, Антон Петрович. Во время прошлой нашей встречи капитан Аверин поднял вопрос об авиаконструкторе Поликарпове. Выяснилось, что его самолёт, И-185, значительно лучше тех, которые приняты на вооружение. Принято решение о немедленном разворачивании производства этих машин и поставке их в войска. Но речь не о том. Выяснилось, что товарищ Поликарпов страдает непонятным заболеванием, несколько обследований дали различные, крайне противоречивые результаты. Не могли бы Вы осмотреть товарища Поликарпова при помощи Ваших приборов? Этот человек крайне важен для страны.
— Хорошо, товарищ Сталин, диагност и аптечка у меня с собой.
— Тогда пойдёмте.
Они встали и через неприметную боковую дверь вышли в недлинный коридор. За второй от кабинета Сталина дверью оказалась небольшая комната с кушеткой, парой стульев и небольшим столом. Видимо это была комната отдыха. У стола сидел Николай Николаевич Поликарпов и читал авиационный журнал на немецком языке. При входе Сталина он поднялся.
— Товарищ Поликарпов, я обещал Вам привести хорошего специалиста, чтобы он оценил состояние Вашего здоровья. Вот я его привёл, знакомьтесь: Дикобразов Антон Петрович.
— Приятно свести знакомство. — протянул руку Поликарпов — Я Николай Николаевич. Для обследования мы поедем к вам?
— Нет, Николай Николаевич, никуда
