Прошел уже почти час с того времени, как пришла Зоуи, а леди Нэш все еще разглядывала приглашение и крутила его в руках.
— Что ж, эта идея не кажется мне слишком хорошей, мисс Армстронг, — сказала она. — Дело в том, что в этот вечер я и Фиби заняты. Мы ужинаем с друзьями. Позволить Федре идти к вам одной… Право же, я не думаю…
Федра взглянула на Зоуи, которая, продолжая ослепительно улыбаться, смотрела на леди Нэш.
— Вы все втроем должны непременно зайти ко мне как-нибудь, леди Нэш, — предложила Зоуи. — Мы выпьем по чашечке чаю. Да, еще вот что… Не стоит забывать, что за леди Федрой присмотрит у нас тетя Уинни. Могу уверить вас, что это настоящий дракон. Ничто не останется незамеченным ею. — Зоуи перевела свой озорной взгляд на Федру и подмигнула ей.
Фиби бросила свою кисть в деревянный ящичек.
— Отпусти ее, мама, — сказала она, поворачиваясь к мольберту спиной. — Фе должна хотя бы иногда выходить из дома и развлекаться, иначе она скоро превратится в предмет интерьера.
Неожиданно Федра быстро встала с кресла. Она вдруг обнаружила, что ей очень хочется пойти в гости к Зоуи. Мысль, что среди приглашенных гостей будет Тристан Толбот, приводила ее в крайнее волнение. На мгновение закрыв глаза, Федра снова представила себе, как к ней прижимается сильное тело Тристана. По ее груди пробежала волна мурашек. Господи, должно быть, она сходит с ума.
— Я не знаю, Зоуи, — пробормотала она. — У меня… нет подходящего наряда.
— Ты можешь надеть мое новое розовое платье, — предложила Фиби, закрывая ящик с красками. — Мама сказала, что оно слишком длинное для меня, а вырез у него чересчур низкий. — Последнее замечание Фиби сопроводила выразительным взглядом, брошенным на леди Нэш. — Пойдемте наверх, мисс Армстронг. Вы вместе с нами посмотрите, подходит ли оно Фе.
— Нет, — решительно запротестовала Федра, поднявшись в спальню. — Мне никогда не нравился розовый цвет. Я предпочитаю коричневое или серое.
— О-о, а мне это платье очень нравится! — восхищенно воскликнула Зоуи. — Примерь-ка его. — Она помогла Федре надеть платье.
Глядя на себя в зеркало, прикасаясь руками к струящемуся розовому шелку, Федра внезапно захотела окунуться в какую-нибудь авантюру. Светло-розовый цвет выглядел на ней почти опаловым, высокую талию изящно перехватывала синяя атласная лента.
— Ты должна забрать его себе, — объявила сестра. — К нему очень подойдет сапфировое ожерелье, которое тебе подарил Нэш на двадцатилетие. Просто стыд, Фе, что ты так ни разу и не достала его из коробки.
— Нет, — проговорила Федра, снимая платье и кладя его на кровать. — Я… я не могу. У меня большая грудь, и на мне это платье выглядит слишком откровенно.
— Ерунда! — запротестовала Зоуи, снова беря платье. — Фе, ты выглядишь в нем изумительно! Ты будешь самой красивой на вечере.
Федра с сомнением посмотрела на Зоуи.
— Почему ты делаешь это, Зоуи? — спросила она.
Прижав платье к груди, Зоуи окинула взглядом Федру, которая все еще стояла в нижней сорочке.
— Потому что я решила, Фе, сделать тебя сенсацией сезона, — сказала Зоуи с задумчивым видом. — Это спасет меня от скуки.
— Да? В этом дело? — сухо переспросила Федра.
— Ну конечно же, нет, — наконец сдалась Зоуи. Немного поколебавшись, она сказала: — Сейчас я поделюсь с вами последними захватывающими новостями.
— Какими новостями? — Глаза Федры подозрительно сузились.
— Потрясающими. — Зоуи помахала перед лицом ладошкой, как будто собиралась упасть в обморок. — Ужасный лорд Эйвонклифф прислал сегодня свой ответ — он принял мое приглашение. О, это удивительно! Моя маленькая вечеринка почему-то вдруг заинтересовала его. Примерь еще раз это платье, Фе. И надень к нему ожерелье. А что мы будем делать с очками? Ты без них не можешь обходиться?
— Ей очки нужны только для чтения, но она никогда в этом не признается, — сообщила Фиби. — А теперь расскажите нам, кто такой лорд Эйвонклифф. Как ты познакомилась с ним, Фе?
— Он — никто, — сказала Федра. — И мне нужны мои очки.
— О нет, подозреваю, он очень даже кто, — пропела Фиби.
Зоуи бросила взгляд на Фиби.
— Послушайте, леди Фиби, — проговорила она тоном, достойным герцогини. — Мне казалось, что вы уже в достаточной степени повзрослели. А потом, помилуйте, какой же сезон в городе без своей интриги?
Федра прямо посмотрела на Зоуи, потом на сестру.
— Никакой интриги тут нет и в помине. Лорд Эйвонклифф — красивый джентльмен, который очень высокого мнения о себе. И еще я хочу сказать вам, что мне все равно, в чем идти на вечер к Зоуи. К чему придумывать что-то?
— Потому что мы хотим видеть тебя с твоими роскошными волосами не только в серых тонах, — ответила Зоуи.
Федра промолчала. У нее имелась своя причина, которая заставляла ее вести себя несвойственным ей образом.
Тристан Толбот…
Федра не могла выбросить из головы мысли о нем. Стоило ей закрыть глаза, как она сразу ощущала прикосновение его теплых губ, едва уловимый запах бергамота и свежести. По ее телу начинало распространяться возбуждающее тепло.
За сдержанностью и отстраненностью, которые он демонстрировала всему миру, бурлили страсти, мучительные темные фантазии наполняли ее голову, заставляя испытывать острое физическое желание. Ее воля была всего лишь видимостью, фасадом, который дал трещину от малейшего давления. Стоило Тристану Толботу поцеловать ее…
— Фе, пожалуйста, — снова начала настаивать Зоуи, — возьми платье Фиби. Ведь мы теперь друзья, так?
Федра повернулась к Зоуи и Фиби, взяла розовое платье, аккуратно расправила его. Посмотрела на сестру и подругу.
— Спасибо вам обеим, — тихо проговорила она. — Я возьму его.
Тристан в третий раз за последнее время нарядился как настоящий джентльмен. Теперь он стоял перед шкатулкой с драгоценностями и с сосредоточенным видом что-то там выискивал. Аглоу молча наблюдал за своим хозяином. Наконец Тристан извлек на свет массивную золотую печатку с эмалевой инкрустацией и надел ее на палец.
Что-то внутри его, какая-то его часть вдруг начала действовать так, словно ему бросили вызов и перед ним неожиданно появились признаки некой смутной цели. Как будто на дно пустой бочки из-под эля кинули желудь, покатившийся с тихим постукиванием вдоль стенок. Желудь катился и катился, но сопровождавшее его движение легкое постукивание было приятно уху.
— Подавать коляску, сэр? — Голос Аглоу был низким и грубоватым.
— Принеси-ка мою трость, старина, — сказал Тристан, поправляя печатку. — Думаю, мне лучше прогуляться пешком.
