Старушка прямо-таки светилась от удовольствия.
– Ах, не стоит беспокоиться. Я в любом случае присмотрю за ней, – заверила она ласково. – Езжайте и хорошенько повеселитесь там вдвоем.
– Спасибо, – прошептала Натали, смущенно улыбаясь.
Она давно уже поняла, что Флоранс обожает своего хозяина, которого знает чуть ли не с младенчества, и что ей доставляет какое-то сентиментальное удовольствие наблюдать за его игрой в счастливую семью. К сожалению, старушку ожидает разочарование.
– И не торопитесь домой, – добавила Флоранс почти заговорщически. – Я с радостью посмотрю какой-нибудь ночной фильм по телевизору.
Натали подоткнула одеяльце Моники и склонилась, чтобы поцеловать ее еще раз. Но у девочки были свои соображения по поводу прощального ритуала.
– Дядя Джек! – потребовала она тоном, не терпящим возражений.
Джек, услышав, шагнул в комнату с несколько озадаченным видом. Натали взглянула на него с извиняющейся улыбкой.
– Похоже, Моника хочет, чтобы вы тоже поцеловали ее на ночь, – объяснила она, чувствуя себя крайне неловко.
– О... – В слабом свете ночника трудно было определить выражение лица Джека, но он покорно согнулся над кроваткой и прикоснулся губами к кончику курносого носика девочки.
– Спокойной ночи, малышка, – прошептал Джек. – Хороших тебе снов.
Довольная Моника свернулась калачиком под одеялом и, еще раз зевнув, приготовилась слушать окончание сказки.
– Мы ненадолго, – пообещал Джек Флоранс, беря Натали за руку таким собственническим жестом, что та испугалась, как бы он еще больше не распалил романтические надежды домоправительницы. – Спокойной ночи.
Натали позволила вывести себя из детской, все время чувствуя тепло его руки и легкое покалывание, похожее на слабые разряды электричества. Когда они спускались по ступенькам, она украдкой взглянула на Джека из-под опушенных ресниц, задаваясь в сотый раз вопросом, почему он пригласил ее на сегодняшний прием. Уж, наверное, не потому, что не мог найти другую спутницу... Черт побери, ей вовсе не доставляло удовольствия быть такой подозрительной – это совсем не в ее натуре!
А вообще-то, совсем нетрудно привыкнуть к такому стилю жизни, подумала Натали, когда они подошли к машине. Джек открыл перед ней дверцу, и она со вздохом восхищения погрузилась в комфорт кремовых кожаных подушек сиденья. Все в этом автомобиле, начиная от обтекаемых, чувственных линий корпуса и кончая полированной ореховой обшивкой приборной доски, дышало откровенной роскошью.
Некоторый диссонанс в это великолепие вносило лишь яркое детское сиденье, укрепленное сзади. Оно служило наглядной демонстрацией того, как маленький ребенок может нарушить идеально отлаженную утонченную жизнь. Если Джек Вендел и впрямь вынашивает тайное намерение заполучить ее в свою постель, ему придется понять, что Моника будет частью сделки. А если Джеку это не понравится, что ж, тем хуже для него.
– Вам тепло? – заботливо спросил он, включая зажигание, и Натали услышала, как зашуршал гравий подъездной дорожки под широкими шинами, когда машина мягко тронулась с места.
– Да, спасибо.
Натали откинулась на спинку сиденья, закрыла глаза и постаралась расслабиться. Так редко выпадают подобные моменты, уговаривала она себя, настолько отличные от обычной жизни, что я просто обязана позволить себе насладиться ими. И только беспокойная совесть все нашептывала Натали, что даже самое невинное общение с этим человеком может далеко завести ее.
Она понятия не имела, куда им предстоит ехать, но низкий рокот мотора свидетельствовал о скрытой в нем мощи, позволявшей машине пожирать расстояние с огромной скоростью, которая, впрочем, совсем не ощущалась.
Джек включил магнитофон. Раздавшийся в тишине волнующий низкий голос Эллы Фицджеральд унес их от окружающей действительности и позволил Натали наконец-то всем своим существом ощутить присутствие мужчины, сидевшего за рулем.
Не более чем через полчаса они свернули с шоссе и немного проехали по сужавшейся дороге до ворот какого-то имения, обнесенного ажурным чугунным забором. Перед ними виднелись еще две-три машины. Натали заметила, что водителям пришлось остановиться и предъявить нечто вроде пропуска, прежде чем проехать внутрь. Но когда очередь дошла до них, охранники лишь приветственно помахали и отдали честь.
Впереди возвышалось строение, больше всего похожее на авиационный ангар, выкрашенное в приятный голубой цвет. Рядом с откатывающимися воротами в торце стояли два огромных бело-голубых автофургона, и Джек поставил машину на свободное место около них, проигнорировав переполненную стоянку.
Натали окинула сцену действия ироничным взглядом.
– И вы все это финансируете?
– Я один из главных спонсоров, но есть и другие.
– Даже если и так, все равно это должно стоить целого состояния.
Он небрежно пожал плечами.
– Хобби всегда требует затрат.
– Ничего себе хобби, – заметила она, поджав губы.
Джек рассмеялся.
– Вас трудно чем-либо поразить.
Он что, хочет потрясти ее своими богатством и влиятельностью? Как же все-таки умный и могущественный Джек Вендел наивен! Эти вещи не относились к разряду тех, которые могли бы произвести на нее впечатление.
Джек вышел из машины и, обогнув ее, открыл перед ней дверцу. Но Натали предпочла выбраться сама, не обращая внимания на протянутую руку и насмешливый взгляд, ясно говоривший, что он прекрасно все понимает.
Ох, не следовало ей приезжать сюда, но теперь уже поздно было что-то менять. Ей оставалось только пережить предстоящий вечер с максимумом достоинства, на которое она была способна, и постараться не придавать значения тому, что все собравшиеся наверняка сочтут ее очередной подружкой Джека. В конце концов, она видит их первый и последний раз в жизни, так какая разница, что они подумают о ней. Решительно выпрямившись, Натали перекинула сумочку через плечо, предоставив своему спутнику следовать за ней через вымощенный камнями дворик перед главным входом.
В дверях стоял очередной охранник, проверявший приглашения у гостей, прежде чем пропустить их внутрь, и Натали приостановилась, когда он протянул к ней руку. Но тут вперед выступил Джек, и она опять почувствовала его крепкие пальцы на своем локте. Охранник, заулыбавшись, немедленно отступил.
– Не забывайте, что вы со мной, – прошептал Джек, наклонившись к ее уху. – Это дает некоторые преимущества, как вы, вероятно, могли заметить.
Натали не нашлась, что ему ответить.
Они вошли в устланную коврами приемную, стены которой служили фоном для захватывающей фотолетописи автомобильных гонок. Здесь были пожелтевшие снимки мужчин в кожаных шлемах и куртках, позирующих рядом с длинными двухместными машинами на продуваемых всеми ветрами взлетно-посадочных полосах аэродромов, яркие цветные фотографии «лотосов» и «феррари» в Ле Маисе и Монзе, собственноручно подписанные снимки великих Фангио, Стерилинга Мосса, Никки Лауда...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
