– Ты завидуешь счастью брата?
Что ж, по крайней мере, хоть это у них общее.
– Да нет. Скорее я просто рад, что он все-таки женился по любви. Знаешь, раньше мне вообще как-то не верилось, что он когда-нибудь обзаведется собственной семьей. Он всю жизнь был легкомысленным гулякой, но однажды и он встретил женщину, сумевшую полностью его изменить. Теперь он сама ответственность и преданность. И они уже ждут ребенка, которому суждено стать первым в новом поколении Уилеров. Изначально эта роль предписывалась мне, но я больше не в силах ее иг рать. И вот я уже полтора года безуспешно пытаюсь найти путь к самому себе прежнему.
Что ж, похоже, у Мэтта гораздо больше внутренних демонов, чем ей сперва показалось.
– Ты не просто пытаешься забыть Эмбер, но еще одновременно хочешь снова втиснуться в ту жизнь, что у вас с ней была.
И которая строилась на таких понятиях, как родословная и дети. Корни и новые ветви фамильного древа. Для нее же самой все эти понятия были из какой-то параллельной реальности.
– Я понимаю, что прошлого не вернуть, но, сколько я себя помню, я всегда поступал правильно. Руководил нашим делом, успешно продавая недвижимость, и Эмбер мне помогала. Она вышла из влиятельной семьи, и ее связи пришлись мне весьма кстати. На нашей свадьбе было пятьсот с лишним гостей, половина из которых – генеральные директора различных компаний. И это не говоря уж о бывшем президенте и губернаторе штата. Нам нравилось быть влиятельной парой, и люди всегда могли на меня положиться. И я хочу вновь завоевать их доверие.
Что-то внутри Эвы сжалось. Неудивительно, что ни ее статус бывшей знаменитости, ни солидные капиталы не произвели на Мэтта ни малейшего впечатления. Власти и денег у него и так хватало с лихвой.
Жаль только, что они живут в таких разных мирах.
Трещина, о которой она раньше даже и не подозревала, разрасталась буквально у нее на глазах.
Жажда странствий ему не ведома, он просто пытается найти волшебную формулу, чтобы склеить разлетевшуюся на куски жизнь.
В отличие от нее самой, он вполне может вернуться к былому. И вернется.
Она легонько поцеловала Мэтта в щеку.
– Я тебе доверяю. Прямо сейчас ты – весь мой мир.
Ну и зачем она это сказала? Дома его ждет семья и любимое дело.
– А я прямо сейчас рад быть для тебя всем миром.
– Серьезно? А я думала, ты уже готовишься к прощанию.
– С тобой? – Он крепко-крепко ее обнял. – Но зачем мне с тобой расставаться?
– Но разве не об этом мы сейчас говорили? Ты хочешь вернуться домой. – Туда, куда она не сможет за ним последовать. Ее цыганская натура не выдержит серой скуки городских пригородов. – Наша… венецианская сказка недолговечна.
В повисшем молчании Эва ждала, что Мэтт с ней согласится, но вместо этого он сказал:
– Я не уверен, что смогу вернуться домой. Мысли о семье и долге меня теперь тяготят. Словно я больше не в состоянии все нести на себе. Я действительно хочу вернуться домой, но одновременно хочу и дальше скрываться. – Мэтт усмехнулся. – Самому себя слушать противно. Я просто жалок.
Нет, просто он действительно запутался и не знает, как жить дальше. Эва осталась под этой крышей, надеясь спрятаться от будущего, но вместо этого нашла восхитительного и невероятно чуткого человека. Так странно. Теперь она готова на все, чтобы излечить раны Мэтта, но при этом отлично понимает, что, как только он исцелится, он сразу же ее оставит.
Как все запуталось.
– А я хочу петь. Но больше не могу. Похоже, нам обоим придется как-то привыкать к изменившемуся миру.
Глава 9
– Пойдем погуляем, – предложила Эванджелина, когда они в обнимку смотрели очередное кино.
Решив, что ослышался, Мэтью убавил звук.
– Что? Ты хочешь куда-нибудь сходить?
Если не считать кратких вылазок на крышу, последний раз они переступали порог палаццо Деинверно пару недель назад, чтобы поужинать у кузена Винченцо. Еду и все остальное они заказывали на дом, так что за это время Мэтью успел неплохо познакомиться с посыльным из ближайшего магазина и безжалостно практиковал на нем свой убогий итальянский.
– Да. Своди меня сегодня на свидание.
– Но тебе же не нравятся свидания.
– Да, но зато мне нравишься ты. – Эванджелина кокетливо похлопала ресницами. – И я готова пойти на определенные жертвы. Возможно, потом я даже позволю себя соблазнить.
– Что это с тобой? Ты, случайно, не заболела?
– Не знаю. Но я уже не помню, когда в последний раз красилась, и хочу, чтобы ты посмотрел на меня одетую во что-нибудь, кроме твоих футболок.
– А ты мне очень даже нравишься в моих футболках. А еще больше совсем голой. Но от ужина в обществе прекрасной дамы в каком-нибудь ресторанчике я ни за что не откажусь.
– Договорились. Сперва где-нибудь поужинаем, а потом зайдем куда-нибудь еще. – Явно воодушевившись, Эванджелина вскочила с дивана. – У меня есть отличное платье, которое я еще ни разу не надевала. Я займу ванну, так что, если тебе там что-нибудь нужно, советую взять это прямо сейчас.
– Да нет, она полностью в твоем распоряжении. – Решив, что кино они досматривать уже не станут, Мэтью переключился на канал новостей. – Наряжайся, а я буду смиренно ждать.
Час спустя он впервые за все время их знакомства старательно застегнул рубашку на все пуговицы и надел свежевыглаженные брюки, а Эванджелина все еще колдовала над собой в ванной, так что он вновь уселся перед телевизором и от нечего делать начал переключать каналы.
А потом она окликнула его сверху, и стоило ему только увидеть преобразившуюся Эванджелину, как сердце замерло у него в груди.
Обтягивающее голубое платье, свободно спадающие на плечи светлые кудри, высокие каблуки… Мэтью почувствовал, как у него потекли слюнки. И это притом, что последние несколько недель он только и делал, что целовал и обнимал эту красавицу.
Как ей до сих пор удается так на него действовать, когда между ними уже почти не осталось секретов и тайн?
И как он пойдет с такой неземной красавицей под руку? Простая рубашка и брюки явно не подходят к ее наряду. Так же как и скучный техасский бизнесмен не подходит этой сверкающей диве.
– Готов? – Как всегда, этот хриплый голос задел самые чувствительные струны его души, и Мэтью вдруг понял, что под незнакомой маской стояла все та же, ставшая за последние дни бесконечно близкой женщина.
– Даже и не знаю теперь. Стоило мне на тебя взглянуть, как я разучился ходить. Ты… даже и не знаю, как сказать. Слово «прекрасная» слишком пресно и сухо. Ты невероятна. – Мэтью поправил пояс и пригладил волосы. – Уверена, что хочешь показаться в моем обществе на люди?
В ответ Эванджелина звонко рассмеялась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
