Но он успел лишь слегка насторожиться, как они перегородили им дорогу с таким видом, что сразу стало ясно, что так просто они не отвяжутся.
– Эва, – судя по произношению, это был американец, – не возражаете, если мы зададим вам пару вопросов?
Мэтью уже собирался вежливо сказать, что всем будет лучше, если каждый пойдет своей дорогой, но, услышав резкий вдох Эванджелины, он почувствовал, как что-то закипает у него в крови.
– Я возражаю, – объявил он, заслоняя ее собой.
– А ты кто вообще такой? Ответишь нам на пару вопросов? Обещаю даже правильно написать твое имя.
– Никаких комментариев.
Журналисты разом сосредоточились на Эванджелине.
– Так вот как теперь звучит твой голос? – присвистнул один из них. – Прямо как бетономешалка, полная камней. Можно я его запишу?
Мэтью чувствовал, как дрожит прижавшаяся к его спине Эванджелина.
– Не волнуйся, мы уже идем домой.
Домой. А ведь сперва они хотели еще погулять. Если бы непрошеные гости прицепились к чему-нибудь, кроме ее исковерканного голоса, Мэтью еще мог бы сдержаться. Но только не так.
Он не позволит двум идиотам испортить их первое свидание.
– Идите куда шли. Мы вам не интересны.
– Ошибаешься, парень. Раз ты с Эвой, значит, ты нам еще как интересен. Из тебя получится отличная сенсация, – заявил молчавший до этого журналист и ослепил Мэтью вспышкой фотоаппарата.
– Ты сам уберешь свою дурацкую игрушку или тебе помочь? – прорычал Мэтью, пытаясь проморгаться.
– Дорогуша, ты мне угрожаешь?
– А разве это не очевидно? Если вы сейчас же не оставите нас в покое, очень скоро вам придется познакомиться с итальянскими тюрьмами. Ну или больницами. Это уж как повезет.
С нахальными ухмылочками журналисты переглянулись.
– Собираешься завалить нас обоих? Ради этой?
Этой? Неужели они правда считают, что раз Эванджелина потеряла голос, то она уже больше ничего собой не представляет? Сжав кулаки, Мэтью уже даже не пытался сдерживать кипевшую в нем ярость.
– Проваливайте. Сейчас же. Пока еще не успели сделать ничего такого, о чем потом будете жалеть.
Схватив Эванджелину за руку, Мэтью развернулся и пошел в противоположную от журналистов сторону, но не успели они сделать и двух шагов, как нахалы снова встали у них на пути.
– Куда ты так спешишь? – Мерзавец откровенно разглядывал ноги Эванджелины. – Мы всего лишь делаем свою работу.
Если эта паршивая крыса сейчас же не угомонится, он ее на клочки порвет.
– Что-то я сомневаюсь, что оскорбление случайных прохожих входит в твои должностные обязанности.
– Зато в них очень даже входит удовлетворение общественного любопытства. Должны же люди знать правду. Чем теперь собирается заниматься Эва? И с кем она прогуливается по вечерней Венеции? – Журналист сунул Мэтью под нос микрофон. – Мы уйдем, как только получим ответы. Все просто.
– Мы уже ответили. – Мэтью оттолкнул навязчивую руку. – Никаких комментариев.
– Как хочешь. – Он невозмутимо пожал плечами. – Придется нам выдумать собственную историю. Эва развлекается со школьным учителем-американцем. Или лишенный наследства плейбой охотится за ее деньгами? А может, она решила через постель войти в модельный биз…
Не в силах и дальше выслушивать этот бред, Мэтью изо всех сил ударил мерзавца по губам так, что он врезался в своего приятеля.
Чувствуя невероятное облегчение, Мэтью встряхнул ушибленной рукой.
Восстановив равновесие, нахал провел рукой по разбитым губам и с явным удовольствием взглянул на окровавленные пальцы.
– Я напишу на тебя заявление.
– Отлично, увидимся в суде. А пока что держись от нас подальше.
Вновь схватив Эванджелину за руку, Мэтью повел ее прочь от любопытных глаз.
– Ты в порядке? – спросил он, останавливаясь, когда их уже никто не мог видеть.
– А ты? – Она легонько погладила его по лицу. – Я тебя еще никогда таким не видела.
– А я никогда раньше таким и не был.
Мэтью никогда еще никого не бил. Даже Лукаса, хотя любимый братец частенько на это напрашивался. Вместо этого он всегда разрешал конфликты при помощи мозга. Но после встречи с Эванджелиной ничто не осталось прежним.
– Но никто не имеет права безнаказанно оскорблять тебя рядом со мной.
– Спасибо, – прошептала она, прижимаясь к нему всем телом. – Ты просто не представляешь, как много это для меня значит.
Крепко прижав к себе Эванджелину, Мэтью задумался. Он действовал, поддавшись порыву, и совершенно не думал о последствиях. И она ему благодарна. На ее месте Эмбер бы испугалась. Но покойная жена и не стала бы обращать внимания на слова каких-то там журналистов и наверняка бы просто отшутилась и не моргнув глазом пошла бы дальше своей дорогой. Ее никогда не нужно было защищать. И ревновать. С ней он никогда не чувствовал себя так, словно идет по раскаленной проволоке в сотне метров над землей.
Но Эмбер больше нет.
И если он в самом ближайшем времени не расстанется с Эванджелиной, то больше не будет и того человека, за которого она вышла замуж.
Но кто тогда останется?
Следующим вечером, пока Мэтт принимал душ, Эванджелина валялась на диване, читая с его айпода любовный роман, чтобы хоть как-то отвлечься от тревожных мыслей. Журналисты уже давно стали неотъемлемой частью ее жизни, но до операции они никогда ей не мешали.
А теперь ее от них буквально тошнило.
Когда Мэтт наконец-то вышел из ванной со слегка потемневшими от влаги волосами, Эванджелина сразу же оторвалась от книжки, залюбовавшись прекрасным мужчиной. За все это время она так и не успела всласть наглядеться на роскошное тело, но дело не только во внешности. Просто еще ни с кем она не чувствовала себя такой защищенной и ценимой. И как оказалось, это весьма и весьма приятное чувство.
Он готов был отстаивать ее перед всем миром.
Еще никто и никогда ничего подобного для нее не делал.
– Занята?
– Да нет. – Она не задумываясь отложила айпод. Разве может какой-то там дурацкий роман быть лучше внимания Мэтта?
– Ты не знаешь, Винченцо сегодня дома?
Она пожала плечами:
– Наверное. Когда я мыла тарелки после завтрака, я видела, как он вернулся домой, так что думаю, он еще даже не проснулся, а что?
– Мне должны кое-что привезти. Это сюрприз. Я бы хотел, чтобы ты у него часок погостила. Только не подглядывай.
– Сюрприз? Для меня? А что это?
Улыбнувшись, Мэтт покачал головой.
– Скоро ты сама все увидишь. Позвони Винченцо.
Когда Эванджелина добралась до соседнего палаццо, ее встретил не проспавшийся после вчерашней попойки Винченцо, даже не пытавшийся изобразить радушие.
– Детка, в раю что-то не заладилось?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
