Тейн лишь фыркнул, но сделал то, что велел отец.
Тем временем Яна пришла домой и забылась сном.
Девушка оказалась в солнечной Альбене. Как будто и не было Восстания – дома были целы, по улицам ходили хорошо одетые люди и победнее, всё цвело и благоухало. Однако не было флагов и людей Империи. Не было напыщенной, ярко выраженной роскоши.
–Неужели так выглядит Победа Восстания!? Или я сплю?
Девушка начала заглядывать в лица людей, дабы убедиться, что это был не сон. Все ей в ответ улыбались и восхваляли, но было не понятно за что.
–А где же Цезарь? – вдруг посетило Яну.
Яна начала расспрашивать о своём возлюбленном, но как будто о нём все позабыли.
Вдруг девушка вышла на главную площадь Альбены, на которой стоял памятник ей. Надпись на нём гласила:"Самой отважной из нас. Вождю Восстания – Яне".
–Почему мне? Где же и что же с Цезарем!? – с нарастающей тревогой думала девушка. Яна начала метаться по площади, не зная у кого спросить, ведь никто не понимал о ком она говорила. Отчаявшись, она пошла к ближайшему храму. Мощные, высокие двери сами за ней закрылись. В храме сидел старец в чёрной рясе со знаком инквизиции. В его руках был портрет Цезаря. Возлюбленному Яны на портрете было лет 15-16. Он был одет в чёрный дублет, сшитый из дорогой материи.
–Ну что, где твой возлюбленный сейчас? У него даже могилы нет. Все о нём позабыли. Зато победило Восстание- прозвучал столь знакомый голос. Старик поднял голову, и это оказался отец Яны. На его лице появилась кривая, неестественная и злобная улыбка.
Девушка стала задыхаться. Она столь долго боролась за победу Восстания. Но победа не радовала девушку. Не такой ценой. Сердце девушки начало разрываться. Яна упала на колени. Слишком сильно сдавливало грудь что-то необъяснимое. Вдруг двери храма раскрылись и белый свет хлынул в храм. Там был ответ на мучения девушки.
Яна резко вскочила с кровати. Странная, неописуемая никакими словами боль пронзила сердце возлюбленной Цезаря. Сон пропал.
Было ясное утро. В комнату девушки проникали лучики солнца, которые кормили цветок, что стоял на окне, своим светом. Где-то поблизости запели птицы. Странная была та мелодия. Очень уж напоминала церковный хор. Этот хор и разбудил Яну. Она не запомнила содержимое сна, но в ней появились вопросы неразрешимые ни чувством разума, ни мыслью сердца. И Белый Свет. Нечто непонятное, но запоминающееся.
Проснувшись, девушка не сразу поняла где она. Короткие но густые ресницы Яны в такт птицам начали хлопать свою привычную утреннюю мелодию. Наконец девушка встала и зачем-то оглянулась. Комната её была чистой, уютной и скромно обставленной. Всё было в точь-точь как в её жилище у Варика. Но в это утро девушке что-то не нравилось в её комнате. В ней требовались перемены, но Яна не знала какие. Она встала и начала переставлять мебель. Не помогло. Тогда девушка посмотрела на цветок. Подойдя к нему, Яна начала долго всматриваться в каждый его сантиметр, после взяла в руки горшок и рассмотрела со всех сторон. Удовлетворив своё любопытство, девушка села на свою кровать. Кто-то постучал.
–Войдите. – безучастно ответила девушка.
–Вас просил в штаб Робин.
Через час Яна была на месте. Там уже ждали её.
–Товарищи, вот уже несколько лет мы с вами готовим почву для Восстания. Во многом нам за эти короткие полгода помогла Яна. Она делилась с нами своим опытом, учила нас. Сейчас мы имеем достаточно пороха для того, чтобы начать. Уже несколько каналов снабжения обнаружили легионеры. Они могут выйти на наши склады. А потому нам нужно закончить последние приготовления. Нужно заложить порох под дворец Наместника, казармы Легиона, и кельи Инквизиции. Так мы обезглавим город. Далее, распорядитесь, чтобы наши священники утроили свою работу и привлекли как можно больше людей. Тогда духовная власть в городе будет нашей. Но стоит отметить, что последователей нового учения в городе уже велико. Молодцы. На площади перед Белым Храмом святого Аунона мы объявим себя новой властью. А далее нас ждёт поход на Альбену. Нужно послать гонца к Цезарю, чтобы он подготовился. А после тогокак мы поможем Альбене, Восстанет город за городом и тогда Империи конец!
Робин говорил спокойно и лишь в последнем предложении позволил себе повысить голос. После он ударил кулаком по столу. Люди на совете, куда входили лишь приближенные люди Робина, одобрительно закричали. Но Яна сидела молча. Вдруг ей вспомнился молодой легионер, которого она убила по дороге в Этейю. И его умоляющие глаза. Девушка быстро встряхнула голову. Вместе с этим из головы выпали и воспоминания, которые всё же оставили свой осадок.
Через мгновенье Робин снова взял слово:
–Друзья, самое главное я забыл сказать. Будьте осторожны, за нами следят. Предупредите своих солдат. Хоть легионеры и не знают о наших планах, но в воздухе уже висит сладкий запах пороха и Восстания. Мне доложили, что патрули начали усиливать. Они бояться. И это хорошо! Ладно, пора начинать.– после последней фразы Робин хлопнул в ладоши и все разошлись. Поднялась суета, которая мешала Яне думать.
–Ну что, инструктор? Скоро мы уже будем освобождать Альбену от осады. Неужели ты не рада?
–Робин, до этого нужно ещё дожить. – как-то особенно безразлично ответила Яна.
После она попрощалась с Робином и пошла к Миту.
Мит был у себя. В его комнате всё было также чисто и строго, как и полгода назад. Однако поменялся друг Яны. Со временем он уверовал в то, что именно ради того, чтобы нести новое учение в мир, его и воскресили Боги. И он начал писать книги и проповедовать на улицах. У него появилось немало учеников. Однако священников нового учения контролировала "Сила Народа" для того, чтобы использовать последователей первых в своих целях во время Восстания. Последователи должны были стать ядром этого Восстания. Этейа снова должна была стать религиозной столицей, но уже Республики, которая родится из праха Империи.
Мит сидел за своей книгой. В этот момент его потревожила Яна.
–Привет, работаешь? – нежно и заботливо спросила девушка
–Да. Однако мысль совсем не идёт.
–Уже через две недели всё начнётся, ты готов?
–Не знаю. Мне ведь придётся повести людей против Инквизиции. Надеюсь, что всё происходит по Воле Богов. Не понимаю, как вы с Цезарем смогли.
–Скорее он, чем я. Я лишь помогала ему. Удивительно получается. Ты по глупости своей привёл его в "Силу Народа", а теперь он один из символов Восстания… –
