Читаем без скачивания Первое Дерево - Стивен Дональдсон

— Отлично сработано! — Глаза капитана весело сверкнули из-под косматых бровей. — Однако не время прохлаждаться: надо подтянуть трос, насколько возможно, пока эта зверюга не надумала занырнуть поглубже.

Кряхтя от напряжения, Великаны налегли на трос и рукоять кабестана. Их ноги словно вросли корнями в гранит палубы, связывая корабль и его экипаж в единый живой организм. Налегая одновременно, они рывками начали втягивать трос на палубу. К ним на помощь бросилась большая часть команды. Корабль стал медленно подтягиваться к никору.

Линден только теперь заметила, как сильно она вцепилась в плечо Кайла, и отпустила его. Но, взглянув на харучая; она с удивлением увидела, что тот словно и не почувствовал этого, настолько был поглощен тем, что делали Великаны. Она уже научилась читать эмоции, скрывавшиеся под маской бесстрастности, обычно застывшей на его лице, и сейчас ощутила его восхищение бесстрашными мореходами. Он с радостью присоединился бы к ним.

На носу несколько вахтенных наблюдали за любыми изменениями направления движения никора. Они судили об этом по степени натяжения каната и тому, как менялось направление кольца, удерживаемого буйками. Свои наблюдения они передавали рулевой, чтобы та могла своевременно изменить курс.

Но система буйков выполняла еще одну, более важную функцию. Без нее, в том случае, если бы морское чудовище вдруг надумало резко уйти в глубину, нос корабля тут же зарылся бы в воду, и экипаж не успел бы стравить трос на нужную длину. К тому же рывки троса были опасны для тех, кто его удерживал: в любую минуту их могло вышвырнуть за борт. Кольцо буйков служило системой контроля и безопасности.

Все это время Линден была настолько захвачена происходящим, что забыла обо всем на свете, но теперь, когда возбуждение начало спадать, она ощутила укол совести, напомнившей ей о состоянии Ковенанта.

Она тут же сосредоточилась, чтобы почувствовать, что происходит сейчас у грот-мачты. Но сначала ей было довольно трудно пробиться сквозь густую ауру радостного возбуждения, исходившую от Великанов. Концентрация их усилий была настолько велика, что создавала почти непреодолимую стену для ее видения. Когда она наконец пробилась к Ковенанту, то обнаружила, что он лежит в том же положении, в каком она его оставила: окутанный серебряным коконом — защитой, созданной в момент безумия. Ничего не изменилось. И тут она с тоской подумала, что, возможно, все гигантские усилия, приложенные Великанами, чтобы ему помочь, могут оказаться напрасными. Она попыталась бороться с этой мыслью, но страх и тревога вновь стали одолевать ее. «Это несправедливо, — внушала себе Линден, — они так старались… Они не могут потерпеть неудачу!»

Никор вдруг резко изменил направление и так дернул трос, что «Звездная Гемма» чуть не зачерпнула бортом. Рулевая резко вывернула штурвал, и корабль выровнялся.

Никор метнулся в другую сторону, и корабль снова накренился. Огромная волна плеснула через борт, и Линден с силой отбросило назад.

— Трави канат! — взревел Хоннинскрю.

Бухта с жалобным скрипом завертелась, и трос начал быстро уходить в глубину. Рулевая прилагала огромные усилия, чтобы удержать корабль прямо.

— Еще! Еще! — командовал капитан. — Так держать!

Команда, дружно навалившись на трос, снова закрепила его намертво.

Линден почувствовала, что ей не хватает воздуха: оказывается, все время с того момента, когда ее чуть не смыло за борт, — эти бесконечные несколько десятков секунд она простояла, вцепившись в канаты и забыв обо всем на свете, даже о том, что нужно дышать. Лишь теперь она с облегчением вздохнула, и тут палуба под ее ногами снова заходила ходуном: корабль встал на дыбы — корма глубоко погрузилась в воду, а нос задрался. Никор, перестав метаться из стороны в сторону, вынырнул почти перед самым кораблем и с удвоенной скоростью устремился вперед.

Канат рванулся из рук Великанов с такой силой, что они, потеряв равновесие, повалились кучей и их потащило по палубе.

— Трави! — зарычал капитан. Но в возникшей неразберихе экипаж не смог действовать слаженно, и поэтому одновременно освободить все блоки, державшие трос, они не смогли: один из матросов опоздал на долю секунды.

Тут же со всей чудовищной силой никора матроса рвануло вперед. Его положение осложнилось тем, что он не мог отцепиться от троса, запутавшись в образовавшейся из-за его заминки петле, и его, протащив по палубе, со всего размаху ударило о гранитный борт, стряхнуло с каната, и он без движения распластался на палубе.

Хоннинскрю приказал снова закрепить трос, и над кораблем повис деловитый гомон. Но Линден слышала его как бы издалека: она сосредоточилась на состоянии раненого Великана. Его боль взывала к помощи. Ее помощи. Забыв о страхе, Линден отстранила Кайла, перепрыгнула через ходящий ходуном трос и устремилась к больному. В этот момент она абсолютно не думала о себе.

Она видела все его переломы так, словно они люминесцентно светились, ощущала на себе каждый разрыв мышцы, и от начинавшегося у него внутреннего кровотечения к ее горлу поднималась теплая волна. Прочувствовав все его повреждения и ушибы, Линден ужаснулась: он был на волосок от смерти. Но пока еще дышал. Его сердце хоть и слабо, но билось. А значит, у нее была надежда на то, что его удастся спасти.

Нет, не удастся. Еще раз окинув его повреждения внутренним взором, она поняла, что бессильна. Будь у нее под рукой барокамера, новейшее хирургическое оборудование и станция переливания крови — да, тогда она могла бы попытаться. Здесь же у нее не было ничего, кроме пресловутых феноменальных способностей.

Наконец трос снова закрепили, и только сейчас, когда он перестал со скрипом тереться об борт, Линден заметила, как близко от него находится. Великанам удалось подтянуть упряжь, и «Звездная Гемма» снова ровно понеслась вперед.

Но Линден не хотела сдаваться и, склонившись над больным, полностью отключилась от окружающего мира. Проникнув внутрь него, она сосредоточилась на том, чтобы поддержать угасающую жизнь.

Она подчинила его сердце своему, чтобы не дать ему остановиться, и переключилась на обследование самых опасных повреждений. Его боль пронзала каждый нерв, но Линден не сдавалась: его жизнь была намного важнее. Кроме того, боль высвечивала для нее все повреждения, как если бы она видела их на рентгеновском снимке.

Первым делом она проверила легкие: в нескольких местах они были проткнуты осколками сломанных ребер. Она осторожно раздвинула ткани вокруг костей, чтобы легкие не заполнились кровью. Исследовав желудок и кишечную систему, она пришла в ужас от множества разрывов. Но даже это было не самым опасным: у него было слишком много очагов внутреннего кровотечения. Линден сосредоточилась на самом большом и принялась за сращивание тканей…