силовых упражнений. Это заняло все время до ужина. И все потому, что приходилось останавливаться и приводить в порядок дыхание и дрожащие от усталости мышцы. Зато появилось чувство выполненного долга. После небольшого отдыха Алекс отправился на ужин, а потом стал с тоской мерять шагами комнату. У него было очень много свободного времени, и даже не представлялось, чем его занять.
Алекс уселся на кровать и крепко задумался, чем он раньше занимал свободное время? Ну, до тех пор, как в его жизни появились женщины и активный спорт? Книги? Вряд ли они здесь есть, да и потом, он не знает их языка, а не то что письменности. И потом, кто даст ему возможность читать свитки? Занятия физкультурой — это, конечно, хорошо, но надо чем-то занять и мозги, пока они не съехали окончательно….
Шахматы!!!
Точно! Шахматы — это прекрасно! С этой игрой его познакомил отец, когда они оказались в Богом забытом гарнизоне на краю света. Шахматная доска нашлась в офицерской комнате отдыха, а фигурки они тогда вырезали сами, не хотелось ждать, когда в выходной день их отвезет вездеход до ближайшего поселения. Первые фигурки они вырезали сами и начали играть. Вначале на них смотрели с недоумением, а потом постепенно к ним присоединились все офицеры и даже некоторые старослужащие части. И они устраивали настоящие шахматные турниры с призовым фондом в килограмм халвы для победителя.
С утра Алекс сделал легкую зарядку, обмылся прохладной водой и сразу после завтрака, занялся розыском, из чего можно было бы вырезать шахматные фигурки. Материал обнаружился легко. Возле очага лежало несколько поленьев. Прихватив самый маленький кухонный нож, Алекс устроился на ближайшем кухонном столе и стал стругать фигурки. Дерево было легким, и поэтому работа спорилась. В голове мелькали воспоминания, как играл с отцом, и на душе было тихо и светло.
Пешки Алекс сделал как маленькие пирамидки, чтобы было удобно переставлять, а остальные фигурки постарался сделать максимально похожими. Правда, все сделать за один раз не получилось, Пушану опять приспичило таскать его по своим делам. Но в этот раз Алекс пообещал себе отнестись к этому как к тренировке, и поэтому, когда хозяин уселся на паланкин, рыжик уже приготовился к утренней пробежке. Наследник не подвел. Рабы тащили паланкин на максимальной скорости, но только рыжик перед выходом подвязал гэта дополнительной веревочкой и уже не переживал, что они свалятся на улице.
Пробежка далась тяжеловато, сказывалось и неподготовленное тело, и побои, которые он принял пару дней назад, но в целом пробежка прошла нормально. Правда, когда паланкин остановился, Алекс придал себе вид умирающего лебедя, чем несказанно порадовал хозяина. Тот даже дернул пару раз цепочку, чтобы поторопить свою игрушку. Пушан шел по магистрату очень гордый собой, а вот Алекс в душе подсмеивался над ним. Теперь, когда он раскусил его, оставалось только использовать верный приемчик «психологии наоборот», а для этого самым главным условием было никогда не злорадствовать в открытую и создать иллюзию у оппонента, что в ваших отношениях именно он главный и только он принимает окончательные решения. И если Алекс хочет и в дальнейшем бегать, то надо показать хозяину, что для него эта пробежка ужасная мука.
А вот вечером Алекс специально расчесался и встречал Пушана возле паланкина, когда он собирался на вечернюю попойку. Алекс манерно поправил волосы и выжидающе улыбнулся. Как будто он просто не может дождаться вечернего развлечения. Пушан хлопнул глазами и с ходу заявил, что не возьмет его с собой, он, де, плохо вел себя в прошлый раз. Алекс постарался изобразить на лице вселенскую скорбь, но сам с удовольствием вернулся на кухню, чтобы закончить вырезать фигурки.
Когда фигурки были готовы, он осторожно отправил половину их в очаг, так, чтобы дерево слегка обуглилось, но не успело загореться. И к концу дня у него были прекрасные шахматы. Алекс даже выпросил у Чоки небольшой платок, чтобы хранить их в одном узелке. Место шахматной доски он определил на каменной скамье под навесом. Он нарисовал на ней углем клетки и теперь с радостью ожидал следующего дня.
Игры
Утро началось раньше обычного. Алекс быстро сделал разминку в комнате и поспешил в купальню. Там, на удивление, было несколько человек, в основном рабы, которые набирали в небольшие ведра воду и куда-то уносили. Алекс быстро помылся и заодно осмотрел свое тело. На удивление, синяки почти сошли и мышцы уже не болели, как раньше. Похоже, регенерация тканей у этого тела была на порядок быстрее, чем у прежнего тела Алекса.
После завтрака Алекс приготовился к пробежке, но Пушан остался дома. Поэтому рыжик подхватил свои шахматы и устроился в тенечке. Многое он благополучно забыл, поскольку шахматы не брал в руки уже давно, но это как езда на велосипеде, если когда-нибудь умел, то навык возвращается достаточно быстро. В голове стали всплывать известные партии и истории, как они играли с отцом. Последнюю партию они сыграли уже в больнице, когда отец был на сильных обезболивающих, умирая от рака. Его сознание путалось, но он все равно продолжал улыбаться и подтрунивать над сыном. Алекс тогда старательно не замечал промахов отца, не желая заканчивать партию слишком быстро.
К Пушану домой приходили люди, они прибывали на паланкинах или пешком, в сопровождении пары рабов, которые несли свитки и маленькие раскладные стульчики. Охранники пропускали гостей внутрь, отбирая в случае необходимости оружие. Паланкины ставили в ряд совсем как машины на парковке, а рабы-носильщики тем временем отправлялись в тенечек, под ближайшее дерево. Вскоре там собралась большая компания. Рабы Пушана принесли им воды и слонялись рядом, пытаясь отлынивать от своей работы.
Алекс тогда с удивлением присмотрелся к охранникам. В прошлый раз он их особо не рассматривал, они были ему интересны только как помеха к побегу, но сейчас в глаза бросилась интересная подробность. В прошлый раз один из ветеранов со шрамом через всю морду был практически без руки. Маленький обрубок едва торчал от плеча, а сегодня обрубок был у середины, даже, можно сказать ближе к локтю. И кожа на этой культяпке была более светлая по сравнению с другой, совершенно целой рукой. Алекс еще раз посмотрел на свои синяки. Интересно, если они произошли от ящеров, то тогда, возможно, они умеют отращивать конечности, как ящерица хвост? Алекс посмотрел на свой шрамик у пупка. Он так и оставался с рваными краями, и не было даже намека, что он когда-либо зарастет.
— Что делаешь? — Сканд неожиданно
