Читаем без скачивания Рождённая временем - Сара Сэмюэлс

бы меня. Но вместо этого я крепче ухватилась за силу, навыки и принципы, которым меня научил Ли.

— Здесь такого не бывает, — сказал он, скрестив руки на груди. Его мышцы вздулись под кожей, очерченные резкими линиями, демонстрируя впечатляющую силу. — Император отдал тебя мне.

Эти слова полоснули по моему самообладанию, словно нож.

— В моей стране женщины равны мужчинам. Я не принадлежу тебе! — Я вскинула руки, будто собираясь оттолкнуть его, но в последний момент сдержалась.

— Давай, — с вызовом произнёс он. — Сделай это.

— Сделать что? — спросила я, встряхнув руками, будто именно это и собиралась сделать.

Он рассмеялся.

— Неплохо, Оливия. Мудрое решение — не пытаться меня толкнуть. А знаешь что? Пожалуй, я тебе помогу. Мы нашли при тебе кое-что, что ты наверняка захочешь вернуть.

— Что? Отдай мне, — сказала я.

Он обошёл меня и направился к небольшому сундуку, напоминавшему ларец с сокровищами, стоявшему в углу комнаты. Наклонившись, он открыл его и достал два предмета.

Когда он повернулся ко мне, в его руках были мой Глок и мой кинжал.

— Отдай их мне! — Я бросилась к своему оружию, но он поднял его высоко над головой, так что я не могла дотянуться.

Чтобы достать их, мне пришлось бы прыгать, как обезьяне.

— Где ты их взял?

Роман завёл оружие себе за спину.

— Как я уже говорил, они были закреплены у тебя на бедре. А теперь, может, расскажешь, что это такое?

Я не могла ничего ему рассказать. Если это действительно Древний Рим, то меня сочтут сумасшедшей, если я начну объяснять, каким оружием пользуются в XXI веке, или раскрою природу этого кинжала.

— Ничего подобного я делать не собираюсь, — сказала я. — Пока ты обращаешься со мной как с животным.

— Как с животным? Вот так ты воспринимаешь нашу доброту? — Не дожидаясь ответа, он продолжил: — Вместо того чтобы оскорблять меня и мою экономку, позволь мне помочь тебе, Оливия.

— Почему я должна?

— Потому что тебе нужна моя помощь, — ответил он. — И потому что император оставил тебя на моём попечении.

— Но…

Он поднял ладонь, заставляя меня замолчать.

— Хватит. Послушай меня. Вот что будет дальше. Ты будешь помогать Амаре по хозяйству. Если начнёшь бунтовать, увидишь ту сторону меня, которая тебе совсем не понравится. Я предупреждаю тебя один раз и больше повторять не стану — не испытывай моё терпение.

— Ты мне угрожаешь? — Я подалась к нему, сжимая руки в кулаки. Я понимала, что должна отступить и сохранять спокойствие. Я находилась в чужой стране, среди незнакомых порядков, и не знала здешних правил. Любая моя ошибка могла закончиться смертью или пленом. Но отказаться от принципов, которыми я жила каждый день в своём XXI веке, было непросто.

— Даже не пытайся со мной драться, — произнёс он голосом, от которого веяло смертельной угрозой.

— А иначе что? — сказала я, принимая боевую стойку. Я резко развернулась и выбросила ногу, собираясь нанести круговой удар ему в живот.

Он отбил мою ногу, перехватил запястья и впечатал меня лицом в кровать.

— Я преторианец3 императора. Тебе лучше относиться ко мне с уважением.

Я стиснула зубы и промолчала, тяжело дыша в пурпурное покрывало, пахнувшее мускусом и мужчиной.

Заломив мне руки за спину, он произнёс:

— Если будешь выполнять мои приказы, я помогу тебе. Если попытаешься сбежать, я выслежу тебя. И тогда мы посмотрим, кто из нас двоих окажется смертоноснее.

По моему позвоночнику пробежал холодок.

— Хорошо, — прошептала я.

— Хорошо? — переспросил он.

— Именно это я и сказала. А теперь отпусти меня.

— Амара! — громко позвал Роман, отпуская меня.

Я перекатилась на спину и одним резким движением вскочила на ноги, тут же отступив от него в сторону. Никто и никогда не обращался со мной подобным образом, и мне это совсем не нравилось. Мне хотелось врезать этому ублюдку и сделать ему больно… но я должна была сдержаться.

Амара появилась в дверном проёме.

— Да, Роман?

— Пожалуйста, проводи Оливию обратно в её комнату, — сказал он.

— Пойдём со мной, — сказала Амара.

— Она же прямо за соседней дверью, — резко бросила я.

Роман схватил меня за плечо, крепко сжав его своими сильными пальцами.

— Немедленно извинись перед Амарой. Именно она все эти дни не давала тебе умереть.

Я тяжело вздохнула и перевела на Амару более мягкий взгляд.

— Мне правда очень жаль. Я сама не своя. У меня болит голова, болит сердце, и я совершенно запуталась. Но мне не следовало срываться на вас. Простите.

Амара кивнула и указала рукой на дверь.

— Пойдём, дитя. Тебе нужно отдохнуть. Я приготовила для тебя целебный отвар, и утром тебе станет лучше.

Пристыженная, я вышла из комнаты.

Оставшись одна в своей спальне, я принялась мерить её шагами.

— Как мне выбраться отсюда? — пробормотала я себе под нос. — Я не могу сосредоточиться. Всё, чего мне хочется, — это сбежать… Но куда? Я не знаю, где нахожусь и как сюда попала. Что мне теперь делать? И этот Роман… Он наверняка станет моей погибелью. Как я вообще могу ему доверять?

Я без сил опустилась на стул в углу комнаты. Я была совершенно потеряна и не имела ни малейшего представления, как отсюда выбраться.

Одинокая слеза медленно скатилась по моей щеке, пока усталость тяжёлым грузом наваливалась на всё тело. Погружаясь в сон, я почувствовала, как сильные руки подняли меня и бережно уложили на кровать.

Роман провёл рукой по моим длинным волосам, осторожно расправляя их на подушке.

Я была слишком измучена, чтобы открыть глаза.

Уже проваливаясь в сон, я услышала последние слова Романа.

— Почему ты появилась именно сейчас? Почему именно в этот момент моей жизни?

Как же мне хотелось знать ответы на эти вопросы.

Но сейчас всё, что я могла, — это погрузиться в глубокий сон без сновидений.

ОЛИВИЯ

Глава 9

Амара тихонько напевала и щебетала, словно маленькая птичка, хлопоча на кухне, в то время как я вела себя как двухлетний ребёнок, закативший истерику.

— Вы должны отпустить меня, Амара. Мне нужно вернуться к своим близким, — сказала я, стоя на коленях и оттирая плитку тряпкой и тазом с водой.

Она загрузила меня работой настолько, что у меня почти не оставалось времени думать. Но поворчать минутку я всё же находила.

Амара замерла, словно огородное пугало. В одной руке она держала нож, а в другой — освежёванного кролика без головы, хвоста и лап.

— Если ты уйдёшь, милая, отвечать придётся мне, и это будет ужасно. Твой побег очень расстроит Романа,