class="p1">Та привела в очередной темный коридор, и вот тут-то Иноу кое-что ощутил.
Это было весьма странное ощущение. Холод? Нет. Пустота? Тоже не подходит. Смерть???
Он вздрогнул.
Ощущение идентификации не поддавалось, но чем дольше он шел вдоль обшарпанных сырых стен, тем сильнее оно становилось.
По телу нашали пробегать мурашки от нарастающего неуютного ощущения, стало тяжелее дышать.
Иноу остановился, пытаясь унять головокружение, а потом решил попросту открыть первую попавшуюся дверь.
Комната была большой, темной и забитой какими-то большими ящиками. Ничего особенного, кроме одного: дурнота накатила с такой силой, что кириянин пошатнулся и начал медленно сползать на пол.
Ему показалось, что сознание проваливается в бездну — темную, мрачную и бесконечную. Бездну смерти и опустошения.
Энергия в теле Иноу изменила свой бег и… начала потоком выливаться прочь в окружающее пространство.
Ноги кириянина подкосились, и он мешком упал на пол, потеряв сознание…
Глава 18. Примирение…
Иноу вздрогнул и медленно открыл глаза. Сознание возвратилось рывком, а по телу разлилось неприятное ощущение бессилия.
Зрение сфокусировалось не сразу, но, когда это произошло, глаза кириянина ошеломлённо расширились.
Над ним нависала… Эллен Бин. Длинные светлые волосы были рассыпаны по обнажённым плечам, на лице сияла хитрая торжествующая улыбка.
Иноу дёрнулся, как от удара током, но понял, что находится в капкане её рук: он лежал в кровати, накрытый белым одеялом, а женщина упиралась ладонями в подушку по обе стороны его лица.
— Очнулся, наконец… — пробормотала она своим обычным мурлычущим тоном, от которого потянуло острой и откровенной похотью. Так как кириянин еще никогда в жизни не встречался с особями, источающими настолько откровенные желания, то он даже не смог понять, чем именно от неё несет… — А я уж беспокоиться начала…
Тонкая бретелька полупрозрачного платья провокационно сползла с ее плеча, углубив и без того откровенное декольте.
Иноу громко сглотнул. Не то, чтобы этот вид его серьезно привлекал. Просто видеть так близко внушительные женские прелести ему еще не приходилось, и это было несколько волнительно.
Впрочем, воспоминание о Мишель тут же убило и эти ощущения, поэтому Иноу попытался привстать.
Но не смог. Сил было настолько мало, что он пока не мог управлять своим телом, как прежде. Вспомнил своё проникновение в лабораторию, ужасное ощущение, навалившееся в комнате с ящиками, и совершенно неожиданный обморок…
Каким образом Иноу оказался с этой женщиной, он искренне не мог понять.
Эллен словно прочитала все его сомнения по лицу, потому что с улыбкой произнесла:
— Не бойся, я ничего не скажу капитану… Это ещё хорошо, что именно я тебя нашла! Пришлось, правда, Стива — это ваш новый охранник — подкупить, чтобы помог тебя сюда принести…
Женщина замолчала, наблюдая, как удивленно Иноу переваривает услышанное, а потом резко сократила между ними расстояние и замерла около его лица.
Кириянин тоже замер, ощутив кожей чужое дыхание.
— Ты ведь за камнями полез, верно? — заговорщически прошептала Эллен, насмешливо поблескивая синими бездонными глазами. — Всё никак не успокоишься? Зря ты так, дорогой! Капитан Дэвис не прощает своевольных… Зациклился ты на них, что ли?
Она отодвинулась, пренебрежительно поджав губы.
— И вообще, я ещё не простила тебя за хамский поступок тогда, ночью… — она многозначительно поиграла бровями. — Зачем сорвал кулон? Мог бы просто попросить, я бы сама отдала… То даришь, то отнимаешь — странный ты стал, котик…
Для наглядности фыркнула, а Иноу оторопело проглотил ещё одну новость: значит тот «ауйрен» подарил белоголовой женщине умерший муж Мишель?
Он как-то связан с его погибшим соплеменником? А вдруг это именно он лишил его жизни???
Находиться в образе столь отвратительного преступника стало несколько противно, но Иноу решил взять себя в руки и не быть таким несдержанным. Вину Яна Вернера еще нужно доказать. Впрочем, он уже тысячу раз наказан за все свои злодеяния, если таковые были. Лежит сейчас на берегу реки и кормит червей…
Прикосновение горячих пальцев к щеке стало для Иноу неожиданностью: настолько глубоко он ушёл в себя…
Эллен Бин бесстыдно опустила уже вторую бретельку с плеча, оголяя грудь почти полностью, и кириянин понял: надо бежать. Оттолкнул её вбок, заставив повалиться на другую сторону широкой кровати, откинул одеяло, вскочил и… замер в полнейшем шоке.
На нём не было одежды. Вообще! Кожа мгновенно покрылась мурашками: он не привык быть обнаженным.
Оторопело обернулся к Эллен Бин, которая рассматривала его горящим взглядом, и понял, что лицо начинает пылать от дикого смущения.
Как она посмела его раздеть???
Со смесью ужаса и стыда взгляд Иноу заметался по комнате.
К счастью, одежда, лежавшая на полу около кровати, ещё не потеряла своей трансформации, поэтому кириянин стремительно схватил ее и ринулся к выходу.
Одеваться на бегу ему ещё не приходилось. Это был первый опыт. Позади послышался возмущенный крик: Эллен, похоже, совершенно не рассчитывала расставаться со своей «жертвой» так скоро.
Даже не пригладив волосы, Иноу выскочил во двор ее дома, а потом и на улицу, жмурясь от лучей слепящего утреннего солнца.
Замер, привыкая к свету, и… оторопел.
На него смотрели несколько пар глаз. Женских осуждающих глаз. Стайка пришлых неторопливо шла мимо, тщательно рассматривая каждую взлохмаченную волосинку и небрежно застегнутые пуговицы на одежде Иноу.
Одна из наблюдательниц скривилась и достаточно громко произнесла:
— Ты смотри, Вернер опять сюда дорогу нашёл! Бедная Мишель…
Едва не сплюнув на землю, она высокомерно отвернулась и продолжила неспешный путь вдоль улицы вместе со своими подругами.
Иноу стало жутко стыдно. Лохматый, слегка покачивающийся от слабости — он действительно выглядел ужасно в глазах пришлых. Правда, столь глубокие к себе претензии не совсем понимал: жизненного опыта не хватало. Поэтому сосредоточился на собственных шагах и пошёл.
Мысли возвратились к произошедшему ночью. Объяснить причину своего плохого самочувствия кириянин не мог. Правда, вспомнил, что подобное ощущение, только намного слабее, случилось у него и при контакте с этим опасным пришлым — капитаном Дэвисом. А это беловолосая говорила о каких-то камнях, которых прежний хозяин облика — настоящий Ян Вернер — так желал иметь…
Камни…
Камни Кирии часто становились священными.
Существовали голубые камни, красные, прозрачные, мутные, большие и малые… «Ауйрены» состояли из камней, денежные единицы кириян создавались из камней…
О каких камнях говорила пришлая???
* * *
Дом Мишель оказался пуст: ни детей, ни ее самой в нем не было.
Иноу медленно и немного заторможенно прошелся по всем комнатам, вдыхая знакомые запахи и пытаясь прочувствовать присущий только Мишель аромат.
Оказывается, ее запах ему тоже очень нравился…
В груди кольнуло тревогой:
