Слышать такие слова было приятно, но от странного разговора уже кругом шла голова.
Решив, что пора отвлечься от всех этих странностей, она поднялась на ноги и огляделась.
На полу в беспорядке лежала одежда: все-таки они выскочили из дому довольно поспешно. Молодая женщина начала собирать вещи, чтобы отнести их в бельевую корзину, как вдруг…
Странное свечение привлекло её внимание. Она подошла ближе и заметила, что в углу лежат совершенно незнакомые тряпки, которые как будто излучают мягкое сияние. Или это уже в глазах рябит?
Мишель потёрла эти глаза для верности, но увиденное не изменилась.
Протянула руку, прикоснулась…
Ткань была гладкой на ощупь и очень мягкой. Голубой цвет ее был настолько ярок, что вызывал резь в глазах. Освободила вторую руку, бросив груду собранных вещей прямо на пол, и пальцами обеих рук приподняла ткань на уровень глаз.
Это оказалась туника с рукавами — довольно длинная и необычайно красивая. По всей ее длине распускались большие яркие бутоны — вышивка!
Потрясающее мастерство! Неземная красота! Вот только… откуда это в ее доме???
Развернулась к Яну.
Тот сидел на кровати и смотрел на неё изумленным взглядом. Нет, не просто изумленным, а ошарашенным.
— Что это? Ты не знаешь? — спросила Мишель.
Ян громко сглотнул.
— Это моё… — прошептал он, бледнея от волнения. — Я случайно оставил в углу…
— Но откуда это у тебя? — удивилась Мишель. — Это же совершенно… странный наряд!
Ян глубоко вздохнул, словно набираясь смелости, а потом решительно посмотрел молодой женщине в глаза:
— Я принес это из леса, — произнёс он уверенно. — Это одежда принадлежит народу, живущему за частоколом…
Глава 16. Центральная проблема…
— Эта планета заселена разумными существами, — продолжил Иноу, внимательно наблюдая за Мишель, которая оторопело смотрела в его лицо. Поверит ли? — Они похожи на вас… на нас, — кириянин поспешно исправился, но кончики ушей вспыхнули от неловкости, — хотя всё равно весьма отличаются…
— Погоди… — Мишель ошеломлённо присела на край кровати рядом. — Ты хочешь сказать, что эта планета заселена?
Похоже, она совершенно не ставила под сомнение слова Иноу, а только не могла вместить услышанного. Значит, доверяла. Иноу был в очередной раз польщен…
— Да, заселена! Причем, плотно. Кириян очень много, в отличие от… нас.
Молодая женщина нахмурилась, пытаясь переварить услышанное. Голубая туника послушно лежала на ее коленях и мягко светилась…
— Кириян? — переспросила она.
— Да. Они называют свою планету Кирия…
— Но почему мы об этом ничего не слышали? — воскликнула она, а потом спохватилась: — Так может это местные жители что-то делают с нашими людьми, отчего те сходят с ума?
Она в ужасе закрыла рот ладонью.
— Да делать им больше нечего, как только нападать на пришлых! — фыркнул Иноу оскорбленно, но тут же смягчился: всё-таки Мишель не хотела никого обидеть, а ее предположение с определённого ракурса выглядело вполне закономерным. — Этот народ миролюбив. Это… мы… поступаем не совсем правильно…
Иноу с трудом удавалось причислять себя к колонистам. При этом он чувствовал себя весьма скверно, словно измазавшийся в нечистотах. Но по-другому он выражаться был пока не готов.
Кириянин затеял сегодняшнюю откровенность не потому, что у него не было выбора. Просто… он не хотел лгать. А еще, наверное, надеялся, что Мишель примет, поймет, впустит в своё сердце хотя бы мысль, что кроме них есть кто-то еще и этот кто-то не так уж плох…
Зачем ему это? Он боялся вникать в себя. Ведь чувствовал, что всё глубже погружается в омут непреодолимого желания… никуда не уходить.
Вот так просто! И безумно…
Прошло всего несколько дней, а он уже привязан всей душой.
Словно в капкане.
Но этот капкан весьма сладок…
— Так ты видел этих существ? — снова вынырнула из размышлений молодая женщина и внимательно посмотрела на Иноу. Тот кивнул.
— Да, я общался с ними. Это одежда, которую у них носит каждый, — он указал на голубое одеяние.
Мишель оживилась.
— А твоя потеря памяти… это тоже они?
Иноу напрягся. Как именно ответить на этот вопрос, он не знал.
— Не думаю, — ответил осторожно и замолчал.
Мишель вскочила на ноги и начала внимательно осматривать одежду, сотканную руками самых настоящих инопланетян. Вышивка была потрясающе искусной. Может у них по несколько пар рук?
Она так и спросила у мужа, а тот вдруг рассмеялся.
— Нет, в изначальном состоянии они не отличаются от землян. Две руки, две ноги, волосы, лицо, разделение на мужчин и женщин…
— В изначальном состоянии? — удивилась Мишель. — Это как?
Иноу запоздало прикусил язык. И зачем он это ляпнул? Пришлось рассказать, что кирияне способны изменять облик.
То, что это было лишним, он понял сразу же, как только лицо Мишель ошарашенно вытянулось. Она явно испугалась и приглушенно произнесла:
— Значит, они способны воплотиться в кого угодно??? Даже в любого из нас???
Ахнула, представив, как посёлок наводняется лесными двойниками, которые оказываются опасными и кровожадными. Иноу побледнел.
О Кирия, зачем он это сказал??? Она ведь теперь может… подозревать его.
Но Мишель вдруг мотнула головой.
— Нет, это я глупость сморозила, — произнесла она, выдыхая и пытаясь взбодриться. — Никто не способен на метаморфозы до такой степени… Не верю…
Иноу облегчённо выдохнул в ответ.
— Но зачем тебе дали эту одежду? — быстро переключилась молодая женщина, пытаясь окончательно отвлечься от предыдущей «глупости». — И вообще, Ян, как ты там оказался?
— Я ничего не помню до того момента, как оказался на берегу реки, — начал импровизировать Иноу, покрываясь краской стыда из-за своего вранья. — Мне помогли очнуться и дали это одеяние…
Щёки горели, как шапка на воре… Иноу постигал сложную науку притворства пришлых…
К счастью, из гостиной послышался спасительный плач, и Мишель вынуждена была упорхнуть из спальни.
Иноу поспешно стянул чужеземные тряпки, коря себя за невнимательность. Ну вот как он мог забыть о том, что одежда без подпитки тела довольно быстро возвращается в свою первоначальную форму? Близость Мишель сделала его глупым…
Набросил тунику на обнажённое тело и быстро придал ей нужную форму. Та перекроилась в привычные брюки и рубашку, и кириянин облегченно выдохнул. Потрогал пальцем «ауйрен» на шее и постарался успокоиться.
Что он вообще делает? Вместо того, чтобы искать преступную деятельность пришлых, он рассказывает Мишель о своем народе…
Укоризненно покачал головой.
Кажется, парность — это болезнь, съедающая ум…
* * *
Капитан Дэвис, лениво развалившись в кресле, вертел в руках массивное кольцо со вставленным в него плоским черным камнем. Камень этот выглядел стеклянным угольком и не претендовал на звание драгоценности, но именно он стал объектом столь пристального внимания.
В
