товарища за одежду и поспешил к выходу из лавки.
— Госпожа Натин, — я передал ей с рук на руки Зои.
— Голова немного закружилась, — виновато сказала Зои, неуверенно стоя на ногах.
— Так бывает, — улыбнулась ей Натин, вряд ли поняв, что она говорила, но посочувствовав.
Я же прошёл к Рене, задумчиво смотрящей на пятно крови. Осторожно подёргал её за рукав.
— Наставница Рена, — тихо сказал я на языке дами, — я вам ещё не рассказывал про символ разрушения. Он называется «кровавый цветок». Вы пока не используйте его без необходимости.
— Придержать хотела… — тихо сказала она.
— Великие символы так не работают, — почему-то виновато сказал я. — А если бы у вас чёрное солнце было на спине, вы бы их всех в один узел завязали.
Проблема была не в том, что она раздавила глупого наёмника, а в том, что сделала это очень легко. Так бывает, когда привыкаешь к слабым символам и используешь слишком много «голоса» для более могущественного. Это хорошо, что она всё в помещении не раздавила вместе с ёжиком.
— Чернила?! — опомнился я и с большим облегчением увидел, что они так и стояли на прилавке целые и невредимые. — Госпожа Натин, давайте уже расплатимся и в гильдию, а то сейчас здесь будет шумно, когда городская стража прибежит.
— Хозяин, — повысила голос Натин, — неси коробку для чернил, мы торопимся.
Глава 4
По пути в гильдию Серебряной луны Натин решила показать лавку, где сейчас хозяйничала семья кинийцев. Это было большое двухэтажное здание, удачно расположившееся на перекрёстке. Широкие окна на первом этаже уже начали переделывать в витрины, чтобы привлекать потенциальных покупателей. Сейчас там стояла всякая ерунда, что мы вывезли из лагеря бандитов. А чтобы покупателям и горожанам было понятно, чья это лавка, над входом повесили вывеску, изображающую полнолуние.
На первом этаже полным ходом шёл ремонт. Несколько мужчин и пара женщин пытались превратить просторную гостиную комнату в полноценную лавку. Оповещая хозяина о новых посетителях, над дверью звякнул колокольчик. Рабочие из числа зеленоглазых демонов даже не посмотрели в нашу сторону.
— Закрыто, закрыто ещё, — выскочила из соседней комнаты высокая и красивая девушка в платке и домашнем платье.
— Привет, — улыбнулся я знакомой девушке по имени Лина. — Ты как здесь оказалась?
Увидев меня, она замерла, словно не веря своим глазам, затем посмотрела на госпожу Натин и Рену. Это была племянница начальника южного отделения Серебряной луны. За всю дорогу на север Кан и Натин о ней почти не вспоминали, а вот молодой Рах отзывался пренебрежительно.
— Дядя отправил в столицу, — ответила Лина, поправив платок. — За твоей лавкой присматривать.
— Как продвигается ремонт? — спросила Натин, оглядывая помещение.
— Ещё день нужен. Но товаров всё равно нет для торговли. А эти мелкие…
Лина осеклась, поймав хмурый взгляд Натин.
— Мастер Кирин глупостями занимается, — поправилась она. — Если только они не хотят открыть лавку для кинийцев, потому как никто другой эту ерунду покупать не станет.
Она даже руки на груди скрестила, показывая свою позицию.
— А что это за лавка? — спросила у меня Рена, так как разговор шёл на языке гильдии.
— Моих друзей…
— Лавка принадлежит тебе, — поправила Натин. — А мастер Кирин с супругой просто управляющие.
— У тебя есть дом в столице? — удивилась Рена, с ещё большим изумлением разглядывая помещение. Двухэтажный дом почти в центре города, да ещё и на границе престижного района стоил огромных денег. — Чем торгуешь?
— Пока не знаю, — отозвался я, решив с ними не спорить. — Но кое-какие мысли на этот счёт у меня есть. А где Кирин?
— Там он, — Лина показала на дверь в соседнюю комнату.
— Я на минуту, — улыбнулся я женщинам, высвобождая руку.
Соседнюю комнату решили оставить как жилое помещение, где можно отдохнуть, пообедать или заключить крупную сделку в домашней атмосфере. Сейчас же здесь находились двое низкорослых мужчин, сидя на стульях с высокой спинкой, и пили знакомый сладкий кисель. Если Кирин до сих пор не сменил одежду охотника на что-то более презентабельное, то его собеседник выглядел богатым и успешным жителем столицы, по меркам кинийцев.
— Мастер Василий! — обрадовался Кирин, соскочив со стула. — Вы пришли.
— Заглянул, чтобы посмотреть, как у вас дела, — улыбнулся я, говоря на их родном языке. — Как у Фильви дела, как девочки?
— Всё хорошо, — он пару раз довольно кивнул. — Как есть хорошо. И дом уютный нашли, и лавка большая.
— А Вы, уважаемый? — я посмотрел на гостя, показавшегося мне знакомым.
— Староста Ро, — сказал он со значением. — Глава нашей общины в столице.
— Рад познакомится. Я Василий, друг Кирина и Фильви. Они помогли мне на юге, и я решил оказать им ответную услугу в столице. Надеюсь, Вы не будете их обижать?
— Своих не обижаем, — сказал он, изучая меня умным взглядом.
Выглядел староста на сорок, но наверняка был старше как минимум лет на десять. А ещё в нём совсем немного чувствовалась сила, что для кинийцев большая редкость. Я его хорошо знал, так как через пятнадцать лет он по-прежнему будет занимать должность старосты кинийцев Хумы. Это очень почётная должность, и обязанностей у него всегда много. Даже лорд города, когда ему требовалась помощь низкорослых охотников, приходил именно к нему, в бедный западный квартал.
— Я услышал, что кто-то из наших открыл большую лавку, — сказал Ро. — Пришёл посмотреть, как на самом деле.
Кирин при этом довольно заулыбался, то ли радуясь своей значимости, то ли высокому положению торговца.
— Кирин — охотник, — сказал я, усаживаясь на свободный стул. — Достойный сын Кина. Мы открыли хороший магазин, только товаров у нас нет. Возможно, у общины кинийцев есть что-то подходящее, что можно выставить на продажу. Мы готовы брать всего одну седьмую часть от суммы сделок. Только товар должен быть действительно хорошим. К примеру, очень скоро в столице взлетит цена на некоторые травы и корешки. Кирин, ты же знаешь, как выглядит дикий редис? У него очень жгучий корень, от которого слёзы из глаз бегут.
— Знаю, — закивал охотник.
— Я дам тебе пять золотых
