— Вот это настрой! Команда охотников во главе с Железным Фрицем собирается добраться до финала.
Камера показывала снаряжение охотников, их оружие и передвижные средства, включающие в себя джипы, гусеничные вездеходы с пулемётами и парочку гравилётов. Всё для того, чтобы не один из команды турсулунцев не смог добраться до воды. Виктор вспомнил, как они смотрели передачу с Ником, пятый сезон, тогда малец едва научился говорить. Папа, это челепахи, спрашивал он. Беда усмехнулся, но воспоминание тут же прошло. Будто это был не его родной сын, а кто-то другой, чужой и незнакомый. Но всего на одно мгновение стало не плевать. Лишь небольшое воспоминание, которое исчезло… Захотелось выпить ещё.
— А вот и команда бегунов!
Расставленные ровными рядами яйца были огромными. Даже только что вылупившиеся турсулунцы достигали почти метрового роста, а росли в течение всей своей жизни. Некоторые становились размером с танк. Но даже малыши чрезвычайно опасны, и дело не только в крепких костных пластинах, окружающих тело рептилии наподобие панциря, и не менее крепкой чешуе на голове и лапах. Турсулунцы способны очень быстро бегать, а силы хватит, чтобы ударом проломить механинизированную броню из сверхпрочных сплавов. А всего через год рептилия становится идеальным солдатом, не боящимся боли и страха. Но без своих командиров… Виктор помнил, что без Одарённого поблизости у турсулунцев не было никакой слаженности действий и они становились лёгкими целями.
— Пока команда бегунов готовится, я напомню правила. Если хоть один малыш достигнет воды и сумеет уйти на дно, команда охотников проигрывает. Пока турсулунцы в безопасной зоне, охотники не имеют права их атаковать. Если вылупившийся бегун не покинет безопасную зону в течение трёх минут после того, как вылез из яйца, команда дисквалифицируется.
— И не забываем делать ставки на появление Одарённого! — заявил второй ведущий. — Умберто Джаванини и сам Одарённый. Мы все помним пятый сезон, когда его команда разгромила братьев Мазерати.
— О, Дейв, такое не забудешь. Будем надеяться, что и сегодня увидим подобное. Братья Мазерати вступили в команде Железного Фрица, они вряд ли обрадуются такому исходу, — оба ведущих противно засмеялись. — Также я напоминаю нашим особо впечатлительным зрителям телезрителям, что согласно турсулунских обычаев, вылупившийся из яйца считается полноправным членом клана, только если поучаствует хотя бы в двух войнах или десяти отдельных сражениях. После этого они могут получить свои имена. Кстати об этом, Дейв, ты знал, что турсулунцы старого поколения предпочитают людские имена?
— Да, об этом знают все. Также напоминаю зрителям, что турсулунцы от природы лишены эмпатии и голосовых связок. Только Одарённым или особо отличившимся в бою воинам разрешено установить себе эмоциональные блоки и синтезаторы речи. Но они используют их только для общения с нами, людьми.
— Какая вежливость с их стороны, Дейв. А теперь, чемпион второго и пятого сезона — Умберто Джаванини!
Появившийся на экране турсулунец сдержанно поклонился и протянул толстую лапу, покрытую чешую и бронекерамикой, для приветствия. Вторую он где-то потерял, вместо неё кибернетический протез. Виктор смотрел пятый сезон и видел Джаванини, с тех пор турсулунец изменился. На голове рептилии, напоминающей голову земной черепахи, появилось несколько новых шрамов, мощная челюсть усилена металлокерамическими пластинами, а вместо левого глаза теперь имплантат, горящий красным огнём. Другая броня, закрывающая тело поверх природного панциря, выкрашена в чёрный. На нагрудной пластине эмблема клана Властителей Ночи, если Беда правильно помнил название. Взрослые турсулунцы обычно ходят на задних лапах, которые толщиной с тело человека, и опираются на мощный хвост, но с возрастом им тяжело нести огромный вес, и они устанавливают экзоскелеты и силовые суставы.
Турсулунец просто набит бронёй и продвинутым оружием. Ну, это и не удивительно, они-то не отказывались от своих технологий, в отличие от людей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Умберто, я ваш большой фанат, — ведущий рядом с турсулунцем выглядел как ребёнок на фоне танка. — Как думаете, сможете ли вы победить и в этом сезоне?
— Совершенно истинно, — ответил Умберто, раскрывая пасть в такт словам. Ему не требовалось этого, ведь за него говорил синтезатор, но черепахи так привыкли делать перед людьми из вежливости. — Я победитель раньшего сезона и буду чемпионом теперешнего. Мои детки принесут мне победу в полной кружке.
— Да, конечно, — ответил немного озадаченный ведущий. — Это же всё ваши дети. А их вам не жалко?
Второй начал делать предупреждающие знаки, но турсулунец расхохотался.
— Я их бросать считал после двух миллионов. Вот победят, тогда и говорить с ними надо, а сейчас… — казалось странным, что черепашья морда турсулунца, на которой не было мимики, была очень выразительной, а машинный голос хорошо передавал эмоции.
— Тогда всё готово! Умберто, прошу вас отойти за ограничители. А мы начинаем Турсулунские Игры!
Яйца, почти три сотни, стояли на большом поле, очерченным линиями. Каждое на собственной подставке, под которыми начинали загораться красные лампы. Так они ускоряют выход малыша наружу.
Камеры выхватила одно яйцо, которое начинало трескаться. Мощный кулак с ещё не отросшими когтями, покрытый мелкими чешуйками, пробился через толстую скорлупу и оттуда показалась голова. Новорождённый турсулунец посмотрел на солнце и на четвереньках побежал в сторону моря. Но едва он пересёк красную линию, как раздался выстрел, и бегун упал. Крупнокалиберная снайперская винтовка пробила его насквозь. Камера показала довольное лицо Железного Фрица.
Турсулунцы вскоре после рождения могут участвовать в войнах и на уровне инстинктов разбираются в оружии, но сразу после рождения их ведёт самый сильный инстинкт — необходимость сбежать спрятаться ото всех. Первым делом после вылупления они бежали к морю и погибли, а их отец, турсулунец Умберто Джаванини, громко ругался. Но не из-за гибели детей, а потому что выигрыш снижался с каждой жертвой. Ему тоже плевать, что происходит с его же детьми. Настроение Виктора стало ещё хуже.
Ещё один турсулунец умер, пересекая линию, но следующий за ним вдруг остановился. Третий побежал дальше и погиб, снятый пулемётчиком с гудящего рядом гусеничного вездехода, но другие продолжали толпиться на краю безопасной зоны.
— Что происходит, Константин? Тебе оттуда видно?
— Они почему-то не бегут, — ведущий по имени Константин смотрел из-за ограждения. — Если они остановятся, то команда будет дисквалифицирована.
— Ну чего вы стоять? — Умберто грозил малышам своей кибернетической лапой. — Вперёд! Вас много!
Маленькие турсулунцы столпились у линии и не помышляли бежать. Охотники следили за ними через прицелы, ожидая внезапного нападения. Кто-то из ассистентов начал тыкать стоящих рептилий палкой с искрящимся концом, но ближайший к нему турсулунец просто выхватил инструмент и зажал в своих мощных руках.
— Дейв, смотри! — кричал Константин. — Они ломают скорлупу тем, кто ещё не родился.
— Погоди, это же значит… О Боже, у меня мурашки по спине пошли. Неужели это… — камера показала, как большие черепахи помогали выбраться оставшимся, а уже вылупившиеся толпились у красной линии, стоя только на задних лапах. Почти три сотни разъярённых рептилий.
Виктор уже догадался, в чём дело.
— У них Одарённый! — завопили оба ведущих, а следом раздался оглушительный металлический рёв довольного Умберто. — Вылупился Одарённый!
Кто среди черепах Одарённый — понять невозможно, внешне он ничем не отличается от остальных. Даже один Одарённый, телепат, может командовать сотнями собратьев. Беда прекрасно помнил, на что способны рептилии с таким офицером. Мгновенные приказы, мощное оружие и чудовищная сила. Хочешь победить в войне — найми турсулунцев, как гласит старая поговорка. Но даже эта непобедимая армия была растоптана, когда Корпорация создала против них боевых кинетиков…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
