«Он ей очень подходит, — размышляла Изабелла, когда оставила любовников вдвоем и вышла из клиники на улицу, оглядываясь в поисках такси. Пока такси пробиралось в потоке транспорта к ее дому, она вспоминала мальчишескую улыбку Джоша и его блестящие глаза. — Да, может быть, он именно тот, кто нужен Луизе в данный момент. Молодой человек, о котором нужно заботиться, которого можно баловать».
Водитель остановил такси у обочины, Изабелла вышла и заплатила за проезд.
— У твоего дома стоит полицейская машина, детка, — сухо заметил водитель. — Надеюсь, у тебя нет неприятностей.
— Можешь надеяться! — насмешливо ответила она.
Бросив беглый взгляд на полицейскую машину и думая о том, как странно, когда кто-то постоянно наблюдает за тобой, она сбежала по ступенькам вниз и вошла в квартиру.
Через две минуты, приготовив ужин и налив себе бокал вина, Изабелла вышла в коридор. Внезапно раздался звонок в дверь. Она остановилась, с тревогой глядя на дверь, словно та жила собственной жизнью.
— Кто там?
— Это я, Фло.
Изабелла с облегчением вздохнула и открыла.
— Входи.
— Я только на минутку, дорогая. — Фло перешагнула через порог и стала рассматривать светлые стены и лампы в японском стиле. — О, у тебя такал замечательная квартира! Такая стильная». Моя не выдерживает, никакого сравнения.
— Вовсе нет, — великодушно возразила Изабелла. — Выпьешь хереса?
— Только маленькую рюмочку. — Фло села, и Изабелла пошла за сладким хересом, который держала специально ради редких визитов соседки.
— Ты не заходила ко мне уже несколько дней, — заметила Фло, когда хозяйка подала ей рюмку. — Я подумала, все ли у тебя в порядке, дорогая.
Изабелла вздрогнула, ее снова охватило чувство вины.
— Прости. У меня было так много дел…
— Тебе незачем извиняться, милая. Я просто немного беспокоилась, вот и все.
— Ты такая добрая. Но волноваться нет причин. У меня все в порядке. А как твои дела? Были еще… визиты?
— На Западном фронте без перемен, — улыбнулась Фло. — Ни шороха. Ты, наверное, как следует их напугала.
— Отлично! Надеюсь, все так и останется.
— Знаешь, у меня есть новости, — с торжествующим видом объявила Фло. — Я собираюсь пару недель погостить у сестры в Кембридже. Мы побродим по магазинам, театрам, барам и другим подобным местам. Она уже все подготовила. И что ты думаешь? Я заказала билет на поезд. Поеду одна, совершенно самостоятельно.
— Это здорово! Я очень рада за тебя. Ты ведь уже целую вечность никуда не ездила, правда?
— Я была ужасной домоседкой, — согласилась Фло. — Кстати, я пришла попросить тебя присмотреть за квартирой в мое отсутствие.
— Конечно, присмотрю.
— Ты знаешь, я чувствую, что это изменило мою жизнь, — то, что дети перестали приходить и мучить меня. Мне это действительно досаждало. Сестра целую вечность просила: «Приезжай ко мне, Фло. Устроим себе маленькие каникулы…» А я отвечала: «Нет, нет, нет…», потому что чувствовала себя такой никчемной старухой, боялась и все время пряталась. А теперь почему-то чувствую себя совсем иначе. И я говорю: «Да, да, да». Разве не странно?
— Мне все это кажется вполне разумным, — медленно произнесла Изабелла. — И вовсе не странным. Я так рада за тебя.
— Ну это все благодаря тебе, дорогая. Я бы ни за что не сумела дать им отпор. Они не обратили бы на меня никакого внимания.
Фло позволила себя уговорить на вторую рюмку хереса, а Изабелла сидела и слушала уже знакомые истории из прошлого соседки. Она изобразила на лице заинтересованную улыбку, но ее мысли неизменно возвращались к человеку, который хотел причинить ей зло. К тому, кого они с Максом собирались поймать.
После ухода гостьи Изабелла покончила с ужином, вымыла тарелки и прибрала на кухне. Время близилось к десяти.
Она долго отмокала в ароматной ванне, потом, облачась в махровый халат, включила телевизор и прошлась по веем каналам, зная, что просто оттягивает время, когда надо будет лечь в постель и лежать, уставившись в темноту.
Около одиннадцати снова раздался звонок в дверь, и Изабелла задрожала от страха. С пересохшими губами она подошла к двери и остановилась в нерешительности.
— Кто там? — резко спросила она.
— Макс, — прозвучало в ответ. Его низкий звучный голос невозможно было не узнать.
Она распахнула дверь, и он вошел.
— Я не на дежурстве, — сказал он.
Изабелла почувствовала, как напряжение отпускает ее. Она закрыла глаза и подняла к нему лицо. Хоторн обнял ее.
Глава 9
Он целовал Изабеллу до тех пор, пока ее не охватило страстное томление. Долгие мгновения проносились, а они все еще стояли у входной двери. Она слегка отстранилась от него и, глядя снизу в его глаза, взяла за руку и повела в спальню.
Она еще раньше включила лампы, и комната была залита мягким светом из-под абрикосовых шелковых абажуров. Не отрывая глаз от его лица, она обвила руками его шею.
— Ты думаешь, все правильно? — тихо спросил он.
— Лучше не бывает, — прошептала она.
Он снял ее руки со своей шеи и мягко опустил их вниз. Потом положил ладони ей на плечи и повернул Изабеллу к себе спиной. Очень медленно он начал массировать ей шею. Пальцы Макса были сильными и нежными, ладони спустились по плечам, снимая напряжение и ужас прошлых дней. Изабелла почувствовала, как большие пальцы выписывают ритмичные круги вдоль лопаток, поднимаясь все выше до линии волос; это были исцеляющие прикосновения.
Глаза Изабеллы закрылись от удовольствия, когда его большие пальцы двинулись вверх по позвоночнику, заставляя расслабиться застывшие мышцы. Она чувствовала, что тает.
Но теперь ей захотелось от него другого. Она повернулась в кольце его рук и подняла голову в ожидании следующего поцелуя. Хоторн сжал ее в объятиях с яростной настойчивостью, так, что она почувствовала жар сухощавого и стройного тела. Соски ее затвердели под халатом, когда Хоторн снова поцеловал ее долгим, очень долгим поцелуем, от которого тело пронзило желание. Когда его рука скользнула под халат и пальцы легонько заплясали по коже, электрические искры пробежали по ее позвоночнику вверх, до самой макушки.
Изабелла выгнулась дугой, прижимаясь к его груди, и ответила ему страстным поцелуем.
Он развязал пояс ее халата и сбросил его. Она стояла перед ним обнаженная, слегка дрожа от предвкушения.
— Изабелла, — почти простонал он. — Господи, ты такая красивая…
Она помогла ему освободиться от куртки и расстегнула пуговицы на рубашке. Его руки были сильными и мускулистыми, кожа тугой и гладкой. Она улыбнулась, глядя снизу в его красивое лицо, а потом нагнулась и развязала шнурки его туфель, а когда он снял их, расстегнула молнию на джинсах и медленно спустила их вниз. Его живот был твердым и плоским, полоска темных волос спускалась к паху.
