По разработанной биологами гипотезе, в основе любой передачи наследственных признаков у кристаллов лежит сильное перевозбуждение под влиянием мощных магнитных (электромагнитных?) полей. У живых существ эти функции сосредоточены в определенных частях организма. Но принцип генетического кода остался тем же.
После разработки теории генетического кода стал совершенно ясным вопрос о практической проверке теории.
Так держать! Недавно по всей нашей группе был объявлен конкурс на лучшее и кратчайшее название новой науки, родившейся благодаря трудам всего коллектива. Пока самым «кратким» названием было такое слово, которое сразу и не выговоришь. Попробуйте быстро сказать: «Кристалломагнитобиогенетическотехническая петрология». Сокращенно приходилось говорить «КПБГТ-логия».
Расшифровывалось это длинное слово просто: кристалломагнито — подчеркивало зависимость шифра в кристаллах от магнитной жизни Солнца; биогенетическо — дали нам биологи-генетики, раскрывшие смысл наследственности кода; техническая петрология — это то новое практическое, что родилось на базе коллективного труда.
Техники-петрологи — специалисты по искусственному изготовлению камней (петро — камень, логос — учение). Они направили все наши исследования по практическому руслу.
В идее все было очень просто. Надо было записать на видеофонную пленку очередную шифрограмму, а потом неоднократно ее повторять для получения искусственных кристаллов.
Практически можно написать десять приключенческих романов только о том, как мы охотились за хорошем видеофонной записью.
И вот запись готова! Закончены также приготовления к пробному эксперименту по искусственному получению кристаллов. Мы все понимали, что если опыт удастся, то это произведет техническую революцию. Мы сможем, не дожидаясь милостей от природы, изготавливать не только одиночные кристаллы, но и получать искусственно целые месторождения нужного нам сырья.
Для первого опыта была подготовлена кальцитовая среда. Удастся ли нам вырастить прозрачный кальцит?
Наконец наступила долгожданная минута. Все замерли. Тонкий луч видеофона прорезал вечерние сумерки. Началась передача направленной шифрограммы.
И вот мы у приемной зоны. Издали видно, что там сверкают гранями какие-то крупные новообразования. Это друза великолепно прозрачного кальцита, чистейшего исландского шпата, огромной стоимости.
Победа!
Теперь не за горами получение искусственных кристаллов любого минерального сырья. Мы заранее условились, что следующими должны быть ограночные алмазы во много тысяч карат. Их мы изготовим без повышения давления до тысяч атмосфер и без высокой — в тысячи градусов — температуры. Они должны родиться на поверхности земли на наших глазах так же, как только что полученный исландский шпат.
СТРАНИЦЫ КАМЕННОЙ КНИГИ
ГРАДОВЫ КАМНИ
Есть одна легенда, которая замечательна тем, что мы точно знаем обстоятельства ее рождения.
Она подтверждает мысль, что легенды рождались, когда люди не могли найти естественных объяснений явлениям природы, поразившим их воображение. В этом случае, за неимением лучшего объяснения, люди обращали свои взоры к богу.
…Душно. Солнце неподвижно повисло в тусклом белесом небе, словно само время остановилось. Сонная одурь охватила и людей и животных.
А с юга медленно и неумолимо надвигается зловещая туча. Черная, она закрыла все небо. Внутри тучи, в разрывах, медленно кружатся белые рваные облака. Говорят, одно из них имело пятиугольные очертания. Люди загоняли в укрытия скот, матери звали детей. Ждали беды…
Это произошло полтораста лет назад в районе маленькой башкирской деревушки Арметово. Жители деревни знали — будет град.
Град — значит будет уничтожен урожай. Град — он несет голодную зиму. Град — придется продать скот и надолго уйти в чужие края на поиски работы…
И вот гроза разразилась! Ничего подобного не видели даже самые дряхлые долгожители за всю свою жизнь. Небо разламывалось яркими молниями на сотни кусков. Громовые раскаты следовали без перерыва с ужасающим треском. И в довершение всего пошел град. Градины величиной с голубиное яйцо пробивали ветхие крыши домов, ранили и калечили людей и скот…
Вместе с градом хлынул ливень. Казалось, вся вода всей Земли опрокинулась на арметовцев. Зазмеились по полям ручьи. Они сливались в бурные потоки, размывающие землю. Нечего и говорить, что все посевы были начисто уничтожены. Вместо хлеба на полях ровным слоем лежали зерна льда.
А потом взошло солнце. Стал таять лед, и на месте выбитых градом посевов люди стали находить каменные знаки. Первыми принесли их мальчишки. Вместо ягод, они нашли камешки, показавшиеся им странными и необыкновенными. Камешки были похожи на центральную часть градовой тучи. Они были пятиугольными. И в середине многих ясно виднелся крест.
Вот тут-то и родилась легенда. Кое-кто из жителей села пытался связать гибель посевов с вероотступничеством. Бог, говорили они, дал нерукотворное знамение — пятиугольные камни с крестом посередине, чтобы люди знали: повторится отступничество — снова разразится божья кара, снова все останутся без урожая…
Так и повелось. Каменные знаки божьего гнева — градовы камни — были в каждой, избе. Страх владел всеми: ослушаешься бога — опять посыплются на голову грозные небесные камни… Опять придет голод, а с ним болезни, смерть, нищета.
Таинственные знаки
Торжественным и строгим было собрание Императорской Академии наук 4 мая 1825 года. Важно и чинно выступали академики, излагая результаты своих исследований и наблюдений. Все шло по заведенному порядку. И вдруг… Слово для экстренного сообщения взял астроном Федор Иванович Шуберт.
— Господа, — сказал академик, — случилось небывалое. На поля башкирской деревни Арметово упали с неба необычные, таинственные каменные знаки. О падении оных знаков сообщил в журнале Поггендорфа и в архиве Кастнера господин Эверсман.
В прохладном зале академии стало необычно тихо, а Шуберт продолжал:
— Я зачитаю вам, господа, некоторые выдержки из сообщения господина Эверсмана. Он пишет, что камни выпали вместе с небесным градом. Камешки, упавшие с неба, мелкие, лепешковидные или чечевицеобразные, а на обеих сторонах чечевицы начертан крест.
Заволновались академики. То тут, то там раздавались голоса: «Не может быть этого!..», «Камни с неба не падают!».
Сквозь шум к кафедре подошел всеми уважаемый минералог академик Севергин.
— Господа, не волнуйтесь, — раздался его спокойный голос. — Трудами господ Эрнста Хладного, Афанасия Стойковича и Ивана Мухина доказано ниспадение камней из воздуха. В нашем каталоге зарегистрировано свыше десятка таких камней. Я предлагаю запросить господина оренбургского губернатора о случившемся и потом рассмотреть это событие заново.
Так и порешили.
И вот открылось новое, очередное собрание Академии наук. Это было 7 сентября 1825 года. Не приходится говорить, что оно было многолюдным. Среди публики оказались не только гражданские, но и высокие военные чины. Были и лица духовного звания. Они выделялись высокими черными клобуками и степенной походкой. Каждый из присутствующих спешил посмотреть на таинственный знак, упавший с неба.
На столе, рядом с кафедрой, на черных шелковых подушках лежали три маленьких камешка, присланные вице-губернатором Кирьяковым из Уфы. Вначале их было одиннадцать, но всем было известно, что восемь камешков переданы профессору Александру Петровичу Нелюбину для исследования.
Чинно и степенно подошел к столу игумен, настоятель одного из монастырей. Широко перекрестившись, взял в руки один из камешков и возгласил:
— Надо, миряне, сегодня же принять решение о строении у оной деревни Арметово часовни. Сделать советую так, как поступили устюжане. Во граде Великом Устюге тоже камни падали из воздуха, и небо там аки растворилось, огонь на землю ниспадал, и скотина всякая в кучу металась. Об этом писал поп Иванище государю архимандриту Никите, Кириллова монастыря пастырю. И было это во 1662 году, ноября в 29 день.
Напрасно возглашал игумен. Его предложение не встретило поддержки. Кое-кто резонно заметил ему, что сейчас не 1662 год и что они не в храме божьем, а на заседании Академии наук. Раздосадованный игумен, отвернувшись от собеседников, медленно пошел на свое место.
По звонку председателя все расселись на свои места. На трибуну вышел моложавый бодрый профессор Нелюбин.
— Уважаемые коллеги, — начал Нелюбин, — у себя в медико-хирургической академии мы изучали арметовские камешки. Должен огорчить почтенную аудиторию. Мы не обнаружили в камешках тех элементов, кои обычны для метеоритных тел. В них не оказалось ни никеля, ни кальция. Найдены были лишь окислы железа с небольшим количеством силиция. Камни такого состава никогда не встречаются в небесных телах. В нашей фармакологической лаборатории мы все пришли к единодушному убеждению, что арметовские камни — земные, а не небесные.
