Пальцы Кевина сомкнулись на ее кисти, и Кэтрин вновь почувствовала спокойную уверенность его прикосновения.
— Не надо торопиться, — ответил он на ее немой вопрос. — Кто знает? Быть может, оно тебе понравится. — Другой рукой он приподнял свидетельство и подал ей, держа так, чтобы удобно было читать. — Видишь? Здесь зафиксировано твое право носить это кольцо.
Кэт пробежала документ глазами, затем протянула руку, чтобы взять его, и принялась изучать внимательнее. Все слова были на месте, неопровержимо свидетельствуя, что Кэтрин Спайс действительно вышла замуж за Кевина Стоуна два года назад в феврале. Отрицать подлинность документа не позволяла ее собственная подпись, красовавшаяся на самом видном месте.
Побледнев, Кэтрин подняла на него глаза, полные страдания.
— Так, значит, это правда, — прошептала она. — Я в самом деле твоя жена, но… я не помню, где и когда мы обвенчались.
Из глубоких темно-янтарных глаз Кевина на нее глядела пустота.
— Причин ты, естественно, тоже не помнишь.
Кэт отвернулась, разглядывая игру солнечных зайчиков на кружевных занавесках. В глубине души она понимала, что Кевин не обманывает. Она просто не чувствовала себя в состоянии примириться с правдой.
— Теперь… наверное, нам нужно решить, как быть со всем этим?
Стоун резко поднялся.
— Как я понял вчера вечером, мы уже знаем, что ты намерена предпринять, Кэти. Но мои вопросы до сих пор остаются без ответа.
Справившись с минутным замешательством, Кэтрин одним движением перебросила ноги на край постели и встала.
— Я сейчас же звоню моему врачу и договариваюсь о встрече. Он сможет ответить на все твои вопросы.
Его взгляд медленно скользил по ее волосам, еще хранившим живописный беспорядок сна, затем он посмотрел ей прямо в глаза, и что-то в его облике неуловимо изменилось.
— Наверное, все-таки не на все, — прозвучал спокойный ответ.
Кэтрин зябко поежилась, почувствовав неуверенность и беспокойство.
— Я… Мне нужно принять душ и переодеться. Дел полно, прости.
Кевин повернулся, чтобы уйти.
— Меньше, чем ты думаешь, Кэт. На кухне сейчас Фред. Он вполне поправился. Работа идет своим чередом.
— Прекрасно, — сказала она его удаляющейся спине. — Вот это мне нравится.
— Я буду наверху, в своем номере. Нам с секретарем нужно внимательно изучить кое-какие контракты.
— Что ж, займемся каждый своим делом.
Не говоря больше ни слова, он удалился, оставив ее недоумевать, как это одна лишь спина может быть столь выразительно самодовольной.
Выйдя из душа, Кэт быстро переоделась в темно-зеленые брюки и желтого цвета блузку. Первым делом она сняла сияющее кольцо с пальца, положила его в карман, после чего пошла проверить состояние дел на кухне и в столовой. Как и сказал Кевин, Фред взял на себя роль шеф-повара, ему помогали Мэри и Джейн. От ее услуг он отказался, и Кэтрин направилась прямиком в кабинет. Кольцо девушка положила в маленькую шкатулку с памятными вещицами, потом аккуратно закрыла дверь и позвонила врачу. Договорившись о визите на следующий день, она связалась по телефону с Полом, чтобы тот приготовил прогулочный катер для их поездки на материк, в Ричмонд. Возможно, Кевин привык к боже быстрым видам транспорта, но полеты — это не для нее. К счастью, он уже в курсе дела, и конфликта на этой почве не предвидится.
Она как раз собиралась заняться кое-какими финансовыми бумагами, когда зазвонил телефон. Голос дяди Бенджамина, зазвучавший из поднятой трубки, был более чем неприятным сюрпризом. Не утруждая себя расспросами о ее самочувствии и тому подобных глупостях, он сразу перешел к делу:
— Кэтрин, мне нужны…
— Деньги, — оборвала она с издевкой. Откинувшись на потертую спинку стула, Кэт приготовилась слушать знакомые песни. — Может, порадуешь чем-то новеньким, Бен?
— Оставь этот сарказм, девчонка, — огрызнулся тот. — Как совладелец я имею законную долю в ваших доходах!
— Не могу понять почему, если твой трудовой вклад в это дело, как, впрочем, и в любое другое, равен нулю!
Бенджамин перепробовал множество мест работы, которые тут же оставлял, раздобыв достаточно денег для удовлетворения своих подлинно профессиональных интересов азартного игрока. Оказавшись же на мели, он снова «радовал» Кэтрин своими звонками и визитами.
— Уж не забыла ли ты, дорогая племянница, что мой отец оставил мне больше половины этого предприятия?
Увы, это было правдой, что изрядно омрачало жизнь Кэтрин. В надежде, что собственный бизнес поможет Бенджамину вернуться на твердую дорогу, дед Кэтрин сделал его основным наследником. Старик всегда отличался упрямством и не желал признавать, что дочь с мужем в качестве партнера лучше справилась бы с ролью хозяйки гостиницы.
— Ну что же, — пропела она медовым голосом, — почему бы тебе тогда не приехать и не взвалить на себя большую половину всей работы? Я буду вне себя от счастья с таким помощником.
— Я в самом деле приеду, и скорее, чем ты думаешь. У меня большие планы в отношении гостиницы, и, понравится это тебе или нет, со мной придется считаться.
— Да, Бен, конечно же. Какой-нибудь очередной зал для танцев вроде того, что ты требовал пристроить в прошлом году?
Намек был не в бровь, а в глаз. Бенджамин не имел ни малейшего понятия о том, как вести дела, и не желал чему-нибудь учиться.
— Я скоро приеду, Кэтрин, тогда и поговорим. Пришла пора кое-что изменить. — Он отключился прежде, чем она успела ответить, оставив ее с трубкой в руках и гримасой отвращения на лице. Бенджамин и не догадывался, что в жизни Кэтрин начались и стремительно развиваются серьезные перемены. Куда более серьезные, чем ему дано было вообразить.
— Теперь нам обоим известно все, что мы хотели узнать, — сказала Кэтрин, осторожно сжав ладонями кружку с кофе.
— О твоей амнезии — да, — согласился Кевин. — Но ведь остаются еще и другие вопросы.
Чуть поправившись, Сара вернулась к работе, и Кэтрин с Кевином смогли позволить себе однодневную поездку в Ричмонд. Когда их беседа с врачом была позади, Кевин повел ее перекусить в расположенный поблизости ресторанчик, где и происходил этот разговор. Голодны они, впрочем, не были. Кэти лишь притронулась к салату, а он не съел и половины сандвича.
6
— Теперь тебе известно, что я потеряла память навсегда.
— Придется верить врачу, — признал Кевин. — Теперь мы должны решить, как быть дальше.
— Как быть? Что за вопрос? Ты идешь своей дорогой, а я своей. Наши судьбы не имеют между собой ничего общего.
