– Я ни о чем не знала! – негодующе воскликнула Лори. – Меня все предупреждали насчет вас... но никто не говорил ничего определенного. Я понятия не имела о... пари. Я просто знала, что вы... скользкий тип.
– Скользкий?! – Его голос вибрировал от презрения. – Скользкий...
– Да, – ответила Лори, смело встречаясь с Джеффом взглядом. – Вы... волочились за всеми женщинами подряд на свадьбе.
– Я не волочился за всеми женщинами, – сказал он, передразнивая ее чопорный тон. – Только за тремя самыми недоступными из них.
– Вы поступили низко... бесчестно.
– Верно, – согласился Джефф. Выпрямившись в кресле, он ткнул себя в грудь большим пальцем. – И я пострадал больше всех. – Он закатил глаза. – Эти три вечера были худшими в моей жизни.
– Ха! – усмехнулась Лори.
– Правда, – с отвращением произнес он. – Сьюзен Кэррингтон не умолкала ни на минуту. Тэмми Фарентино бурлила энергией, грозя затопить меня своими эмоциями. А потом вы.
– Со мной, – отчетливо и с презрением проговорила Лори, – у вас свидания не было.
– Да, – сказал Джефф, – кажется, я читал об этом в газете. Послушайте, я не хотел вас обидеть. И принес свои извинения. А вы, если помните, посоветовали мне на них сесть. И в довершение всего это проклятое объявление. Замечательно. К тому времени пари уже было расторгнуто, и я выглядел самым большим дураком в Сент-Луисе.
Вздрогнув, Лори отвернулась.
– Меня должны волновать... ваши чувства? Вы солгали трем женщинам. Вы обманули их, и я должна... должна сочувствовать вам?
– Нет. Я никого не хотел обманывать. Меня насильно затащили в это пари, и я пытался выручить своего друга. Он поставил двигатель «мустанга» образца 68-го года...
Вскинув голову, Лори снова повернулась к нему, недоверчиво прищурившись.
– Вы пошли на это... ради автомобильного двигателя? Вы заслуживаете только... презрения.
Глаза Джеффа сверкнули.
– Я мужчина, черт побери.
– Это не меняет дела. – Она снова отвернулась от него.
– Вы, по всей вероятности, ненавидите мужчин.
– Неправда. Просто... все меня предостерегали. Д-даже моя кузина. А уж она-то точно ничего не знала о вашем... пари. Так что оставьте меня в покое. Вы ведь должны... снимать. Почему вы не работаете?
– Я работаю, – только что не рявкнул Джефф. – Камера автоматическая. Каждые десять минут она снимает один кадр. А я здесь лишь для того, чтобы следить, все ли в порядке... Но почему все вас предостерегали насчет меня? Я только пригласил вас провести со мной вечер. И все! Я пригласил трех женщин. Я ничего от них не ждал – только хотел угостить ужином. Я делал это лишь потому, что стремился помочь своему другу, заключившему пари, которое он не мог проиграть. Полагаю, дружба тоже числится у вас грехом. Кстати, а кто ваша кузина? Вы прежде ничего о ней не говорили.
Лори одарила его самым холодным из своих взглядов.
– Мою кузину зовут Ширли Спенсер. Она мне все... о вас рассказала.
Джефф поднялся с кресла, не в силах оставаться на месте.
– Ширли Спенсер? – Нахмурившись, он засунул большие пальцы в задние карманы джинсов. – Ширли Спенсер...
Лори с вызовом взглянула на него. Он был настолько высокий и широкоплечий, что маленькая оранжерея, казалось, была заполнена им до отказа. Воздух в ней буквально вибрировал от присутствия Джеффа.
– Моя кузина Ширли училась вместе с вами в колледже, – процедила сквозь зубы Лори. – Она рассказала мне, как вы обошлись с ее подругой Мери-Эллен Пфайффер. Вы... вели себя как... крыса.
Ей показалось, Джефф слегка побледнел.
– Мери-Эллен Пфайффер? – Он недоверчиво покачал головой. – О нет. Неужели ваша кузина – та самая Ширли?
– Да. – Лори открыла холодильник. Ей требовалось что-то делать – все равно что, только бы отвлечься. – Зачем вы разбили жизнь этой бедняжки Пфайффер? Кто-то поспорил с вами... на пару колес?
Ее пальцы схватили банку колы, но рука Джеффа тотчас же стиснула ее запястье. Он опустился перед ней на колени, и его лицо внезапно оказалось прямо напротив ее лица.
Лори была захвачена врасплох его близостью, его прикосновением. Пристальный взгляд черных глаз Джеффа, казалось, проник до самой глубины ее души.
– Не п-прикасайтесь ко мне! – запинаясь, выговорила она.
– Я не разбивал жизнь Мери-Эллен Пфайффер. Она сама разбила свою жизнь. – Его брови гневно сдвинулись. – Если мне не звонила Мери-Эллен, то звонила Ширли. Она постоянно совала нос в чужие дела, учила всех жить и почему-то считала, что должна допекать меня.
– Послушайте... – попыталась высвободить руку Лори.
Но Джефф, не выпуская ее запястья, склонился к ней еще ближе.
– Нет, это вы послушайте. Не знаю, что вам нарассказала ваша кузина, но Мери-Эллен Пфайффер неизвестно что вбила себе в голову. Она решила, что у нее должна быть трагическая любовь к кому-то, и почему-то выбрала для этой цели меня. Я виделся с ней всего раза два – это и свиданием-то не назовешь. У меня не было времени для серьезных отношений. Я занимался баскетболом. Я ни с кем не встречался больше двух раз – и сказал об этом Мери-Эллен. Тогда она начала преследовать меня. Я не разбивал ей жизнь, просто у нее пристрастие к мелодрамам. Как, к несчастью, и у вашей кузины. Вы можете понять это?
Он крепко держал ее за запястье, но Лори понимала, что он не хочет делать ей больно, просто пытается заставить выслушать. Его негодование было настолько искренним, что у нее в душе зашевелилось какое-то неприятное холодящее чувство.
Все начало вставать на свои места. Ширли, властная и уверенная в собственной непогрешимости, действительно любит вмешиваться в чужую жизнь. Она обожает суматоху и трагедии и ненавидит, когда на нее не обращают внимания. Однако Лори почему-то даже не пришло в голову подвергнуть сомнению ее версию случившегося с Мери-Эллен. А все потому, что ей хотелось верить в худшее о Джеффе Ремингтоне, и, к несчастью, она так и сделала.
Джефф, словно только сейчас осознав, что держит Лори за руку, отпустил ее, продолжая удерживать взгляд девушки.
– Лори, я говорю правду. На свете много людей, подобных Мери-Эллен. Я ничем не обидел ее, просто еще не был готов к серьезным отношениям, о чем ей и сообщил. Впереди маячили экзамены, я занимался баскетболом. Мне ведь было восемнадцать лет. Клянусь, я не обманывал и не бросал ее. А она буквально не давала мне проходу.
Лори не знала, что сказать. На лице Джеффа озабоченность смешивалась с печалью. Сглотнув комок в горле, она отвернулась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
