Мерритт же, судя по всему, нисколько не сомневался в правильности ее поступка.
– Так ему и надо. Ишь ты, заключает пари насчет моей внучатой племянницы! Ха! Это покажет ему, какая в тебе течет кровь.
Лори промолчала. Ей не хотелось обсуждать неприятный инцидент. Она надеялась, что объявление поставило точку во всей этой истории.
Мерритт, судя по всему, почувствовал ее смущение.
– Попробуй луковый суп. Кухарка сварила специально для тебя. И еще мне хочется услышать про твое растение, то, которое ты получила от этого парня из Камбазии. Колдовской цветок.
– Ведьмин цветок, – поправила Лори, радуясь перемене темы разговора.
– Так оно действительно должно зацвести? – недоверчиво поднял седые брови Мерритт.
– Да, – гордо ответила Лори. – Надеюсь на это.
Бутон снова начал увеличиваться в размерах. За последние два дня он стал почти в два раза больше.
– И как скоро это произойдет? – спросил Мерритт.
– Не знаю, – сказала Лори. – Может быть, через неделю, может быть, позже.
– А потом?
– Ну, это довольно... редкое явление. Он цветет ночью. По крайней мере так говорят. Цветок начинает распускаться где-то в полночь и к рассвету полностью раскрывается.
– Надо же, – проворчал Мерритт. – Только послушайте ее! Она говорит: «Это довольно редкое явление»! Какая скромная! Впервые в нашей стране зацветает такое растение! Это же событие!
– Если оно зацветет...
– Прочь сомненья! Оно зацветет. И произойдет это благодаря тебе. Ты должна кричать об этом на всех площадях.
– Просто мне... повезло, – возразила Лори.
– Повезло? Ты говоришь, повезло? – строго сдвинул брови Мерритт. – Везение не имеет к этому никакого отношения. Ха! Труд. Труд и умение – вот в чем все дело. Ты – лучшая цветочница в Сент-Луисе. Все так говорят. Ты знаешь, что у нас в стране это растение больше не цвело нигде? Потому что ни у кого нет таких волшебных рук. Лишь тебе удалось добиться успеха. Тебе!
Лори залилась краской.
– Если бы мне не подарили это растение, не о чем было бы и говорить. А теперь Камбазия запретила вывоз ведьмина цветка из страны. Так что мне просто повезло.
– Ты считаешь, что везение заставило принца проникнуться к тебе чувством? Нет, ты сама. Он увидел, какой ты человек. И просто не смог не полюбить тебя.
– Принц просто был моим... другом, – смущенно ответила Лори.
– Просто другом! – Седые брови Мерритта снова пришли в движение. – Он ведь хотел жениться на тебе.
– Мы лишь учились вместе, – покачала головой Лори. – Только и всего.
– Когда принц сделал тебе такой подарок, это уже было не везение, – сказал старик. – Нет! Он хотел сделать тебе приятное – и неудивительно. Молодая, красивая, умная, талантливая, добрая...
– Дедушка Мерритт, пожалуйста, – взмолилась Лори.
– Сегодня у тебя день рождения, – возразил он, – я буду хвалить тебя сколько захочу. Позволь мне выпить за тебя, Лори. – Он поднял бокал. – Ты хоть представляешь, какой путь проделала? Я помню тебя, когда ты почти ни с кем не разговаривала. Потому что не могла разговаривать. Но ты работала над собой, ты преодолела свой недуг, и, клянусь небом, ты исключительный человек. Я поздравляю тебя!
Лори, чтобы скрыть смущение, схватила бокал. Мерритт весело подмигнул ей.
– Красней сколько душе угодно. Я горжусь тем, чего ты добилась. Ты творишь историю ботаники, дорогая. Я имею полное право гордиться тобой.
Лори не смогла сдержать улыбку. Она была привязана к деду, хотя тот и любил прихвастнуть. Робкая девочка, с трудом говорившая, и самоуверенный старик, с трудом слышавший, они обожали друг друга. Но Мерритт прекрасно понимал борьбу, которую вела Лори, и старался во всем помогать ей.
– С этим растением связаны какие-то легенды, да? – спросил он. – У тебя в оранжерее завелась нечистая сила?
Лори покачала головой.
– Никакой нечистой силы. Только легенды. В них нет ни частицы правды.
– Вот как? Ну хорошо. Теперь поговорим о подарке к твоему дню рождения. Как ты думаешь, что я выбрал?
Лори рассмеялась.
– Если бы я смогла угадать, твой подарок можно было бы считать полным провалом.
Мерритт гордился тем, что преподносил самые неожиданные подарки. Всегда оригинальные, всегда очень нужные – и всегда являющиеся сюрпризом.
– Ха! Даю наводку: он имеет отношение к твоему растению, – сказал Мерритт. – Как только оно соберется зацвести, немедленно звони мне. И тогда получишь подарок.
Лори улыбнулась, чувствуя тем не менее внутри неприятный холодок. Она боялась загадывать.
– А если оно не зацветет? Я не могу быть уверена...
– Зацветет, – заверил ее Мерритт. – Потому что за ним ухаживаешь ты.
Его вера согрела Лори.
– А теперь, моя дорогая, – то ли улыбнулся, то ли нахмурился дед, – мне хотелось бы вернуться к тому объявлению, которое ты поместила в газете. Почему именно этот мужчина заключил пари, что добьется свидания с тобой?
Улыбка Лори погасла. Она не хотела вспоминать о Джеффе Ремингтоне. Как только она подумала о нем, в душе ее возникла какая-то пустота. Но Лори слишком хорошо знала своего дедушку и понимала, что он не отстанет от нее до тех пор, пока не получит ответа.
Она набрала полную грудь воздуха.
– Кое-кто считает меня нелюдимой. Это все из-за того... как я говорю. Наверное, это был... вызов... или что-то в том же духе.
Мерритт неодобрительно фыркнул.
– Что ж, он был прав. Ему был брошен вызов, он принял его – и проиграл. Он встретил достойного противника. Объявление в газете – ха! Здорово придумано. Отличный ход! Повергла негодяя в грязь. Мне это нравится!
Он снова поднял бокал, и его серые глаза весело сверкнули.
Но Лори никакой победы не ощущала. Внутри у нее была все та же пустота.
Ровно через неделю после дня рождения Лори цветок подал первые признаки того, что действительно распустится.
Лори буквально сгорала от волнения. Ее пальцы, обычно такие проворные, вдруг стали неуклюжими, и цветы вставали в корзины неровно, бантики на лентах завязывались не в тех местах, а клей появлялся там, где не имел права появляться.
К четырем часам дня Лори окончательно убедилась, что бутон распустится. Чашелистики раздвинулись – чуть-чуть, но сквозь тусклую зелень уже начали проступать первые полоски бледной желтизны.
Даже обыкновенно невозмутимая помощница Лори Мэйвис заразилась нетерпением.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
