Он рассказал о Лире и себе
Такую быль, которой свет не слышал.
Описывая ужасы тех дней,
Он снова пережил их потрясенья
И потерял сознанье. В этот миг
Раздался зов трубы, и я оставил
Его без чувств.
Герцог Альбанский
Кто ж был тот человек?
Эдгар
Кент, сэр, изгнанник Кент. Переодетый,
Он следовал за королем, своим
Гонителем, и верою и правдой
Служил ему, не брезгая ничем.
Вбегает придворный с окровавленным кинжалом.
Придворный
На помощь! Помогите!
Эдгар
Что случилось?
Герцог Альбанский
Что это?
Эдгар
Почему кинжал в крови?
Придворный
Он теплый. Он дымится. Он из сердца.
Она мертва.
Герцог Альбанский
Кто мертв? Скажи скорей!
Придворный
Мертва супруга ваша. Закололась,
Пред этим отравив свою сестру.
Она созналась в этом.
Эдмонд
Я помолвлен
С обеими. Теперь нас всех троих
Смерть обручит.
Эдгар
Вот Кент.
Герцог Альбанский
Живых иль мертвых,
Несите их сюда. Вселяет страх
Небесный суд, свершившийся над ними,
Но нам не жалко их.
Придворный уходит. Входит Кент.
Да, это он.
События не дают его принять,
Как подобало бы в другое время.
Кент
Владыке своему и королю
Пришел я пожелать спокойной ночи.
Как, он не здесь?
Герцог Альбанский
Про главное забыли.
Герцог Альбанский
Эдмонд, скажи нам, где король и где
Корделия?
Вносят тела Гонерильи и Реганы.
Ты видишь, Кент?
Кент
Что это?
Эдмонд
Да, был любим Эдмонд! Из-за него
Одна сестра другую отравила
И закололась.
Герцог Альбанский
Да, все это так.
Закройте лица им.
Эдмонд
Жизнь ускользает.
Пред смертью сделать я хочу добро,
Хоть это непривычно мне. Пошлите
В тюрьму. Не медлите! Я дал приказ
Лишить Корделию и Лира жизни.
Не медлите!
Герцог Альбанский
Скорей! Беги бегом!
Эдгар
К кому бежать? Кому приказ был отдан?
Дай знак отмены!
Эдмонд
Правильно. Возьми
Мой меч и моему дай офицеру.
Герцог Альбанский
Скорее, я прошу!
Эдгар уходит.
Эдмонд
Твоя жена
И я распорядились, чтоб в темнице
Корделию повесили, сказав,
Что это ею сделано самою
В отчаяньи.
Герцог Альбанский
Будь небо ей щитом!
Возьмите кто-нибудь его отсюда.
Эдмонда уносят.
Входит Лир с мертвой Корделией на руках, за ним Эдгар, офицеры и другие.
Лир
Вопите, войте, войте! Вы из камня!
Мне ваши бы глаза и языки —
Твердь рухнула б!.. Она ушла навеки…
Да что я, право, мертвой от живой
Не отличу? Она мертвее праха.
Не даст ли кто мне зеркала? Когда
Поверхность замутится от дыханья,
Тогда она жива.
Кент
Не это ль час
Кончины мира?
Эдгар
Исполненье сроков.
Герцог Альбанский
Конец времен и прекращенье дней.
Лир
Перо пошевелилось. Оживает!
Ах, если это правда, — этот миг
Искупит все, что выстрадал я в жизни.
Кент
О господин мой!
(Становится на колени.)
Лир
Лучше уходи.
Эдгар
Ведь это Кент. Он друг ваш.
Лир
Пропадите!
Убийцы, подлецы! Я б спас ее,
А вот теперь она ушла навеки. —
Корделия, Корделия, чуть-чуть
Повремени еще! Что ты сказала? —
Ах, у нее был нежный голосок,
Что так прекрасно в женщине. — Злодея,
Тебя повесившего, я убил.
Офицер
Да, господа, он это правда сделал.
Лир
Не правда ли, приятель? Было время,
Своим прекрасным острым палашом
Заставил бы я всех их тут попрыгать.
Не то теперь. Теперь я стар и слаб
От этих бед.
(Кенту.)
Кто вы? Я плохо вижу.
Я должен это прямо вам сказать.
Кент
Судьба нас двух любила и терзала.
Один из них пред вами.
Лир
Тут темно.
Скажите, вы не Кент?
Кент
Ну да, он самый.
Слуга ваш Кент. А где слуга ваш Кай?
Лир
Он славный малый, был, скажу вам прямо.
Храбрец, рубака. Умер и истлел.
Кент
Нет, государь. Я — это Кай.
Лир
Посмотрим.
Кент
Я с первых ваших злоключений шел
За вами по пятам.
Лир
Я рад вас видеть.
Кент
Все ж остальное — ужас, мрак, печаль.
Две ваши старших дочери в порыве
Отчаянья покончили с собой.
Лир
Да, кажется.
Герцог Альбанский
Он, видимо, не знает,
Что говорит. Бесцельно выражать
Ему почтенье наше.
Эдгар
Бесполезно.
Входит офицер.
Офицер
Эдмонд скончался.
Герцог Альбанский
Нам не до него. —
Вот что задумал я, друзья и лорды:
Чем только можно будет облегчить
Великого страдальца злую участь,
Все обещаю сделать. Нашу власть
Передадим ему до самой смерти.
(Эдгару и Кенту.)
Вступите в ваши старые права.
Мы их еще расширим по заслугам.
Кто верен был, вкусит плоды добра,
Кто изменил, осушит чашу горя. —
Смотрите, что с ним? Видите?
Лир
Мою
Бедняжку удавили! Нет, не дышит!
Коню, собаке, крысе можно жить,
Но не тебе. Тебя навек не стало.
Навек, навек, навек, навек, навек! —
Мне больно. Пуговицу расстегните…
Благодарю вас. Посмотрите, сэр!
Вы видите? На губы посмотрите!
Вы видите? Взгляните на нее!
(Умирает.)
Эдгар
Он в обморок упал. Мой государь!
Кент
Разбейся, сердце! Как ты не разбилось?
Эдгар
Очнитесь, государь!
Кент
Не мучь. Оставь
В покое дух его. Пусть он отходит.
Кем надо быть, чтоб вздергивать опять
Его на дыбу жизни для мучений?
Эдгар
Он умер.
Кент
Удивительно не то.
Где силы брал он, чтобы жить так долго?
Герцог Альбанский
Несите мертвых. Наш ближайший долг —
Оплакать их.
(Кенту и Эдгару.)
Друзья мои, вы оба мне опора,
Чтоб вывесть край из горя и позора.
Кент
Не смею, герцог, сборами тянуть.
Меня король зовет. Мне надо в путь.
Эдгар
Какой тоской душа ни сражена,37
Быть стойким заставляют времена.
Все вынес старый, тверд и несгибаем.
Мы, юные, того не испытаем.
Все уходят под звуки похоронного марша.
«КОРОЛЬ ЛИР»
1
Сказание о короле Лире и его дочерях принадлежит к числу древнейших легендарных преданий Британии. Ее первая литературная обработка была сделана английским летописцем Джеффри Монмутским, изложившим ее в своей латинской «Истории Британии» (1135). У него заимствовал ее Лайамон и пересказал на английском языке в поэме «Брут» (ок. 1200). Дальнейшие пересказы предания о Лире встречаются в стихотворных хрониках Роберта Глостерского (ок. 1300), Роберта Маннинга (1338), Джона Хардинга (1450) и в прозаических хрониках Роберта Фабиана (1516), Джона Растела (1530), Ричарда Графтона (1568) и, наконец, в знаменитых «Хрониках» Р. Холиншеда (1577). Этим, однако, литературная история сюжета не ограничивается. Аналогичный рассказ содержится в средневековом сборнике «Римские деяния». К этому сюжету неоднократно обращались английские поэты эпохи Возрождения. Вариант истории Лира мы находим в одной из частей коллективной поэмы «Зерцало правителей» (1574), где рассказ дан в поэтической обработке Джона Хиггинса. О Лире повествует и Уорнер в поэме «Англия Альбиона» (1586), а также величайший из поэтов английского Возрождения Эдмунд Спенсер в своей «Королеве фей» (1590, книга песнь 10). Прозаический пересказ легенды был сделан также в эпоху Шекспира историком Уильямом Кемденом (1605).
