— Присаживайтесь.
Устроившись на стуле, я с интересом стала наблюдать за работой воина. Делал он все правильно, но как-то топорно, из чего явно следовало, что Киан самоучка и овладевал своим даром методом проб и ошибок. Об этом я и спросила, разрушая повисшую тишину.
— После нашего переселения в Сид-Ахай многие знания были утеряны. Из ныне живущих под куполом почти все самоучки. Мы стараемся передать детям то, что освоили сами, но не сложно догадаться, какие из воинов учителя. Когда началась война, я был учеником мудрого Знающего. Он научил меня основам владения силой, но на этом все и закончилось.
— Что стало с вашим учителем?
— Погиб при зачистке. Как и многие другие. Выжить удалось лишь воинам и тем, кто пришел уже после создания купола.
— Мне жаль, — прошептала я, отводя глаза.
— Не стоит жалеть об ушедших. Мир Теней принял их души, а боги направят и подарят новую жизнь.
— Мне нравится ваша философия, — улыбнулась я. — А еще завораживает сила, с которой вы абсолютно не умеете обращаться. Поэтому у меня к вам предложение.
— И какое же? — настороженно уточнил капитан.
— Я научу вас всему, что знаю сама, а в ответ вы окажете мне услугу.
— Какую?
— Пока не придумала. Так что у вас есть время подумать над моим предложением.
И вот после этого, улыбнувшись самой обворожительной улыбкой, я забрала накопитель и выскользнула из палатки.
* * *
Вооружившись тонкой палкой, тихонько одолженной у одного из воинов, я второй раз за день ползла по песку. Только на этот раз вместо поисков занималась любимым и привычным делом — черчением пентаграммы. Пятиконечная звезда была заключена в два круга разного диаметра, между которыми тянулась цепочка рун ограничения и подчинения. Эти символы мне предстояло напитать силой Киана Лиркана, добавив к ним капельку своей крови.
Чертила я без особой надежды на успех — все же магический фон в этом месте довольно странный, но попробовать стоило. Вопреки первому желанию призвать душу погибшего наставника и второму — привлечь какую-нибудь прабабушку капитана к его перевоспитанию, я решила вначале попытать счастья с призывом животных. Вернее, поднять трупы низших, которыми буквально кишела эта земля.
В этом я убедилась буквально в первый час после захода солнца, когда наш лагерь озарила яркая вспышка света. Покосившись на довольную Василису, сделала правильные выводы — твари атаковали сразу со всех сторон и скопом, за что и поплатились своим существованием. Жаль только, что вместо дохлых тушек от них остался лишь прах.
Дополнив схему последними штрихами, встала в центре пентаграммы и, полоснув по руке ножом, приложила к порезу камень. Артефакт тут же запульсировал, ярким всплеском силы привлекая новых тварей и волнами вливаясь в руны. Выученные с детства слова призыва и ментальный приказ ко всему, что покинуло подлунный мир.
Сидхаи, почувствовавшие мою магию, появились почти одновременно с пробуждением первой из сущностей. Ею оказалась не так давно сгинувшая среди песков ашвея, еще не успевшая до конца разложиться. Тело гигантской гусеницы окутывали линии силы, из-за чего она светилась в темноте, вызывая понятную тревогу у воинов и заметное оживление среди своих собратьев.
Дальше стало еще веселее, когда из песка полезли разрозненные кости от разных существ, мерцая веселеньким зеленым светом. Всегда любила наблюдать, как конечности ползут друг к другу, пытаясь по пути прихватить и остальные части бывшего когда-то единым тела. Расход энергии в этом случае был значительно больше, но зато какое представление!
Сидхаи, безусловно, впечатлились и теперь поглядывали на меня не столько с интересом, сколько с опаской. Во-о-от, а я предупреждала, что моя профессия весьма опасна и трудна. Эх, но до чего же она прекрасна! Для полного антуража не хватает только бледного света луны да завывания одинокого волкодлака в весенний период.
Довольно оглядев восставшее и собирающееся по частям воинство, дала ментальный приказ охранять Границу. После этого влила остатки силы в линии пентаграммы и благополучно потеряла сознание от истощения.
Любава, дочь Змея Горыныча. Ёжка
— Подъе-о-ом! — зазвучал зычный голос прямо над ухом.
— Пап, ну еще минуточку, — пробурчала я сквозь сон. — У тебя самого еще две головы не проснулись…
И тут в мое сонное сознание прокралась здравая мысль — откуда в общежитии Школы Сказок взяться Змею Горынычу? Он здесь даже в ипостаси человека с трудом поместится. Резко сев, я окинула смущенным взглядом Ари Вреднюковну, стоящую напротив моей кровати со скрещенными на пышной груди руками.
— Две другие головы, значит, не проснулись, — ехидно уточнила она, — ну-ну. Подъем!
Последнее слово она гаркнула, как заправский строевой, и, магически усиленное, оно разнеслось по всей общаге. Из соседних спален послышался грохот падающих тел, а откуда-то снизу еще и мужская ругань. Переглянувшись с наставницей, мы коварно улыбнулись и подмигнули друг другу.
— Значит, так, я пошла разбираться с незваным мохнатым гостем, который зачастил к Верее, а ты проверь, все ли проснулись. Разговор у меня к вам.
Согласно кивнув, я с кряхтеньем сползла с кровати. Все же старость — не радость… И, накинув на себя халат, отправилась по комнатам девочек. Кто бы меня заранее предупредил, что работа старосты опасна и трудна! Ведь к каждой из подопечных необходимо было найти свой подход, выучить повадки и привычки, чтобы в один из не совсем добрых утренних часов не схлопотать чем-нибудь по лбу.
Например, Снежа очень любила кидаться снежками. Сухими, когда ее просто будили. И мокрыми, когда вырывали из хорошего сна. Остальные были миролюбивее и отстреливались либо подушками, либо тапками. Ну и в самое доброе время просто посылали в лес к лешему и болотнику.
И все же было волшебное слово, которое безвозвратно сметало и сонную негу, и лень. Звучало оно гордо и страшно — Наставницы! Зная любовь старших Ёжек к пакостям, в их присутствии мы старались вести себя тихо и примерно. Не скрою, удавалось не всегда, но, по крайней мере, мы пытались!
Так вот, растолкав всех девчонок и передав пожелание самой молодой и вредной наставницы, мы спустились вниз и замерли на крылечке. Вид наставница имела грозный и суровый, прижимая к себе кота Ядвиги Еловны, который, вопреки обыкновению, даже не думал возмущаться. Кажется, все совсем печально…
— Вот скажите мне, дорогие мои, где вы обучаетесь?
Вопрос явно скрывал какой-то подвох, поэтому и ответы были робкие и осторожные:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
