Читаем без скачивания Враг с планеты Земля - Владимир Анатольевич Тимофеев

собственно, и врезалось в память. Но так, мельком, на уровне подсознания: удивился и сразу забыл, как, хотя и забавное, но не существенное…

Флорианский «барьерный» лес встретил нас тишиной. Ни завывания ветра, ни гомона птиц, ни шороха трав и листьев… Разлитая повсюду энергия словно бы накрывала округу пологом из огня и тумана. Нам это конечно ничуть не мешало, но для всех остальных туманная полоса считалась абсолютно непреодолимым препятствием.

— А тут всё по-прежнему, — негромко проговорила Паорэ, подойдя к разрушенному святилищу и проведя пальцем по гладкой поверхности алтаря. — Даже не запылился.

— С чего бы ему пылиться-то? — хмыкнула Ан, разглядывая брошенные у постамента вещи. — Суток ещё не прошло, а мы уже тут.

Да, мы действительно возвратились сюда на следующий день после памятного ритуала на алтаре трёх святынь. Для всех во Вселенной нас не было здесь около суток. В реальности же, если учитывать не только каникулы на Земле, но и несколько десятков «сегодня», проведённых в мире-без-времени, мы отсутствовали более девяти стандартных недель, из которых как минимум половину мои подруги могли считаться на самом деле беременными, а не «немножко», как пошутила Паорэ, когда я её отыскал.

Собственно, этот факт стал одной из причин, почему мы не задержались в безвременье дольше полутора месяца. Исчезнуть и сразу же появиться, но уже на сносях — многие, что в Империи, что на Флоре, нас бы просто не поняли. А где начинаются странности, начинается и недоверие. Типа, а те ли это герцогиня и баронесса? Не подменили ли их вместе с господином бароном какие-нибудь «барьерные» злыдни?

Злыдней тут, безусловно, хватало. Всё-таки зона тумана занимала на этой планете около девяноста процентов поверхности, и разные твари, как из живой материи, так и энергетические, водились здесь в огромном количестве. С отдельными, помнится, мы даже дрались. Однако сейчас лес вокруг нас как будто и вправду вымер. И меня это ничуть не расстраивало.

По крайней мере, не нужно было отвлекаться на всякие там сторожевые мероприятия, чтобы просто переодеться. А переодеться нам так или иначе потребовалось. Хотя бы для того чтобы не выглядеть странно и определить, насколько мы изменились за этот месяц? Отъелись или, наоборот, отощали?

Мы с Ан, как выяснилось, остались такими же. А вот Паорэ внезапно пожаловалась:

— Ну, вот! Пояс надо на новую дырку застёгивать. Ужас!

Она выглядела такой расстроенной, что я не выдержал и рассмеялся.

Анцилла посмотрела на меня с укоризной и принялась утешать подругу. По мне, так совершенно напрасно. Миледи и раньше имела склонность к небольшой полноте, но её это совершенно не портило. Скорее, наоборот, действовало возбуждающе… Да что возбуждающе! У меня от неё просто крышу сносило. Как, впрочем, и от Анциллы. И вообще — сравнивать их дело абсолютно бессмысленное. Обе — настоящие эталоны, что по части красоты, что по части характера. Пусть разные, но всё равно идеальные. Для меня идеальные, а не для кого-то. И объединять их в одну, совершенную, как в памятном ритуале, мне уже не хотелось. Ведь в любом совершенстве что-нибудь обязательно потеряется…

К границе туманной зоны решили идти напрямик, не заморачиваясь поиском менее энергозатратных путей. А поскольку энергии в нас было сейчас хоть залейся и мы умели её не только расходовать, но и формировали из неё разного рода структуры, то организовать коридор безопасности от святилища до края болота стало для нас задачей элементарной. И никакая скрутобойка для этого не понадобилась. Мы просто немного сосредоточились и очистили от тумана участок длиной около десяти тин и шириной две с половиной тяны. По сути, туннель, по которому может пройти любой человек. Ну, если конечно он будет знать, что подобный туннель здесь имеется.

Срок жизни этому коридору я определил в несколько месяцев. А затем барьерная энергия просочится сквозь стенки, и от туннеля ничего не останется. В принципе, ничего страшного. Если понадобится восстановить, восстановим. Пока же он нам необходим как канал для начальной энергоподпитки прохода из Княжества в мир-без-времени. Ведь как в любом двигателе, чтобы его завести-активировать, требуется пусковой момент определённой величины. А потом всё должно пойти по инерции, знай только на «газ» нажимай, чтобы ходу прибавить.

До границы мы добрались за пару часов. Шли не спеша, навьюченные как разными ништяками с Земли, так и собственным скарбом, собранным возле святилища.

Три пары мокроступов, на которых переходили болото, нашлись там же, где их и оставили, под кустиком возле берега.

Прежде чем форсировать трясину в обратную сторону, я вытащил рацию и связался с замком.

Гас отозвался почти мгновенно:

— Камрад! Ты?!

— Я, третий. Я, больше некому.

— Так вы, значит… всё уже?

— А долго ли умеючи? — усмехнулся я в «трубку». — Жду тебя в том же месте, где ты нас высадил.

— Принято, командир! Буду через… сорок минут…

Чтобы перебраться через болото, нам понадобилось полчаса. Оставшиеся до прилёта шаттла минуты мы потратили, чтобы ещё раз проговорить то, о чём будем рассказывать Гасу, Нуне и остальным.

Челнок опустился на ближайшей к лесу площадке тютелька в тютельку, как третий и обещал. Внутри кроме Гаса никого не было. Что такое режим секретности, бывший помощник герцога Андия знал не понаслышке.

Спрашивать, что мы с собой притащили и, вообще, сделали ли то, что задумывали, «третий» не стал. Просто помог загрузить барахло в десантный отсек и занял место пилота.

Спустя полчаса шаттл приземлился прямо во дворе баронского замка. Хотя, если честно, до настоящего замка ему было ещё, ох, далеко…

Нас встречала целая делегация. Сапхат, Нуна, Таг, Калер, парочка «молодых» из команды разведчиков, суетящийся за их спинами дядька Аркуш, две няньки-служанки, первая с Ридой на руках, вторая с подносом…

— Милорд! — грянули хором разведчики и взяли «карамультуки» на караул. Остальные, увидев выбирающегося из челнока «барина», тут же склонились в глубоком поклоне.

Люблю, чёрт возьми, старое доброе средневековье! Всё просто, понятно, и никакой демократии.

И стопочка на подносе, почти как хлеб-соль.

— Всем вольно. Всем спасибо. Все свободны.

После такой команды народ, ясное дело, не разошёлся. Просто обстановка вокруг стала более непринуждённой…

В комнате около