– И ты молчал? – только и смог сказать Фесс.
Джайлз пожал плечами.
– Теперь это уже не имеет никакого значения. Они идут за мной, некромант. Инквизиция не прощает…
– Больно ты им нужен, нытик! – зарычал Фесс. Правда, рык получился какой-то больше от бессилия. – Да зачем…
– Они идут за мной, – тихо и настойчиво повторил Джайлз. – Ты им не нужен.
– Это ещё почему?
– Потому что Инквизиции важнее покарать изменника, чем схватить некроманта…
– Интересные дела! А что же, спрашивается, делала та засада в горловине? Почему нас Этлау сжечь пытался?!
Джайлз ничего не сказал. Он, похоже, слышал сейчас только самого себя.
Некромант повернулся к Рыси. Воительница стояла, сурово сдвинув брови и взявшись обеими руками за эфесы сабель.
– Ты слышала, страж?
– Пусть одан рыцарь не беспокоится, – хищно улыбнулась Рысь. – Они даже не войдут в лес…
Похоже, она собиралась просто взять и двинуться прямо сейчас на поиски той самой четвёрки, однако в этот миг Вейде наконец-то привела свое заклятье в действие. Привела в действие по-настоящему.
Зелёное море травы заволновалось, воздух вокруг волшебницы задрожал, точно в жаркий день над камнями, и Фесс не устоял на ногах, опрокинутый чудовищной отдачей использованного целительницей заклинания. Над телами закружился изумрудного цвета вихрь, ветер косил траву, словно бывалый косарь – оставляя корни и заваливая при этом лежавших. Вскоре над орком и гномом выросла самая настоящая копна – можно было б и посмеяться, мол, тоже мне, лечение, но Фесс не согласился бы лечь в ту копну даже за все богатства царей земных. Для него, некроманта, это означало немедленную и мучительную смерть. Сила Лесов была чужда ему, слишком чужда. Здесь всё было подчинено Жизни, а его искусство обращалось к Смерти. Некромантия была могущественнее магии эльфов, но… не во всем.
– Все, – Вейде внезапно оказалась рядом. Волосы чародейки маслянисто блестели, тонкое лицо лоснилось от пота. – Сейчас они спят. Когда проснутся, смогут двинуться дальше. А вам настоятельно надо двигаться отсюда, некромант. Потому что…
– Потому что за нами идёт охота, – пристально глядя прямо в глаза эльфийки, проговорил Фесс. – Спасибо за предупреждение, Вейде. Джайлз уже сказал мне. Могу ли я надеяться…
– Нет, – спокойно и хладнокровно ответила Вейде. – Не можешь, некромант. Мы помогаем тебе, но мы помогаем и другим. Не помочь тебе – уравнять себя со злом, не помочь твоим преследователям – уравнять себя со злом так же.
У Фесса в буквальном смысле отвисла челюсть. Вейде и не думала таиться. От подобной откровенности некромант даже растерялся. Что делать, если только что очень помогший тебе говорит в лицо, что точно так же поможет твоим врагам?.. Бросаться в драку? Сделать вид, что так и должно быть?..
– Мы не выдали бы тебя, мы пошли бы против нашего слова только в одном случае – если бы ты отрёкся от некромантии, – с напором, глядя в глаза Фессу, сказала эльфийка. – Подумай, чародей, и подумай крепко!.. Подумай, чьим орудием ты сейчас являешься, под чьи знамёна ты встал!.. Честное слово, клянусь Великим лесом, хотела бы я, чтобы мы с тобой сражались плечом к плечу – против той самой Тьмы!.. Ведь ты же читал книгу Салладорца, ты знаешь, что случилось в Арвесте… почему же ты до сих пор с ними? – Вейде незаметно оказалась совсем близко, дивные глаза смотрели требовательно, но в то же время и с какой-то смутной болью. – Почему ты с теми, чья сила может только разрушать? Вот ты сейчас следил за моим колдовством. Смог бы ты повторить его, могущественный некромант, могущественный без всяких скидок, самый могущественный Тёмный маг на всём пространстве от Волчьих островов до Кинта Дальнего?.. А ведь я не сделала ничего особенного. Я не привела в действие и малой толики истинной мощи лесов. Так не лучше ли оставить чёрные стяги и встать под светлые – цвета жизни и радости? Почему я говорю тебе это, почему хочу, чтобы ты пошёл против собственной чести – потому что твоя честь, даже она, увы, несоразмерна жизни мириадов живых и ни в чём не повинных созданий, которых ты можешь, даже, верю, против собственной воли, отправить в небытие, во Тьму?! – последние слова сдержанная эльфийка почти что выкрикнула, хватая Фесса за складки плаща.
Рысь одним неразличимым для глаза движением оказалась рядом, сабли угрожающе сверкнули возле самой шеи эльфийской волшебницы.
– Поосторожнее, почтенная, – с угрозой процедила девушка.
– Опусти мечи, глупая, – не поворачивая головы, бросила Вейде. – Я ещё не сошла с ума – позволять свершиться убийству избранника Тьмы посреди моих владений.
– Интересно, а почему же Инквизиция не боится моей смерти? – попытался сменить тему Фесс. От близости миндалевидных глаз и стройного тела ему, увы, становилось как-то не по себе.
– Да потому что святые братья намного могущественнее меня, – спокойно отпарировала Вейде. – Их целью было пленить тебя и прикончить медленно, с соблюдением всех обрядов, с совершением экзорцизмов, или как там у них это называется…
– Когда Этлау приковал меня к столбу и вполне всерьёз вознамерился как следует поджарить, не похоже, чтобы он думал о каких-то там экзорцизмах…
– Просто он ещё не успел до них дойти. Не сомневаюсь, если бы он поджёг костёр, так просто умереть тебе бы не дали. Но так что ты мне скажешь, некромант? «Да» – и я собью ту четвёрку с твоего следа. «Нет» – извини, я помогу им. Что бы ни случилось со мной. До или после. Вот тебе моё слово. Прямое и простое. Выбор за тобой, некромант. Ты можешь, например, убить меня, если тебе станет от этого легче, только это будет совершенно бессмысленным поступком, а ты к таким как будто б не склонен…
Вейде умолкла, тыльной стороной ладони провела зачем-то по и без того сухому лбу.
– Выбирай, некромант, – теперь голос эльфийки звучал чуть ли не жалобно. – Выбирай, не мучай меня. Мне будет очень плохо в обоих случаях, нарушу ли я слово, данное Инквизиции, или же принуждена буду навести их на твой след. Но не усугубляй тяжести моего выбора! У тебя нет времени на раздумья, увы. Я хотела бы дать его тебе, но это уже не в моей власти.
– Фесс… – услыхал вдруг некромант голос Джайлза. – Пожалуйста, согласись. Ведь ты же спасёшь и себя, и всех нас! Согласись, ведь ты же останешься волшебником, только станешь повелевать другими силами!.. Фесс, умоляю тебя, на колени становлюсь!..
И Эбенезер на самом деле бухнулся в траву, молитвенно сложив руки перед грудью.
– Я тоже готова умолять тебя на коленях, – медленно сказала эльфийка. – Я, никогда и никого ни о чём не просившая!.. Но что такое гордость и честь, некромант, если их цена – тысячи тысяч жизней, которые ты же и обязался защищать?! Твоё оружие не всегда меч, или посох, или слово – иногда это и…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
