Читаем без скачивания Тирант Белый - Жуанот Мартурель

О, как желал бы я увидеть эту замечательную грамоту,— сказал отшельник.

Тут Тирант поднялся со своего места, не желая более сидеть, и отправился распорядиться, чтобы разгружали мулов посреди луга, расставляли палатки и столы возле источника и готовили ужин.

А Диафеб попросил принести ему сумку, в которой лежала грамота, и принялся читать ее; грамота же была следующего содержания.

Глава 58

«Мы, Генрих [96] король Английский, повелитель Великобритании, а также княжества Уэльского, а также Корнуэльса и Ирландии, главный наместник Святой Церкви и Святейшего Папы Римского, объявляем всем тем, кому в радость и в удовольствие будет новость эта, и всем повсеместно: императорам, королям, герцогам, графам, маркизам, князьям, дворянам, рыцарям и придворным, - что устроены были нами празднества в честь и во славу Господа нашего и Пресвятой Богоматери и в честь рыцарей, что прибыли на этот турнир, дабы биться не на жизнь, а на смерть; и поскольку потребно воздать по заслугам тому либо тем, кто на славном этом турнире более отличились и из всех боев вышли бесспорными и единственными победителями, приказываем, повелеваем и объявляем: воздать славу мирскую, честь и хвалу непобедимому и доблестному Тиранту Белому, нашей рукой произведенному в рыцари. Мы желаем, чтобы королевские герольды, пажи и глашатаи вместе с горнистами и трубачами объявили его лучшим рыцарем во всех четырех углах турнирного поля с нашего доизволения и с согласия судей, нашу персону представляющих. Далее повелеваем: подать Тиранту белого коня, и все, кто здесь будут мужчины и женщины, пусть отправятся пешком к церкви доблестного рыцаря монсеньора Святого Георгия, Тирант же пусть едет меж ними под балдахином. Там же пусть отслужат мессу и произнесут торжественную проповедь о ратных подвигах Тиранта Белого. По выходе же из церкви приказываем и повелеваем пройти по всем ристалищам, с тем чтобы вступил Тирант во владение ими, а королевские герольды передали бы ему ключи от каждого в знак победы. Повелеваем далее устроить празднества, что продлятся пятнадцать дней, в честь и во славу помянутого доблестного рыцаря. И дабы никто не усомнился в истинности этих приказаний, подписываем данную грамоту красными чернилами и скрепляем королевской печатью. Писано в городе Лондоне четырнадцатого июля... года от Рождества Христова и проч. Rex Enricus[97]. Подписано всеми турнирными судьями. Подписано всеми королевскими герольдами, пажами и глашатаями. Подписано всеми знатными сеньорами, что при том находились».

Очень хотелось бы мне узнать о его рыцарских подвигах, — сказал отшельник, кажется он мне человеком весьма достойным, ибо поднялся и ушел прочь, дабы не рассказывать о себе и не выслушивать хвалы в свой адрес. Истинно думаю, достоин Тирант рыцарского звания, а потому прошу вас описать мне его ратные победы.

Сеньор, — сказал Диафеб, — ни за что не желал бы я, чтобы ваша милость думали обо мне дурное, ибо живем мы вместе на этой земле по воле Господа, и со всей прямотою расскажу я вам, святой отец, как все было. А было вот что: первым принял рыцарский обет Тирант Белый, он же первым и бился. В тот день собрал он всех своих спутников, дворян и девиц, и отправились они к деревянному бастиону, где по королевскому приказу производили в рыцари. Увидев, что ворота закрыты, стали мы громко стучать. Прошло много времени, и наконец над воротами появились королевские герольды и спросили: «Чего вы хотите?» И сказали тогда девицы: «Есть у нас дворянин, пожелавший стать рыцарем, и просит он обета рыцарского, ибо достоин и заслуживает принять его». Сей же час отворились ворота, и все, кто хотел, поднялись в бастион. Посреди большой залы усадили Тиранта в кресло из серебра, покрытое зеленым шелком, и повели расспросы о его нраве и привычках, дабы узнать, достоин ли он принять рыцарский обет, потом же осмотрели его, дабы убедиться, что он не хром и не увечен и может вступить в бой. Когда же решили, что таков он, как необходимо, и выслушали свидетелей, достойных доверия, вошел архиепископ Англии, в одеждах дьякона с открытым требником в руках, и стал перед Тирантом. Тут появился и сам король и обратил ко всем присутствующим такую речь.

Глава 59

О благородный юноша, посвящаемый в рыцари, поклянись перед Господом Богом на четырех Евангелиях, что, лишь только ты возвратишь королю латный нашейник[98], который даю я всем, кого произвожу в рыцари, не станешь ты ни за что на свете идти против благороднейшего и светлейшего короля Англии, а будешь поступать лишь во благо сеньора, Богом тебе данного. В противном случае пойдет о тебе дурной слух и дурная слава, а ежели в военное время окажешься в плену, не миновать тебе смерти. А еще побожись и поклянись всеми силами помогать и защищать женщин и девиц, вдов, сирот и бесприютных, и даже замужних женщин, ежели о помощи попросят, и биться не на жизнь, а на смерть, если та или те, что умоляют о заступничестве, просят по справедливости.

Как только принес Тирант клятву, два знатных сеньора, старейшие из тех, кто при сем находился, взяли его под руки и подвели к королю; король же положил меч ему на голову и сказал: «Да сделают тебя добрым рыцарем Господь и господин наш Святой Георгий». И поцеловал его в уста[99].

Затем подошли к нему семь девиц, одетых в белое, обозначавшие семь радостей Девы Марии, и опоясали его мечом, а вослед подошли четыре рыцаря, достойнейшие из тех, что при сем находились, обозначавшие четырех евангелистов, и надели ему шпоры. Затем королева и одна из герцогинь взяли Тиранта под руки, привели его на красиво украшенный помост и усадили на королевский трон. Король же сел ему по правую руку, королева по левую, а все девицы и рыцари расселись внизу вкруг помоста. Потом обнесли гостей обильным угощением. И такой порядок сохранен был для всех, кого в тот день посвятили в рыцари.

Сделайте же одолжение и расскажите мне подробно о том, как сражался Тирант.

Сеньор, накануне дня, назначенного для состязаний, Тирант и его спутники, как я уже говорил, сели на коней и прибыли к бастиону двадцати шести рыцарей. Подъехав к частоколу, передал Тирант записку, где говорилось, что любой рыцарь, желающий с ним сразиться, должен будет до тех пор биться верхом, пока не нанесут они друг другу двадцать кровавых ран острыми наконечниками копий либо пока один не признает себя побежденным. Сей же час его предложение было принято, и вернулись мы в наш лагерь. На следующий день много девиц окружили Тиранта и в полном вооружении[100] сопроводили до ворот турнирного поля. Там передали его в руки верных судей[101], которые должны были вернуть им рыцаря живым или мертвым. Судьи же приняли его с этим условием и воздали ему многие хвалы. Король и королева уже находились на помосте, когда вышел Тирант, одетый в доспехи, но без шлема; в руках он держал рипиду[102], на одной стороне которой изображено было распятие, а на другой образ Девы Марии, Госпожи нашей.

Выйдя на середину, Тирант глубоко поклонился королю и королеве, а затем, подъехав к каждому углу ристалища с рипидой в руке, осенил их крестным знамением. После того спешился Тирант, и провели его судьи в небольшую палатку, расставленную в углу, куда принесли еду и сласти, дабы мог он поесть, ежели захочет. Тирант снова подготовил оружие и сел на коня. Увидев противника в дальнем конце поля, он отъехал и остановился напротив, к нему лицом. Лишь только собравшийся народ успокоился, король дал знак судьям начинать состязание. Тут же рыцари пришпорили коней и, ринувшись друг на друга с копьями наперевес[103], с такой силою сшиблись, что разлетелись их копья в щепы. Потом долго они бились и нанесли друг другу много ударов.

Когда же пустили рыцари коней в двадцатый раз, противник Тиранта ударил прямо в забрало, пробил шлем и слегка ранил его в шею, и, если бы не сломалось его копье, несдобровать бы Тиранту — такой силы был удар, что конь вместе с седоком повалился наземь. Тут же поднялся Тирант и попросил себе нового коня, лучше прежнего, и другое копье, и разрешили судьи обоим рыцарям выбрать то копье, что им больше по ираву. Тирант взял очень толстое копье, и противник его взял такое же. Сшиблись они вновь с невиданной силой, и Тирант ударил рыцаря в грудь возле копьевого упора. И достиг тот удар цели — копье на сей раз не сломалось, а проткнуло рыцаря насквозь, так что замертво рухнул он наземь. Девицы сей же час подошли к воротам поля и попросили, чтобы им вернули их рыцаря. Судьи велели открыть ворота, и девицы, взяв Тирантова коня под уздцы, отвели его в лагерь, воздавая рыцарю почести. Сняли они с Тиранта доспехи, осмотрели рану на его шее, а потом послали за лекарями. Девицы очень заботились о Тиранте, радуясь тому, что первый же рыцарь, сражавшийся в честь девицы, вышел победителем.