всю жизнь раза два-три, хотя дедушка с детства водил её на крестный ход. Однако, выйдя из больницы, она первым делом пошла в церковь. Молилась страстно и истово, пока не расплакалась до всхлипов. Успокоившись, вытерла слёзы и собралась уже уходить, как в этот момент внутренним зрением увидела, что из-под купола прямо над её головой распростёрлась огромная белая рука. Жанна физически ощутила её тепло и силу. Необыкновенный покой разлился по всему телу, и Жанна почувствовала твёрдую уверенность, что всё в её жизни будет хорошо: старшая дочь поступит в Университет, а у младшей всё наладится со здоровьем. И, пока она шла вдоль ограды церкви, это ощущение не покидало её, а протянутая большая рука так и провожала Жанну почти до самого дома.
С того дня ей стали являться образы. На границе бодрствования и сна перед ней проплывали чьи-то знакомые и незнакомые, но вполне реальные лица. Чаще всех почему-то являлся Владимир Ильич Ленин. Это не было бредом: его бородку, лысый череп с остатками растительности на голове и характерный прищур глаз были ей знакомы с детства по портрету, висевшему в их классе. Первое время Жанна удивлялась, но потом привыкла и мысленно приветливо здоровалась с ним. Как только перед её внутренним взором возникали лица, Жанна знала, что скоро уснёт. А вот снов теперь она не видела. Раньше ей часто снилось, что она падает в какую-то бездонную пропасть, или кто-то гонится за ней, а она, задыхаясь от ужаса, бежит и бежит, понимая, что не спастись, пока не просыпалась от страха. Сердце потом долго тревожно билось, а внизу живота что-то противно сжималось так, что щемило в груди. Но с тех пор, как начала видеть лица, ощущение страха больше не возникало. Видимо, она попала в какое-то другое измерение, где было совсем не страшно, а ужасно интересно, потому что она видела лица настолько отчётливо, что порой можно было различить отдельные морщинки, выражение глаз и даже уловить настроение.
Глава 10
Несколько дней после увольнения Белла безвылазно просидела дома, пытаясь осмыслить происшедшее. Деньги пока были. Впереди лето, которое можно будет провести на даче вместе с мамой и Танюшкой, как она когда-то мечтала. Изредка заезжал Слава узнать, как у них дела. В нём произошли удивительные перемены. Откуда ни возьмись, появилась уверенность в себе, в глазах больше не было ни страха, ни тоски. Видимо, ответственность за другого более слабого человека придала ему силы. Нина шла на поправку, врачи рекомендовали ей сухой климат степного Крыма и морские купания. Коллега, с которым Слава когда-то работал в ЦУПе, давно приглашал его в гости. Дом приятеля в Коктебеле стоял на самом берегу.
Белла не жалела, что они расстались. Лёгкая привязанность к мужу, появившаяся за годы их брака, не могла заменить любовь. Она не сказала Славе даже об увольнении. Помочь ей он всё равно ничем не мог. Озадачивать его своими проблемами Белла не хотела. Она была совершенно уверена, что всё обойдётся и как-то само собой разрешится.
Всё лето они провели на даче, ухаживая за помидорами и поливая огуречные грядки. По дачам прошёл слух, что муж Инги умер то ли от пьянства, то ли от чего-то другого. Теперь Инга открыто жила на даче у Иванова на правах его жены. Выяснять отношения с Ингой Белла не собиралась. При редких встречах они сухо здоровались и проходили мимо. Личная жизнь Инги Беллу не интересовала вовсе. Лето подходило к концу, деньги тоже. Белла всерьёз начала задумываться о поисках новой работы. Несколько раз она звонила Сергею, но ответного звонка на пароль «Белла» не было. В сентябре, когда она уже совсем потеряла надежду на встречу, Сергей позвонил сам.
– Беллочка, привет, – услышала она бодрый голос. – Мне передали, что ты звонила и ни один раз. Можешь ничего не говорить, я всё знаю. Просто позвонить раньше и успокоить тебя, у меня не было возможности. Теперь я в Москве и буду рад видеть тебя в любое время, если муж не будет против.
– Муж не будет против, – вставила слово ошеломлённая Белла.
– Где же наш муж?
– Видишь, не всё ты знаешь. Мы расстались.
– Что-то случилось? – спросил Сергей.
– Семейная лодка утонула в бурных волнах перестройки.
– Вот как! И это вполне серьёзно?
– Более чем. Он вернулся к первой жене, ей требовалась помощь, а я не возражала.
– Я всегда знал, что ты сильный человек, поэтому и не могу тебя забыть. Ну, что ж, нужно встретиться и обсудить твои дела. Думаю, разберёмся. Ты не волнуйся, решим все проблемы.
– Как говорит одна моя знакомая – у нас проблем нет, есть лишь временные трудности.
– Хорошо сказано. А твоя знакомая молодец, позитивная женщина.
На следующий день он приехал к Белле и остался насовсем. Так у Беллы началась совершенно новая полоса жизни, полная неожиданностей, любви и приключений.
* * *
Ни о какой приличной работе на производстве или в офисе не могло быть и речи. Предприятия закрывались, зарплату не платили месяцами, поэтому оставалась торговля. Сергей предложил Белле заняться реализацией вещей «сэконд-хэнда», и для начала ей пришлось кардинально изменить своё отношение к торговле вообще. В вакханалии девяностых выживать нужно было всем и Сергей, используя свои связи в определённых кругах, с приятелем наладил прямые поставки ношеных тряпок из Латинской Америки.
«Тряпки» нужно любить, а Белла тряпки любила. Она всегда страдала от дефицита хороших вещей и завидовала модной Жанке, которая великолепно шила сама и, главное, получала от этого удовольствие. Именно Жанна научила Беллу выбирать вещи и ценить их неординарность. Торговать мятыми поношенными тряпками для советских граждан было чем-то новеньким. Работа начальника склада на Режимном Предприятии очень помогла Белле в организации торговли столь специфическим товаром. Сняв крохотное помещение в проходной какого-то завода, Белла приступила к делу. Сергей посоветовал Белле взять помощницу, и Белла позвонила Ольге. Вдвоём дела пошли веселее и через два месяца они арендовали просторный зал химчистки, где вещи можно было прогладить и развесить на плечиках. Торговля пошла ещё веселее и активнее, и к ним потянулись покупатели даже с другого конца Москвы. Молва бежала, опережая физические возможности двух женщин, и Белле пришлось искать помощников для работы в торговом зале. Недостатка в желающих не было. Однако, узнав, что предстоит торговать вещами «второй руки», извинившись, уходили.
Последний посетитель рассчитывался в кассе, и зал, наконец, опустел. Белла уже собиралась повернуть в замке ключ, как в дверь протиснулся вихрастый парень в огромных
