— Почему ты не смотришь, куда идёшь? — спросила она капризным тоном.
— Прости, слишком увлеклась книгой.
Она взглянула на обложку.
— «Разведение катарисов в неволе?» Воистину, увлекательное чтение!
Я посмотрела на книгу, действительно, название было таким, как я могла не заметить? Под ним была нарисована парочка грустных животных, отдалённо похожих на коал с оленьими рожками. Странно, я же из отдела магической теории её брала, как она там оказалась книга про животных оказалась? Но, не показывая своего замешательства, я непринуждённо пожала плечами:
— У меня широкий круг интересов.
Положила книжку на ближайшую полку и сунула руки в карманы юбки. Пальцы левой руки наткнулись на мешочек-талисман, и я сжала его в кулаке.
Девушка, прищурившись, смотрела на меня.
— А я ведь тебя знаю. Ты — та странная девочка, которая ходит на лекции первого курса. Мой жених о тебе рассказывал.
— А кто у тебя жених? — она лишь фыркнула в ответ. — Не думай, что я любопытная, я спрашиваю ради твоего же блага. Просто не хочу его случайно увести у тебя.
Не знаю, почему я это сказала, наверное, просто захотелось её как-нибудь задеть. Опять же, во всех книгах попаданки забирают себе лучших женихов, так что мои слова не безосновательны. Но девушка почему-то не восприняла их всерьёз, а звонко рассмеялась.
— Что? Ты думаешь, что можешь увести жениха? У меня? Ты себя в зеркало видела?
— Видела. И что со мной не так? — я начала злиться. Я, конечно, понимала, что мы с этой розовой феей находимся на разных концах цветового спектра, но это ещё не означает, что я страшная. — Знаешь ли, меня даже на улице останавливали с просьбой мой портрет нарисовать.
— Да? Зачем? — девушка перевела дыхание и снова засмеялась.
— Да. Художник сказал, что благодаря мне первое место на королевском конкурсе займёт.
Девушка, уже, похоже, задыхалась. Она больше не смеялась, закрыла лицо ладонями. Плечи её мелко тряслись.
— Девушки, не шумите, — вдруг откуда-то появился лерейд Мелк. — Вы в библиотеке. Леглерисса Тесиэлла, как вы себя ведете? Вам должно быть стыдно!
И он скрылся в чаще книжных шкафов. Мы проводили его взглядом.
— Должно, но не стыдно, — пробормотала Тесиэлла, достала кружевной платочек из кармана мантии и вытерла им уголки глаз. Потом посмотрела на меня. — Хорошо, если всё так, значит, ты не испугаешься поспорить?
— О чём?
— О твоём портрете.
— А что о нём спорить? — удивилась я. — Его ещё даже не нарисовали.
— Ну, нарисуют же. Так вот, если он займет первое место на королевском конкурсе, то ты победила в споре. А если окажется на последнем месте, то победила я.
— Ну, не знаю, звучит странно.
— Ну, хорошо, согласна, слишком жёсткие условия. Даю тебе шанс на любое призовое место в любой номинации. Даже если приз зрительских симпатий заберёшь, — она неожиданно хрюкнула от смеха, — то ты выиграла. Но во всех остальных случаях победа моя.
— Хорошо, — согласилась я. — А что получит победитель?
— Да что угодно. Хочешь, могу тебе жениха отдать.
— Зачем же? — глупость какая. Она же это несерьезно?
Тесиэлла закатила глаза и снова рассмеялась.
— Не волнуйся сильно, мой жених при мне останется. А вот ты, в случае поражения… — она задумалась на секунду и вдруг запрыгала на месте: — Будешь месяц работать моей личной служанкой!
— У тебя что, слуг нет? — вырвалось у меня. — Ты же леглерисса, должна быть богатой.
— Ну почему нет? Дома есть, а вот в Академии… Кто-то же должен мне учебники носить. Или вдруг мне воды захочется. Или туфельки почистить, если вдруг испачкаются.
Она подмигнула и кокетливо отставила ножку в сторону, демонстрируя блестящие ботиночки. Я удивлённо смотрела на неё. Странные у них тут шутки, конечно.
— Что задумалась? Испугалась? Я понимаю. Объективно, шансов у твоего портрета победить — не то чтобы немного, их совсем нет!
Я сердито смотрела на неё. Нет, я понимаю, что не обязана всем нравиться, особенно женщинам, но чтобы вот так открыто меня оскорбляли за внешность — это вообще нонсенс! Дело что, только в цвете волос? Что вы все к нему привязались? Да если нас побрить, еще большой вопрос, кто красивее окажется. Я себя не на помойке нашла, чтобы это вот так проглатывать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Нет, не испугалась, — спокойно ответила я, хотя внутри бушевала буря.
— Тогда — пусть боги станут свидетелями. Всё, произнесенное вслух между нами, всё — истина!
Она подняла руку, и я почувствовала легкий ветерок, который встрепенул наши волосы и одежду. Впрочем, он тут же исчез.
— Что ж, до встречи. Надеюсь, месяца тебе хватит. Буду следить за конкурсом.
— Почему месяца?
— Так королевский конкурс проводится ежегодно к Большому Листопаду. Чуть больше месяца осталось.
Тесиэлла улыбнулась, в очередной раз подмигнула и убежала, а я осталась переваривать эту информацию. Я вообще на что подписалась?
Глава 22
Глава 22
Как бы то ни было, но время шло, а я так и не попала к цели сегодняшнего посещения библиотеки. Я сжала мешочек-талисман в кулаке, надеясь, что в нужный момент он сработает, и пошла вперёд.
Подходя ближе к запретной секции, я обратила внимание, как вокруг становилось темнее и запущеннее: на книжных полках скопилась пыль, а осветительные кристаллы горели через один.
Здесь было обманчиво пусто, но я прекрасно понимала, что одно не совсем живое, но существо, где-то рядом. И я понятия не имела, как себя с признаком вести, чтобы он согласился меня учить? Попытаться обхитрить? Или просто попросить позаниматься со мной? По-человечески.
Задумчиво я взяла книгу наугад с полки и чихнула от поднявшейся пыли.
— Хоть бы прибрались здесь, что ли! — воскликнула я.
— Возьми тряпку да приберись, если тебе что-то не нравиться, — раздалось откуда-то из-за шкафа. — Меня лично всё устраивает.
— Да я может быть и прибралась бы, — сказала я. — Да кто ж мне позволит? Здесь вообще-то запрещено студентам находиться.
Призрак прошёл сквозь стеллаж и завис передо мной в воздухе.
— Понятия не имею, о чём ты, — бросил он. — Я никому не запрещаю приходить сюда.
— Да-да, только орёте на всех почему-то, пугаете. Из-за вас учебники не выдают, и преподаватели по словесности бегут из Академии.
— Так если это такие преподаватели, которых самих ещё учить и учить надо? Я, можно сказать, благое дело делаю, что таких неучей до работы не допускаю!
— Так-то оно так, только учебный процесс от этого страдает! — заявила я.
— Как будто студентов он волнует, этот учебный процесс, нет лекций и рады.
— Вовсе нет! Мне, например, очень важно изучить предмет словесности, а я даже самостоятельно не могу этим заниматься, потому что вы все здесь оккупировали. Я даже учебник взять не могу.
— Надо же, какое похвальное стремление к знаниям!
— Да, стремление! Вы так говорите, как будто это нечто странное. Студенты до такой степени не любили ваши лекции?
Призрак, услышав эти слова, вдруг надулся, покраснел и улетел куда-то прочь.
Я осеклась. Ну вот, я его обидела, и он теперь на меня разозлился. Молодец, Маришка, нашла общий язык с призраком, договорилась.
Мне стало так обидно, что я почувствовала — ещё немного и расплачусь. В уголках глаз подозрительно защипало. Я опустилась прямо на пол и обняла коленки.
Это всё бесполезно. Всё напрасно. И дара магического у меня никакого нет, хватит уже себя обманывать, сказки не будет. Я попала в волшебный мир и могу только с завистью наблюдать за его чудесами, словно находясь по ту сторону стекла. Сама по себе я пустышка. Я не знаю, кто так пошутил надо мной, притащив сюда, и зачем ему это понадобилось. Посмеяться надо мною, подразнить магией, которая мне неподвластна?
На что я способна, раскладывать товары по полкам и мыть полы в магазине? Этим я могла и дома заниматься, таких вакансий на сайте — пруд пруди.
