... Закончив разговор с Эстер, я привожу себя в порядок и направляюсь в лабораторию. Лаборатория и мастерская располагаются в одном из подвалов огромного герцогского замка, где мне приходится работать до глубокой ночи в полном одиночестве.
Природа наделила меня особым даром - умением тонко чувствовать вкусы и настроения хозяев замка и их друзей. Благодаря этому качеству я быстро вошел в доверие к своим покровителям и стал им необходим.
Вот и сегодня, пользуясь протекцией герцога Пфальцского, я ожидаю приезда очередного состоятельного заказчика из Франкфурта. Есть заказы, есть и прибыль. Мне все равно, за кого и о чем просит герцог. Лишь бы клиенты хорошо платили. Неизвестно, сколько я еще смогу послужить своему покровителю. Католическая инквизиция наступает на пятки, вытесняет протестантов…
... Захожу в мастерскую, сажусь за стол и раскрываю старинную рукопись...
Дверь отворяется, но вместо клиента на пороге появляется сама герцогиня Пфальцская. Поздоровавшись, Елизавета спрашивает:
- Дорогой друг, как идут ваши дела?
- Благодарю вас, как обычно. - Буркаю в ответ.
С некоторых пор наши отношения с Елизаветой стали довольно прохладными. Герцогиня слишком любопытна… Вот и сейчас она крутится вокруг стола и на правах полноправной хозяйки замка, заглядывает в книгу. Посчитав ее поведение не совсем тактичным, захлопываю рукопись и довольно резко говорю даме: «Госпожа герцогиня! Настоятельно прошу вас не мешать!» Елизавета сухо извиняется и уходит. Думаю, что в душе она, все же, побаивается меня. Уж очень загадочной и устрашающей личностью слыву я среди приближенных ее мужа. Они не забывают постоянно сплетничать об этом. Что же, это к лучшему! Пусть боятся!
По всей округе обо мне идет слава, как о хорошем ювелире, приносящем удачу, и ни один человек из непосвященных не знает, откуда идут корни этой славы.
Два раза в неделю, под покровом ночи, используя потайной вход, в лаборатории замка собираются известные герцогу и мне знатные вельможи. Мы проводим долгие часы в беседах о смысле жизни, бытия и сознания, занимаемся опытами и вычислениями, используя сложнейшие таблицы из старинных книг. Все эти вельможи называют себя членами Тайной Ложи, а ко мне обращаются почтительно - Мастер.
Мастер – посвященный третьего градуса. Обладая гипнотическими способностями, передающимися по нашей линии из поколения в поколение, мощнейшей энергетикой, огромной силой духа и рукописью, в которой содержатся древнейшие зашифрованные знания иудеев, я умею превращать невозможные, с точки зрения простого человека, события в совершенно реальные…
... Добавлю несколько слов о том, что герцогиня отлично знает: во многом ее супруг
полностью зависит от меня. На этом основании она и прощает мне все выпады в ее сторону ...
***
Неожиданная волна прохладного воздуха отвлекает от размышлений. Сзади приоткрыли старинный гобелен, скрывающий потайной вход. Я резко поворачиваюсь и машинально трогаю тонкий стилет, спрятанный у запястья. Хоть я и способен на многое, но обычными средствами самозащиты не пренебрегаю.
Передо мной появился мужчина. «Как он оказался здесь?»
Камзол, шляпа… ботфорты и шпоры забрызганы грязью... Наверняка он проделал долгий путь верхом, и явно не для того, чтобы меня убить.
- Кто вы?
- Ваш брат, - мужчина чуть склоняет голову.
У меня нет братьев, но я понимаю, что он хотел сказать. Мужчина слегка отворачивает ворот камзола и, в подтверждении моей догадки, показывает серебряные звезду и месяц на одной цепочке.
- Разумеется, вы - мой брат… Чем я могу служить Тайному Мастеру?
Молодой человек, неожиданно появившийся в лаборатории, присаживается в кресло:
- Вы, конечно, знаете, какие события не так давно произошли в Богемии?
- Конечно, - киваю я. Весьма странной смертью веротерпимого и просвещенного короля Рудольфа закончился «золотой век» нашей любимой Праги – Мекки точных наук и тайных искусств - алхимии, астрологии, нумерологии… Забравший власть выкормыш иезуитов объявил настоящую войну всем инакомыслящим. Многим братьям пришлось бежать или скрываться. Прискорбные события…
- Прискорбные – это полбеды, - горько усмехается мужчина, - скорбь можно пережить. Беда в том, что эти события опасны. Католики набирают силу.
- Но что можно сделать? – недоумеваю я.
- Многое. И многое уже делается. Вам, как посвященному третьей степени, я могу без страха доверить важную тайну: Богемия готова восстать против своего нынешнего правителя.
- И кому достанется корона? Габсбургам?
- Влиятельные и просвещенные люди Богемии предполагают, что корона должна достаться вашему покровителю.
Я быстро прикидываю ситуацию. У герцога прочные семейные связи с протестантами Франции и Нидерландов, к тому же, он родственник английского короля. Этот немаловажный факт придает ему дополнительный вес, как политической фигуре. Несомненно, герцог подходит на роль короля...
Спрашиваю:
- И что должен сделать я?
- Вы имеете некоторое влияние на герцога.
- Да. - Я вынужденно киваю головой.
- Позаботьтесь о том, чтобы он согласился принять корону.- приказывает мой «брат» и встает. - Братство. Верность. Молчание, - произносит он слова из ритуала и исчезает в той же потайной двери за гобеленом...
"Масон является мирным подданным гражданской власти, где бы ни приходилось ему жить и работать, - гласит один из параграфов нашего устава, - он не примет участия ни в каких замыслах против мира и блага народа".
Да-а-а. Наша действительность не лучшим образом отличается от декларации… Пока мир остается несовершенным, у нас будет работа, в том числе и довольно неприятная...
Кстати, герцог давно и настойчиво просит сделать господину из Франкфурта гексаграмму на разрушение. Этот господин член дома Габсбургов и, конечно, их преданный слуга, мешает исполнению его планов. Я, как всегда, к услугам Пфальцского...
***
Наконец, появляется и долгожданный заказчик - граф Виттельсбах. Именно он считается тайным недругом герцога. Внешне этот факт определить невозможно. Соблюдаются все подобающие приличия и показная учтивость. Никоем образом не показывая своего волнения, предлагаю ему варианты дорогого кольца, обговариваю стоимость услуги и приступаю к работе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
