"Да ты-то что, - думал Крут на бегу, - это же не твои дела. Эх, дурья моя башка... упустил парня. И у него тоже дурья башка. Это ж надо - без оружия поперся! А я-то, дурья башка, и внимания на автомат не обратил, когда в землянку заходил. Ну правильно - я же тогда не знал, что он наружу пошел...". Вот так, размышляя о том, чья башка дурнее, Крут с автоматом наперевес выпрыгнул из лабиринта кривунов и во весь дух припустил к Серой Скале.
Тем временем Санька без приключений уже дошел до заброшенного пионерлагеря. Зрелище перед ним открылось, конечно, невеселое; у любого хозяина защемило бы сердце при виде добра, пропадающего без присмотра под открытым небом. Полуразвалившиеся облупленные фанерные бараки с остатками сломанных кроватей и рассохшихся тумбочек, между которыми некогда резвились десятки вихрастых мальчишек и длинноногих девчонок, теперь смотрели в пустоту черными провалами давно разбитых окон. Турники и пирамиды поржавели и теперь возвышались там и сям нелепыми рыжими скелетами неведомых зверей. На огороженных автомобильными шинами клумбах буйно разрослись крапива, лопухи да полынь, а по краям нешироких дорожек, сквозь мелкий зеленовато-серый песок давно пробились аккуратные кустики подорожников и одуванчиков.
Побродив немного среди развалин, Санька вышел к большому, длинному бараку. Судя по ряду деревянных щитов с рисунками поваров, еды и с лозунгами типа: "Мойте руки перед едой!", "Спасибо нашим поварам за то, что вкусно варят нам" и так далее, когда-то это было здание столовой. Обычно кухня располагалась в задней части столовых; и в этом случае так оно и оказалось.
Внутри обширной кухни вокруг стоящих в центре остовов электроплит царил полный разгром - битые чашки, негодная утварь, гнутые и простреленные котлы и сковородки. Порывшись немного среди этого хлама, Санька нашел почти целый алюминиевый бачок литров на двадцать без одной ручки, а также немного погнутые фритюрницы. Вынеся найденную посуду за пределы лагеря, поближе к тропинке, Санька вернулся и, вооружившись подходящей железкой, принялся отковыривать петли с дверных косяков и оконных рам.
Через несколько минут его добыча составила почти десяток пар петель. Сложив их в приготовленный для транспортировки бачок, Санька размышлял, поискать еще что-нибудь или возвращаться обратно, как вдруг явственное ощущение надвигающейся опасности заставило его выпрямиться и прислушаться к пространству.
Кто-то приближался к лагерю по той же тропке, по которой пришел и он сам. Через несколько секунд Санька понял, что это человек, а вскоре и услышал негромкий зов незнакомого голоса: "Санька! Санька!".
Бросив взгляд на лагерные постройки и поколебавшись мгновение, Санька, мягко ступая, бесшумно и быстро побежал в сторону Серой Скалы. У ее подножия лежало несколько поросших мхом валунов; за один из них Санька и залег. Удобно привалившись к прохладному обломку скалы, он осторожно выглянул и замер, слившись с камнем и наблюдая.
И вовремя; из рощицы на дорожку, ведущую к лагерю, вышел сталкер с небольшим рюкзаком за плечами. Санька его узнал - это был горбоносый Крючок. Однако выходить из своего убежища юноше совсем не хотелось. Уж слишком крепко Крючок сжимал автомат, выкликая Саньку; слишком напряжен и в то же время приглушен был его голос; слишком воровато он озирался, слишком... Словом, плохо чувствующий людей человек мог бы, наверное, ничего не заподозрить, но Саньке было совершенно ясно, что эта встреча сулит ему мало хорошего.
Крючок поглядел на подготовленный бачок с барахлом и, перестав кричать, стал методично обыскивать одно строение за другим. Однако он был не настолько невнимателен, чтобы выпускать из поля зрения вход в лагерь. Рано или поздно ему пришлось бы либо окончательно углубиться на территорию комплекса, потеряв из виду вход и, соответственно, скалу, либо... Крючок и сам это понял и теперь, в раздумьях вернувшись к входу, замер над злополучным бачком.
Наконец, приняв решение, чернявый сталкер двинулся к скале, поминутно косясь на пионерлагерь. Эта несобранность была на руку Саньке, потому что дело запахло жареным. Отступать ему в буквальном смысле слова было некуда - позади возвышалась многометровая отвесная стена. Поэтому Санька медленно вытянул нож и стал прикидывать, сможет ли он взять южанина живьем.
Но не успел Крючок пройти и половину дороги по направлению к затаившемуся Саньке, как зычное эхо вдалеке заставило его остановиться. Санька тоже прислушался. "Санька!!!" - раздалось уже значительно ближе через полминуты. Крючок втянул голову в плечи и, пригнувшись, затрусил в лагерь и скрылся среди строений. А через минуту к входу в пионерлагерь, сверкая глазами и воинственно поводя по сторонам автоматом, с топотом выскочил взопревший Крут.
Кинув взгляд на бачок, Крут ринулся было в лагерь, но его остановил Санькин оклик. Развернувшись, Крут зашарил глазами по округе и, заметив машущего рукой напарника, бросился к нему.
- Ты чего здесь лежишь? - еще не успев добежать, закричал Крут. - Ранен? Сильно? Кто напал?
- Да цел я, цел, - принялся отбиваться Санька от чересчур заботливого сталкера, который, бросив автомат, принялся ощупывать его с ног до головы.
Убедившись, что напарник действительно цел и невредим, Крут облегченно выдохнул и принялся костерить парня, на чем свет стоит. При этом выражение "дурья башка" и "чертов молокосос" были самыми безобидными из того немыслимого по своему богатству обзывательно-ругательного лексикона, который Крут несколько минут изливал на Саньку. Тот слушал вполуха, изредка кивая и поддакивая. Он сейчас был занят совсем другим - зорко наблюдая за пионерлагерем, Санька пытался сконцентрироваться и прочувствовать, здесь еще Крючок или уже ушел.
Заметив, что его сентенции не вызывают должной ответной реакции, Крут замолчал и внимательно поглядел на Саньку. Только тут он заметил его напряженное лицо и, проследив за Санькиным взглядом, уже вполне спокойным и деловым тоном спросил:
- Так что тут было?
Санька поднял с земли автомат и вручил его Круту. Теперь он был окончательно уверен, что Крючок далеко. Кратко и без лишних эмоций, что называется, в двух словах, Санька описал события последних минут. Крут слушал мрачно, не перебивая, а когда Санька закончил, отрывисто уточнил некоторые детали.
- Черт побери, что же Крючку от тебя понадобилось? - рассуждал вслух сталкер по дороге назад в Пузыринск. Санька шел впереди, неся на боку бачок с добычей, а Крут, забросив автомат за спину, задумчиво плелся следом. - Ты точно с ним никогда раньше не пересекался?
- Абсолютно. Я первый раз в жизни его увидел, когда он утром сменил меня на вахте.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
