те. И если вам нужна госпожа, то сообщите мне об этом сейчас, потому что мне нужно полчаса, чтобы втиснуться в кожаный корсет.
Они с Ньютом поднимаются по лестнице.
Ньют. Прошу прощения?
Мадам Трейси. Вы пришли за интимным расслаблением и психологической разгрузкой для искушенных господ?
Ньют. Нет! Я хочу вступить в Армию ведьмоловов.
Мадам Трейси. Ох, а ведь мистер Шедвелл меня предупреждал, что к нему должны прийти! То-то он обрадуется! Давненько у него не было гостей. Хотите чаю?
Ньют пока и сам не понимает, во что впутался. Но мадам Трейси уже стучит в дверь комнаты Шедвелла. На двери висит табличка, на которой неразборчивым почерком нацарапано: БРОСЬ НЕЧИСТОМУ ВЫЗОВ!
Дверь открывается, мы видим небритого Шедвелла. Он с подозрением смотрит на пришедших.
Шедвелл. Что?
Мадам Трейси. К вам новобранец, мистер Шедвелл. Вот!
Шедвелл. Прочь, ШЛЮХА! БЛУДНИЦА ВАВИЛОНСКАЯ! ИЕЗАВЕЛЬ!
Мадам Трейси польщена.
Мадам Трейси. О, мистер Шедвелл! Я вам сейчас принесу чаю. (Ньюту.) С молоком и сахаром, милый?
Шедвелл. Он теперь в армии, Иезавель. Он сам себе заварит чай.
231 ИНТ. КВАРТИРА ШЕДВЕЛЛА/КОРИДОР/СПАЛЬНЯ МАДАМ ТРЕЙСИ, ДЕНЬ
Ньют ошеломленно осматривается в квартире. Это настоящий музей Армии ведьмоловов с коллекцией книг; повсюду грязь и беспорядок. Ньют стоит возле старенького чайника на газовой конфорке: собирается делать чай. Шедвелл рассказывает, чайник свистит.
Шедвелл. Добро пожаловать в Армию ведьмоловов, новобранец. С этой минуты ты рядовой Армии ведьмоловов Пульцифер. Раньше мы были могущественны. Раньше мы были сильны. Налей в чай сгущенки, голубчик. И положи…
Пульцифер. Девять кусочков сахару.
Шедвелл. Именно. Мы были на линии огня меж мраком и бедными невеждами, которые не верят в ведьм.
На стене висит мушкетон, которому двести лет: это Громомёт.
Ньют. Так ведь вроде теперь этим занимаются церкви?
Шедвелл. Нет, юноша. Это наше дело. Мы даем отпор мраку. Это война. А знаешь, какое наше главное оружие?
Ньют озирается. Указывает на висящий на стене Громомёт…
Шедвелл. Громомёт младшего капрала Армии ведьмоловов Далримпла по прозвищу «Доберись до них, пока они не добрались до тебя»? Нет, парень. Им уже никто не воспользуется. По крайней мере, в наш век вырожденцев.
Ньют нервно извлекает принесенные с собой ножницы.
Шедвелл. ОТЛИЧНО! Знаешь, зачем они нам?
Ньют делает вялый жест, будто колет ножницами врага.
Шедвелл. Нет, парень.
Он кидает перед Ньютом стопку газет и указывает на приклеенный скотчем к стене пожелтевший листок, на котором написано от руки:
1. Ведьмы.
2. Необъяснимые феномены. Феноматрицы. Феноугрозы. В общем, всякое такое, вы прекрасно знаете, о чем я.
Шедвелл. Мы читаем. И вырезаем.
Камера отъезжает, мы видим квартиру сверху, потом перемещаемся в другой конец коридора, в квартиру мадам Трейси. По коридору идет здоровенный ПОСЕТИТЕЛЬ. Мадам Трейси в спальне кладет на розовую, мягкую как пух кровать огромную черную плетку и розовую ночнушку в оборочках. Звенит ее звонок.
232 ИНТ. КВАРТИРА КРОУЛИ, КАБИНЕТ, ДЕНЬ
Звонит телефон. На столе у Кроули. Мы видим автоответчик. Старенький, возможно, с магнитофонной лентой, но вряд ли такой сохранился до наших дней в рабочем состоянии.
Кроули (ГЗК). Привет, это Энтони Кроули. Вы знаете, что делать. Делайте это стильно.
Азирафель (голос из автоответчика). Алло, Кроули? Эта штука включилась? Это я. У меня пока ничего. Что у тебя? Слушай, мне тут пришла одна мысль…
Рука Кроули хватает телефонную трубку.
Кроули. Что?
Азирафель (доверительно). В общем, я тут подумал… а не было ли другого младенца?
Кроули. Что?!?
233 НАТ. ЛОНДОН, ДЕНЬ
Кроули на бешеной скорости гонит на машине по Лондону. Сидящему рядом с ним Азирафелю это совершенно не нравится.
Азирафель. Я захватил нам кое-что в дорогу. Вдруг проголодаемся.
Кроули не отвечает. Азирафель поворачивается и ставит на заднее сиденье коробку с песочным печеньем.
Азирафель. Ты потерял мальчика…
Кроули…мы потеряли…
Азирафель. В общем, ребенок пропал. Но ты же знаешь…
Кроули…мы знаем…
Азирафель. Сколько ему лет. И дату его рождения. Ему одиннадцать. Должны остаться записи. Всегда есть записи. Все ведут записи. Тебе – ну ладно, нам, – всего лишь нужно их отыскать. Помнишь ту больницу?
Кроули. Тебя послушать, это пара пустяков.
Азирафель. А что же тут сложного? Надеюсь, с ним ничего не стряслось.
Кроули. Стряслось? С ним? С ним ничего не может стрястись! Он сам кого хочешь стрясет!
Азирафель. Значит, нужно лишь найти записи о его рождении. Порыться в больничных документах.
Кроули. И что тогда?
Азирафель. И тогда мы найдем ребенка.
Молчание.
Кроули (многозначительно). И что тогда? (Пауза.) Я так думаю – с дороги, клоун! – твои вряд ли согласятся предоставить мне убежище?
Азирафель. Я тебя хотел спросить о том же… осторожно, пешеход!
Кроули выпускает руль и протестующе взмахивает руками.
Азирафель. Следи за дорогой! Следи за дорогой! Кстати, где та больница?
Кроули. В деревне под Оксфордом! В Тадфилде.
Азирафель. Кроули! Нельзя гонять по центру Лондона со скоростью девяносто миль в час!
Кроули. Почему?
Азирафель. Мы разобьемся насмерть! То есть лишимся физического тела, а не хотелось бы. МУЗЫКА! Поставлю-ка я музыку… (Он роется в компакт-дисках или аудиокассетах под сиденьем.) Что такое Velvet Underground?
Кроули. Тебе не понравится.
Азирафель. А. Бибоп.
Кроули глубоко вздыхает и прибавляет ходу.
234 НАТ. ТАДФИЛД, КАКОЕ-НИБУДЬ МИЛОЕ И ОЧЕНЬ НЕДОРОГОЕ ЗАВЕДЕНИЕ, ДЕНЬ
Из деревенского магазина выходят дети. К ограде привязан песик, Адам отвязывает поводок. Брайан одет в чистую одежду. Он разворачивает мороженое, которое будет есть во время эпизода. Уэнслидейл не ест, а смакует.
Пеппер. До сих пор не верится, что отец разрешил тебе его оставить.
Уэнслидейл. А вот когда я нашел кошку, нам пришлось повесить объявление о том, что мы нашли кошку, и потом вернуть ее хозяевам.
Адам. У меня же день рождения. К тому же он был без ошейника. Мы спрашивали, не терял ли кто собаку. Никто не терял.
У Брайана всё лицо в мороженом.
Брайан. Наша собака меня не любит. Смотрит как на пустое место.
Мороженое падает Брайану на рубашку.
Уэнслидейл. А между прочим, моя двоюродная сестра Шарлотта говорит, что в Америке в магазинах продают тридцать девять сортов мороженого.
СТОП-КАДР на Уэнслидейле
Бог (ГЗК). Уэнслидейла зовут Джереми, но никто его так не называет, даже родители, которые зовут его Малышом.
Фотография семейства Уэнслидейл. И родители, и сын – все на одно лицо. Когда Уэнслидейл вырастет, будет вылитый отец.
Бог (ГЗК). Должность присяжного бухгалтера для Уэнслидейла – лишь вопрос времени.
Пеппер. Не бывает тридцати девяти сортов мороженого. Тридцати девяти сортов мороженого во всем мире не наберется.
СТОП-КАДР на
