начальной стадии постижения языка, по словам Фила.
— Я… — Фил расфокусированным взглядом смотрел в стену. Он не ожидал, что у меня все так запущенно. — Я попробую поговорить с Валерией Владимировной, чтобы тебе изменили программу по этому предмету, такое нельзя наверстать за неделю.
— Спасибо большое, думаю, это мне и нужно.
— Тебе увеличат часы английского в расписании. Придется учиться больше остальных, — он перевел на меня уже собранный пристальный взгляд. — согласна на такое?
Я утвердительно закивала. Еще бы, если мне это поможет понимать все не хуже класса и начать получать хорошие оценки, я готова и не на такое.
— Спасибо тебе, — откидываюсь на спинку кресла, поворачиваясь на нем в сторону Фила. Я слегка наклонила голову и сузила взгляд. С минуту раздумывала: сказать или промолчать о своих мыслях. — а Алиса говорит, что ты бесчувственный.
Что-то я слишком резко сменила тему.
Парень слегка приподнял бровь, улыбаясь моим словам.
— Ну… наверное, она права.
— Я знаю, что она права, — выпрямив спину, я немного приблизилась к нему. — ты мне из вежливости улыбаешься.
Я ждала, что эти слова введут Фила в растерянность. Но уголки его губ не дрогнули. Он не перестал с прежней доброжелательностью смотреть на меня.
— Ты молодец, мы хорошо позанимались и думаю, мне пора.
Можно ли расценить его слова как испуг? На лице и в глазах не было ни намека на подобное чувство. Оно и понятно, вряд ли он покажет то, что хочет скрыть. Попытка проникнуть ему в душу увенчалась столкновением с толстой пятиметровой стеной. Эта его неизменная милая улыбка у меня вызывает лишь больше сомнений в его искренности. Есть ли в этом человеке что-то настоящее?
Глубоко вздохнув, кивнула, благодарно посмотрев на него.
— Ты сильно далеко живешь от моего дома?
— Нет, на следующей улице, там немного пройти.
— Хорошо, тогда…
— Арин, — окрикнул меня с низу голос.
— Это папа… — глаз дернулся и я зажмурилась.
Я не знаю, как он будет реагировать на незваного гостя у себя в доме. Разрешения я так и не спросила. И кто бы подумал, что он так рано вернется…
— Чего ты, я все равно ухожу, — парень свел брови к переносице. Не понял моей реакции.
Мы направились вниз. Сердце гуляло по ребрам, прыгая на косточках, как на батутах.
Уже у лестницы были слышны возмущённые возгласы. Недовольство выражала та самая нахалка, которую вот уж точно никто сюда не приглашал.
— Дима, ты сволочь!
— Прости, дорогуша, я тут пытаюсь менять образ жизни, ты сейчас не кстати. — настойчиво выпроваживал ее за дверь отец. — Я позвоню.
— Ты в прошлый раз тоже самое говорил…
— На этот раз не забуду, Саш, проводи девушку.
— Я Татьяна.
— Да помню я как тебя зовут.
Когда Александр, стоящий все это время неподалеку увел девушку за дверь, Дмитрий повернулся и увидел меня и моего гостя. Желанного, к слову.
— Добрый вечер, — поприветствовал отца Фил.
— Добрый, — нахмурился папа, посмотрев на молодого человека и перевел вопросительный взгляд на меня.
— Это мой друг, Филипп, он помогал мне с учебой и он уже уходит. — быстро проговорила я
— Да вы что, как-то не гостеприимно, — наткнувшись на мой саркастичный взгляд, напоминающий о том, что буквально только что он грубо выпроводил свою знакомую, отец улыбнулся, указав большим пальцем на дверь сзади себя. — я ее вообще не помню, о чем мне с ней говорить? Ходит какая-то тетка у меня в доме, их только Марго запоминает.
Из кухни появляется Маргарита. Оглядев обстановку, она сложила ладони вместе и улыбнулась.
— Чай, кофе?
— Да, Фил, проходи, чего это дочь моя так тебя гонит? — насмешливо произнес отец, направляясь мимо нас на кухню.
— Не гоню я… — пробурчала себе под нос.
— Мне, правда, пора, приятно было познакомиться.
Уже у ворот я остановила его, несмело взяв за руку. Она у меня сильно дрожала, не привыкла я к общению с парнями и когда вспоминала об этом, отчего-то становилось страшно. Я сжала его кисть, чтобы он этого не заметил.
Он остановился и обернулся ко мне. Я прошла за дверь, прикрывая ее за собой.
— Ты прости за то, что я тебе тогда сказала про улыбку из вежливости, не хотела…
— Не думай об этом, все нормально, теперь я в курсе твоей проницательности.
— Значит я все-таки права.
— До завтра.
— Постой, — я снова схватила его ладонь, пытаясь удержать. — ты же не бросишь меня с учебой? Ты очень мне сегодня помог, но там столько еще не понятного…
— Конечно я тебя с этим всем не брошу, обязательно поговорим об этом завтра.
Возвращалась домой в смешанных чувствах. Кажется ему стало некомфортно в моем обществе. Никак он это не проявил, но его спешка была подозрительной. Я все же точно сделала что-то не так…
— Арин, собирайся, — сказал отец, сбега по лестнице на первый этаж с папкой каких-то документов. — мы едем к Светлане Викторовне, Вася посоветовал отличного психолога, она хочет познакомиться с тобой. На обратном пути заедем в ресторан.
Теперь понятно почему он освободился раньше времени и попросил Маргариту не готовить ничего на ужин.
— Какой психолог? Я не хочу не с кем говорить.
— Ариш, мы это уже обсуждали, сейчас ментальное здоровье дорогого стоит, как в материальном, так и в духовном смысле.
С каждым шагом, приближаясь к своему дому, ноги тяжелели, будто постепенно обращаясь в камень.
Вот и знакомые кованные кружева забора, каменная тропинка, ведущая к входу, пустой засушенный сад и сам дом, построенный из черного кирпича, с широкой мансардой и балконом над ней.
Казалось, этот дом не трогало солнце. Его вечерние лучи святили ярко, но стоило посмотреть на темный коттедж и начинает казаться, что эта вечно холодна глыба, больше напоминает тень, которую никогда не коснется горячая звезда.
Дом всегда казался ему отчужденным от всех других домов этого сектора, уродливым, несмотря на его очевидную наружную красоту. Он видел его содержимое.
Дверь открыл солидный мужчина сорока лет в строгой официальной форме.
— Привет, Серёж, — бесцветно произнес парень, проходя в дом.
Первое, что важно было отметить молодому человеку — наличие звуков. И они были. В глубине дома разгорался скандал. Слышался мужской и женский голос. Они громко выясняли отношения. Причина больше не имела значения и уже мало кого интересовала. Важно теперь то, насколько громкий процесс и как долго он длится.
— Тебя не было два дня, — вздохнул дворецкий, закрывая дверь.
С некоторых пор замечал отсутствие этого члена семьи только Сергей.
— Ты часы тоже считаешь? Может скажешь какое количество времени меня не должно быть дома, чтобы я укладывался
