– Это не игра, – услышал он словно изнутри. Опасность реального боя пронзила остро, обжигающе. Что же это? Догадки, одна нереальнее другой, закрутились в голове.
Некогда раздумывать. Он увидел перед собой оскаленное, залитое кровью лицо. Жизнь или смерть. Ушел вниз от удара меча. Глубинное, древнее чувство звериной силы, что он всегда старался сдерживать во время своих представлений, взорвалось вулканом, вырвалось изнутри. Шаг в сторону и мгновенный уклон он сделал, подчиняясь молниеносной вспышке ощущения опасности, не успевая понять и обдумать, что происходит, словно действовал кто-то другой, не он, а тот, внутри его, более быстрый, более ловкий, более сильный, тот, кто в нем спал. Удар меча прошел слева, слегка задев, но не поранив плечо. Мгновения, сравнимого разве что с далеким отблеском молнии проходящей грозы, хватило, чтобы скрестить свой клинок с оружием противника. Сталь высекла искры. Прямой рубящий удар сверху, блок с уходом в сторону, широкий круговой удар по ногам чуть выше колен. Противник повержен. Коротким, едва заметным движением кисти повернул лезвие, отражая удар второго нападающего. Тот выронил меч и отскочил.
Ничего себе игрушки! Вот это встрял! Где Пашка? Все нормально! Молодец! Крутит мечом. Не ожидал. Впереди Сильгур скрестил клинок с топором. Обладатель топора здоровенный, долговязый. Борода всклокочена, черные волосы дыбом.
Хрясь! – удар меча по щиту.
Вам! – ответный удар топора. Ближайшие воины остановились, наблюдая за схваткой. Никто не вмешивался. Образовали круг. Но за кругом битва продолжалась с нарастающим ожесточением.
Бам! Хрясь! Никто не уступал. Неплохо. Но есть погрешности. Александр взглядом профессионала оценивал поединщиков. Топор скользнул по щиту, задел плечо. Но там латы железные. Только покачнулся Сильгур. Ответил горизонтальным ударом на уровне пояса. По щиту попал. В круге начали реветь, голосить, заводиться. Задние напирали. Передние заколыхались.
– Бей сайгаратов! – послышались вопли.
– Порвем арануков! – раздалось в ответ.
Бам! Хрясь! – продолжался поединок.
Сильгур весь извернулся змеей, скользнул под топор, ушел вниз.
– Мой прием использует! – отметил Александр. – Быстро же он учится!
– Ха! – долговязый, коротко вскрикнув, согнулся пополам.
– Пробил! – не без удовольствия хмыкнул Александр. – Моим приемом завалил!
Меч Сильгура обрушился на шею противника. Голова покатилась по траве. Тело мешком рухнуло на землю.
– Харра! – пронесся восторженный рев.
Вождь гордо поднял окровавленный меч. Пнул голову.
– Ахара убит! – пронесся над полем многоголосый вопль. – Наша взяла! Вали сайгаратов!
Часть круга отпрянула назад, рассыпалась, побежала. Медленно, вначале как бы нехотя, подалась назад половина воинства на поле, заколыхалась и хлынула к лесу в беспорядочном отступлении, преследуемая победителями. Поле опустело. Только неподвижные тела темнели в примятой траве. Изредка стонали раненые, да каркало воронье, кружась в небе. Со стороны далекого леса волнами доносился гул, напоминающий морской прибой. Там победители добивали побежденных. Подул ветер, сырой, душный, с запахом крови и пота.
Александр подошел к Паше, неподвижно стоявшему чуть поодаль. Тот посмотрел на друга мутным взглядом, наклонился, подобрал оброненный кем-то в битве шлем и напялил себе на голову.
– У тебя кровь на щеке, – заметил Александр. – На руках тоже.
– Не моя, – Куроедов скривился в подобии улыбки. – Я не хотел. Не виноват я. Он сам нарвался. А что мне делать-то было? Я или он. У тебя, кстати, на клинке тоже не томатный сок. Что за бред! Куда мы попали?
– «Не виновата я, он сам пришел», – усмехнулся Александр. – Туда мы попали Паша. Туда, куда ты уже подумал.
– Ты это серьезно?
– Вполне. У меня нет других объяснений всему этому.
– Но этого быть не может! И что дальше? Что делать будем?
– Пока ничего, – пожал плечами Александр. – Надо оценить обстановку. Понять, где мы. В каком времени. Как далеко нас закинуло и каким способом. Если есть вход, значит, существует выход. Правда, есть еще вариант, что это какой-то заброшенный уголок, если так можно сказать, среди современного мира. Но в наш век спутников, считывающих информацию с каждого метра земли, это крайне маловероятно. Так что мы где-то там, в глубине веков, если не тысячелетий.
– Бред! – всплеснул руками Паша. – Ты так спокойно об этом говоришь.
– Спокойствие! Только спокойствие, как говорит Карлссон, который живет на крыше. Смотри! – Александр показал рукой за спину Куроедова.
Паша оглянулся и увидел с десяток всадников. Они быстро приближались. Передовой осадил коня. Тот вздыбился, роняя хлопья пены.
– Кто вы? – прозвучал вопрос.
– Доблестные воины Сильгура, – гордо ответил Александр.
– А где он сам?
– Там, – Александр махнул рукой в сторону леса. – Добивает презренных сайгаратов.
– Разбили собак! – радостно заорал всадник.
– Разбили! Разбили! – загалдели остальные.
– Замочили! – согласно кивнул головой Александр.
– Вперед! – всадник махнул рукой в сторону леса. Остальные последовали за ним.
– Может, исчезнем отсюда, пока не поздно? – предложил Паша, проводив взглядом конников.
– Куда? Ты знаешь?
– Куда угодно! Не нравится мне тут.
– Что, непривычно? Сейчас бы ванну принять, выпить чашечку кофе.
– Издеваешься, – Паша повертел в руках клинок. – Пойду ножны поищу, а то несподручно таскать. Порезаться можно.
– Давай, – согласно кивнул головой Александр. – Эта штука тебе еще здесь пригодится. Возможно, не раз.
Паша воткнул меч в землю и побрел по полю среди неподвижных тел. Искал недолго. Через пару десятков шагов остановился, наклонился над мертвецом, устремившим остекленевший взор в небо. Перевернул тело. Распутал кожаный ремешок и нацепил трофей себе на спину. Вернулся, вытер меч о траву и вложил в ножны.
– Как я выгляжу? – спросил.
– Отморозок, – констатировал Александр. – С мертвого снял.
– А сам-то, – усмехнулся Паша, наблюдая, как Александр заталкивает меч в ножны, добытые у другого мертвеца.
– Да, я отморозок, – спокойно сказал Александр. – Я всегда это знал про себя. Но от тебя не ожидал. Зверье какое-то.
– Назад скачут, – негромко произнес Паша, глядя в сторону леса.
– Похоже, Сильгур, – Александр прищурил глаза, внимательно всматриваясь в сторону конников. – Точно. Он впереди.
Сильгур на полном скаку осадил коня.
– Лекса! – крикнул он. – Изволь принять подарок!
Горячий вороной жеребец бил копытом землю, косил черным глазом, пританцовывал.
– А этот красавец для тебя, – Сильгур бросил Паше поводья. Тот машинально ухватился за кожаный ремень. Серый, в яблоках жеребец шарахнулся в сторону и громко заржал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
