К своему удивлению, приняв ванну с парой кило солей, я почувствовала себя вовсе не сельдью пряного посола, а обновленным человеком, полным сил.
Ксандра тактично ушла выгуливать Линкса, пока я отмокала и просаливалась. А придя, удовлетворенно заметила:
— Вот теперь ты не похожа на белку, которую отвлекли от беготни по колесу. Твой Трапери еще пожалеет, что про «лишние надежды» тебе сморозил. Как бы сам надеяться не начал!
При напоминании о ректоре, я слегка сникла. Завтра с самого утра меня отвезут к портнихе, потом — к стилистке. А дальше перенаправят в родовой замок Трапери, где состоится торжественный вечер, на котором объявят о нашей помолвке. И радости это не внушало совсем.
Холодный, черствый, непонятный и возможно, виновный.
Разве о таком женихе мечтают девушки?
ГЛАВА 20. Даниэль. Помолвка
«Это не свадьба, это — почти ничего не значит!» — мысль успокаивающая, но не то чтобы очень надолго.
Даниэль стоял у зеркала, пытаясь повязать галстук. Сегодня ему хотелось создать какой–то особенный узел. Не то чтобы петлю на шее затянуть, но что–то в этом есть.
Из всех потенциальных невест для него выбрали самую раздражающую. Кажется, Фурт Дарамел его недолюбливает, несмотря на все уверения в дружбе между ним и отцом.
Трапери замер, вспоминая свои впечатления от первого знакомства. Верея Оллистер. Симпатичная блондинка. Внешность кукольная, как и мозги. Надо было додуматься прийти на экзамен и заявить, что у нее обязательно должны найтись какие–то способности.
Для него, Даниэля, магия всегда шла через труд и дисциплину. И при этом, он–то родился с явно предопределенным даром. Еще до того, как крылья начали пробиваться, родители понимали, что их старший сын — сильный темный маг. С самого малолетства его обучением занимались, не давая расслабиться больше, чем на час.
Кем надо быть, чтобы воспринимать управление Стихией как баловство? Ответ прост: Вереей Оллистер!
Вытащить играючи непойми откуда рыжего хвостатого хорька. Очаровать Роканара. Хотя, его и очаровывать особенно не надо, Тимусу лишь бы разбавить свой курс парой девичьих мордашек, чтобы комитет по этике не придрался и не обвинил в предвзятости по признаку пола.
Нет, как ректору, ему тоже выгодно обойтись без скандалов, поэтому он и согласился зачислить на обучение эфирной магии пустышку, которая только и способна, что проявлять спонтанные вспышки стихийности. Их называют «всполохами».
Снежный голем, впрочем, его впечатлил. Сляпано грубовато, но чувствуется потенциал. Он тогда подумал, что не такая уж она и пустышка. И если ей заняться, вполне выйдет толк.
Сглазил! Теперь у него куча возможностей заниматься этой «всполохнутой», да еще фамилию свою дать придется.
Вначале Дарамел сказал, что рассматривается три кандидатуры, две из них обучаются на одном курсе. Основные ставки делались сперва на Аурику, благородную эльфийку. Вроде как, там легко было договориться с родителями — в семье подрастал еще один ребенок, сын. И амбициозный отец желал видеть его в будущем в Академии, и не где–нибудь, а там же, где и дочурку. Но с этим была проблема: мальчик проявлял явные признаки «природника», и с эфирщиком его можно было спутать разве что в первом приближении. Папочка же и слышать не хотел, чтобы наследник нашел себя в беседах с животными и растениями.
Министр подбирал ключик к семье и был настолько уверен в результате, что имена двух остальных девушек даже не озвучивал. Поэтому Даниэль был шокирован, услышав, кто ему предназначен.
Дарамел заявил потом, что на эльфийку другие планы и на некоторые условия он пойти не может. А вот с Оллистерами все замечательно срослось, даже лучше, чем ожидалось.
Даниэля в этой ситуации бесило все. Его невозможность повлиять на ход событий, если он собирается оставаться на свободе и при этом быть ректором Академии. Необходимость связывать себя брачными обязательствами, которые не нарушить. Клятвы у алтаря приносятся не просто так.
И более всего — сама невеста. Он и сам не мог объяснить, почему. Ведь и способности у нее проявляться начали, значит, не так уж случайно в эфирщики попала. Возможно, все дело в ее редком таланте встревать в неприятности. Этому очень содействует нелепый рыжий питомец.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Хотелось поставить ее на место, показать, насколько это трудно — быть истинным магом. А еще она его явно боялась, и это тоже отчего–то злило.
Словом, Даниэль сам не вполне себя понимал. И это тоже раздражало. Он привык все раскладывать по полочкам, систематизировать. А Верея Оллистер ни на одной полочке не помещалась.
Трапери поморщился. Слишком затянул галстук. Будто и впрямь удавиться хотел.
Придирчиво оглядел себя. Выглядит нормально, как и подобает по случаю торжественного семейного события. Согласно традиции, они с будущей невестой не должны появляться на званом вечере, пока их не объявят. Спектакль, да и только.
Поэтому придется подождать. Даниэль присел в кресло, взял со стола книгу, которую не успел дочитать в прошлый раз. «Элементарная магия. Истоки стихий». Интересный труд. Что особенно ценно, его автор — прадед, тоже Даниэль Трапери. Великий маг–ученый. За свою долгую жизнь написал около двух сотен книг, многие стали пособиями, по которым учатся студенты Академии, и не только той, в которой ректорствует правнук.
Зачитавшись, не сразу услышал стук в дверь, отреагировал только, когда его уже звать начали:
— Господин Даниэль! Ваш выход.
Точно как на сцену. Или арену цирковую. С легким сожалением отложил книгу, еще раз глянул в зеркало — все в порядке. Можно идти в бальный зал. Он занимал весь соседний корпус замка. Нужно по лестнице спуститься, затем по переходу. Долететь проще, но погода сегодня не очень. Как и все последние пять месяцев.
На подходе к залу услышал музыку и аплодисменты. А также голос министра Стихий Фурта Дарамела
— Я очень польщен, что глава этого дома пригласил меня на столь важное событие в жизни своей семьи. И предоставил слово. Но главный герой сегодня не я. Их двое и они вот–вот здесь появятся.
Точно, «невесту» заведут с улицы, с другого входа. Они красиво войдут с противоположных сторон. Вот бы потом так же разойтись.
Свет ударил по глазам. Головы присутствующих повернулись в его сторону.
— Вот и мой старший сын, Даниэль! — в голосе отца неожиданная теплота. Интересно, он знает, что помолвка фиктивная? Ведь они даже это не обсуждали.
— И позвольте представить его невесту, Верею Оллистер!
Между ними была даже не арка, целый коридор из сплетенных верхушками растений. Цветочки, порхающие бабочки… хороша помолвка темного! Правда, бабочки особые. Половина — с черными крыльями, другая, — со светящимися белыми.
А на противоположном конце — она. Даниэль не сразу ее узнал. Как все же девушку меняет платье. Верея была даже красивее, чем на новогоднем балу. Чтож. ее внешность он оценивал без предвзятости.
Волосы убраны в высокую прическу, несколько прядей выбиваются, но это придает ей очарование. Понятно, что такого эффекта парикмахеру удалось достичь не за пять минут.
Платье небесно–голубого цвета идеально подходит к ее глазам. Открывает идеальную, нежную линию плеч. Подчеркивает стройную фигуру.
Даниэль не был силен в описании женской красоты. Но стоит признать, по внешним параметрам невеста устроит любого.
Как предписывали правила, пошел ей навстречу, принял протянутую для поцелуя руку. Слегка поклонился и увлек за собой, провел сквозь арку. Бабочки вихрились вокруг, от их крыльев шел легкий звон.
Даниэль и Верея поднялись на небольшую площадку, чуть возвышавшуюся над остальным пространством.
Трапери повернулся к девушке лицом и почти бесстрастно сказал:
— Верея Оллистер, окажите мне честь, разрешите назвать вас своей невестой. И да будет союз одобрен обоими нашими домами и направлен на их процветание.
Стандартная процедура, но девчонка словно испугалась. Вздрогнула, взгляд ее стал на несколько секунд потерянным и беззащитным. Но она быстро пришла в себя. Подняла на него глаза и ответила то, что приличествовало моменту:
