— Мне это не нужно. Я вас даже не знаю. До свидания.
Кладу телефон на стол, но мыслями еще в разговоре. Им очень важно подцепить меня на крючок… Почему? Чем так важно, чтобы я сливала на Давыдова? Неужели даже покушение не помогло? Или эти события не связаны друг с другом?
Да, Давыдов говорил, что личный помощник имеет все пропуски на руках, информацию о хозяине и доступ к телу. Но мне кажется, дело в чем-то еще. Слишком старательно меня стараются «прикормить». Из кожи вон лезут. Шефу я не расскажу об этом — не первая попытка, но мне интересна причина.
Вспоминаю преподавательницу, которая и «сосватала» меня на работу к Давыдову. Позвонить ей, еще раз расспросить об Олеге? Вряд ли это имеет смысл. Все, что она знала, рассказала в прошлый раз.
Вместо этого вспоминаю девушек, которые работали на Олега на меня.
Они расскажут намного больше.
Связаться с ними? Я сомневаюсь. Если постараюсь, то найду их, только станут ли со мной говорить? И не покажется ли Олегу ненужной такая инициатива, если узнает о моем звонке?
В конце концов, мне на него работать. Я всю жизнь пустила под откос ради этого места, и должна знать, что меня там ожидает.
Начинаю с сайта и соцсетей.
Чем хороша современность — почти всех можно найти в интернете. Вычисляю по публикациям несколько имен бывших помощниц Давыдова, а дальше дело техники и терпения.
Какие вопросы о нем задать, знаю: что он за человек, насколько требовательный, сколько проблем его окружает? Почему уходили остальные сотрудницы?
Он упоминал, что моих предшественниц запугивали, перекупали. Захотят ли они ответить? И не расскажут ли всем вокруг, что я проявляю любопытство?
Первой нахожу помощницу, которая работала на него еще полтора года назад. Это женщина лет тридцати. Судя по фото — счастливо проводит время в декрете с малышом. Оставляю ее на потом и ищу дальше. Полтора года — слишком давно. С трудом отыскиваю в соцсетях девушку, что работала до меня. И скандал полугодовой давности тоже застала.
Любовь Соколова.
Нахожу ее с трудом — за это время она успела выйти замуж и поменять фамилию… Рассматриваю фото. Красивая девушка, которая знает себе цену.
Сомневаюсь, но пишу: «Мы не знакомы, но знаю, что вы работали на Олега Давыдова. Хочу поговорить о нем, вы ответите на несколько вопросов?".
Глава 15
«Кто вы?»
Ответ пришел через полчаса. Я углубилась в изучение структуры компании, отвлеклась, и не сразу поняла, о чем речь.
Это же бывшая помощница Давыдова.
«Меня зовут Камилла Андреева. Я его помощница. Хотела поговорить об условиях работы, и почему вы ушли».
Долгая пауза и осторожный ответ:
«На сайте вас нет и еще открыта вакансия».
«Я только пришла, — вынуждена я признаться. — Только один день выходила на работу. Мне начали вставлять палки в колеса все сотрудники, начиная с Натальи из маркетингового отдела и заканчивая Анжеликой Анатольевной».
Выдыхаю. Вроде и проблему описала и ввернула знакомые имена, чтобы девушка не сомневалась, и не подставляю Давыдова. А только хочу узнать обстановку на работе.
Ответ прилетает мгновенно. В сообщении куча смеющихся смайликов и номер телефона. «Узнаю этот паучатник, позвоните мне, если хотите».
Девушка, видно, не любит переписываться.
Делаю себе чай с жасмином, и набираю номер. Немного нервничаю.
— Алло, — у девушки очень мелодичный, красивый голос. — Вы Камилла?
— Да, — смущаюсь я. — Приятно познакомиться.
— О чем ты хотела узнать? О Давыдове? — в голосе смешинка, словно говорить про бывшего босса забавляет ее. — Не женат. Не пристает. О-очень требовательный! Если хорошо зарекомендуешь себя, даст премию. По деньгам условия хорошие. В остальном каторга, а не работа.
— В каком смысле?
— Очень много интриг. Конкуренции. Все друг друга ненавидят, так что никому не верь… Там большие деньги крутятся.
Напоминаю себе, что Давыдов говорил о моих предшественницах: их подкупали, запугивали, собирали на них компроматы. Так что и ей верить не стоит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А ты почему ушла? — делаю глоток жасминового чая.
Вкус успокаивает. Словно болтаешь с подружкой за чаепитием.
— Деньги теряют свою привлекательность, когда вечером по сторонам оглядываешься, — смеется она. — Нашла место поспокойнее и замуж вышла. Мне присылали угрозы. Там много чего было…
— Например? — затаиваю я дыхание. — Хочу знать, к чему готовиться.
— Ну ладно. На меня собрали все, что было можно, вплоть до цвета трусов, которые я ношу, и вывалили в сеть. Все, что было. Очень личные фото тоже, — голос становится ломким от обиды. — Расстроили мне свадьбу, перед знакомыми опозорили. А когда попыталась устроиться в другое место, срывали собеседования своими компроматами. Хорошую работу не смогла найти.
— Что они хотели? — бормочу я, пораженная масштабами мести.
— Чтобы жучок поставила в офис, — усмехается она. — Легла с боссом, и кое-что выведала. А у меня жених был, я не такая. Думаешь, это все? Даже не половина.
— Кто это был? — напрягаюсь я.
— Не знаю. Звонили по телефону с требованиями. Разные люди. Сначала просто их посылала и блокировала. Потом они начали мстить. Много нервов испортили. Залезли ко мне домой, бросили на стол убитую кошку.
— Ты шутишь? — морщусь я.
— Абсолютно серьезно. Мне пришлось уйти. После отказа работать мне там не дали, — она сглатывает. — А после увольнения начали мстить. Оставили в покое только после того, как уехала в другой город. Уже полгода, как тихо. Так что осторожнее там, — она усмехается, — сестра по несчастью. Тебе еще не звонили?
— Звонили, — растерянно выдыхаю я.
— Ну, держись, — вздыхает она.
— А Давыдову ты об этом не рассказывала?
— А что он сделает? Конечно, я рассказала. Мне поменяли квартиру, дали личного водителя, охранника. Но работать так невозможно, постоянно ждешь удар. Я ушла. Не выдержала.
Олег предупреждал. Только сгладил, чтобы не пугать.
И квартира… Сразу сказал, что я буду жить в его ЖК на закрытой территории, теперь понятно почему!
— Там со всеми так? Или преследуют только помощников Давыдова?
— Не знаю. Думаешь там делятся планами? Все улыбаются в лицо, а за спиной держат нож. Никому не верь. У меня уже все хорошо, даже рада, что так сложилось. Познакомилась с прекрасным человеком, вышла замуж, работу нашла. Только из Москвы пришлось уехать.
— А про Эмиля Каца вы что-то знаете? — вспоминаю я одиозную личность.
— Нет, кто это?
— Один из его знакомых.
— Когда я работала на Давыдова, такого в ближнем круге не было.
— Спасибо, — бормочу я.
— Если что, звони, — смеется она, но в голосе еще чувствуется боль.
Может, у нее и все отлично, но работа с Давыдовым далась Любе с большими потерями.
Отключаю телефон. Жасминовый чай уже не радует.
Остальных девушек можно не искать. Все понятно. Люди, которые достают меня звонками, знают, что делать. Собирают информацию, запугивают моих знакомых, меня. Хорошо, что я в другом городе и в офисе появилась лишь раз. Иначе меня бы уже взяли в оборот пожестче.
Да, здесь не экономист нужен, а психолог. Только не корпоративный, а кто-то посерьезнее, чтобы разобраться. За рамки корпоративных разборок это давно вышло.
Отлично, что у меня нет компрометирующих фото, скелетов в шкафу, а Давыдов позаботится о безопасности. Я рада, что отыскала бывшую помощницу. Предупреждена, значит, вооружена.
С удивлением отмечаю, что не испытываю страха. Оцениваю опасность, думаю, что предпринять, но не боюсь их. Дохлые кошки меня не пугают, на большее они вряд ли решатся.
Нужно решить, что делать, если они позвонят еще раз. Рискнуть и заблокировать их, как Люба или продолжить игру, уже свою.
Чего от них ждать, знаю.
Им нечем мне угрожать.
Пожалуй, не буду реагировать или начну тянуть время. У меня хватает и других забот.
На следующее утро мы с мамой пересекаемся на кухне. Я пью горячий кофе, прикидывая — сегодня, в понедельник, будет работа или нет. И мысли об Игоре не дают покоя. Я ушла практически в чем была, с легкой сумкой, а сейчас не хватает ноутбука, тех же ежедневников и банального белья. А пересекаться с Игорем после стычки возле детского сада ужасно не хочется.
