и подберу на своем внедорожнике.
Иса поправил Дэну сверкающий на полуденном солнце металлический шлем, похлопал парня по плечу, и огромный черный мотоцикл, взревев, как разъяренный зверь, помчался к воротам клиники.
Амин издали узнал орхидею в руках девушки и услышал Дэна:
– Ты же знаешь, что сестра хотела уберечь тебя, Амин. Где тут грех? Спаси её.
После утренней смены в клинике, Нади должна была подъехать в интернат для подростков в соседней деревне, а по дороге заскочить домой, для чего, как обычно, вызвала служебное такси, которое вот-вот должно было подъехать. Но, как только вышла из ворот, откуда-то появился страшный, ослепляющий даже в полдень горящими огнями мотоцикл, с рёвом и гарью, он вздыбился в сантиметре от неё.
– Беги назад, я тебя прикрою, и предупреди об опасности Самиру! – услышала сквозь грохот Нади.
Девушку обдало жаром от разогретого мотора железного чудовища.
Испугавшись, она закричала, не удержалась на ногах, упала. Откуда-то появился автомобиль, тендер, из которого в сторону Нади несколько раз выстрелили. Пули задели крылья, вставшего на дыбы байка, и рикошетом угодили в керамический горшок с орхидеей. Цветок взорвался и осыпал глиняными осколками и кусками горящей земли лицо побледневшей от ужаса Нади.
На шум и выстрелы отреагировала охрана больницы, к девушке поспешили вооруженные люди в форме службы безопасности, но чёрный байк и тендер с замазанными номерами умчались в разные стороны.
Дэн остановил мотоцикл на ближайшей заправке, с облегчением сорвал с себя, как чужую маску, металлический шлем и повязал на голову припрятанный под футболкой платок Самиры. Снял тяжёлый дерматиновый комбинезон, высокие байкерские сапоги и, оставшись в лёгком спортивном костюме, босиком отправился в сторону моря. Дюны обжигали ступни разогретым за день песком. Парень с разбегу бросился в спасительную воду, окунулся, вынырнул и поплыл по золотистой дорожке к заходящему солнцу.
– Эй приятель, нужна помощь? – окликнули его с большой белой доски с парусом для серфинга. Далековато забрался!
Но Дэн отрицательно помотал головой и повернул к берегу. Неподалёку, ревя мотором, в его сторону уже мчался внедорожник Исы:
– Ты сбил её? Она мертва? Можешь подтвердить, что мы не ошиблись?
Дэн снял с себя платок с вышитыми инициалами Самиры, протянул Исе:
– Это было на сестре.
– Отлично, теперь никто не помешает выполнить главную миссию.
– Амин, пора тебе познакомиться с нашими друзьями. И взгляни на подарок. Иса открыл большую картонную коробку. Вытащил длинный мужской халат, куфию и обруч на голову:
– Вижу, что уже чистый, вымылся, так что одевайся. Подходящая обувь во второй коробке. На заднем сидении пакеты с конфетами. Мы должны раздать сладости в деревне всем желающим, так покажем свою радость и преданность вере. Едем в дом шейха Абдулы, там уже накрыты столы.
Абдул, в торжественном чёрном одеянии встретил их в воротах своего дома. Двумя руками пожал правую Дэна, внимательно посмотрел парню в глаза:
– Ты принёс радость, брат. Проходи, будь как дома.
Мужчины сняли обувь, опустились на колени и возвели руки к небу, покачиваясь сверху вниз в совместной молитве. Их лица напомнили ди-джею отрешённое психоделическое состояние зрителей во время фестивалей транса. После намаза гостей провели в большой сад, к накрытым столам. Шейх поздравил присутствующих с освобождением от скверны во имя великого дела.
Ближе к входным дверям отдельно сидели женщины, они громко улюлюкали. Одну из них, санитарку Фатиму из приёмного отделения, Ди узнал.
«Так вот он, тайный осведомитель Исы».
«Как можно радоваться смерти, насилию? Что это за вера, когда убийство превращается в праздник?»– спросил Дэн у Амина.
«По мнению собравшихся, это высшая, чистая любовь к создателю, очищение от греха, ведущее к вратам рая. Это не вера, а фанатизм, жертвоприношение во имя проповедуемой идеи. На самом же деле – неспособность любить ближнего, объединение в ненависти. Фанатиком можно стать, прикрываясь любой религией, которую считаешь единственно верной. В затуманенном догмами сознании плоский до примитивности мир раскалывается на правых и неправых, на чужих и своих», – ответил Дэну Амин.
«Вместо любви здесь жестокость и братоубийство. Спасибо, тебе, Амин, за спасение Самиры. Я рад, что ты понял меня, вместе мы найдём выход из тупика. И да поможет любовь, музыка и неумирающий Бетховен!»
Дэн прикрыл глаза и услышал торжественный ритм «Оды к радости». На фоне хаоса холодных металлических звуков выстроился чёткий пульс восходящей к небу волнующей мелодии любви, избавляющей сердца от ненависти и страданий. Музыкант представил долгожданный финал и улыбнулся.
– Фатима, подойди! – Иса подозвал женщину из больницы к шейху.
Они зашептались, после чего механик вернулся к Дэну:
– В клинике в последнее время «крутится» офицер «Шабака», будь осторожен, возможна слежка. На время притихнем, ты займись организацией фестиваля, а мы подготовим байк и сюрприз для неверных. Сейчас переоденься, едем в гараж, а оттуда возвращайся к себе.
Глава 10. На другой стороне.
Эли, офицер службы безопасности был знаком с интерном Михаэлем со времён срочной службы. Тогда ещё младший сержант, будущий психиатр, вместе с другими солдатами проходил инструктаж офицера-психолога службы безопасности Эли по выявлению из толпы потенциальных террористов. Капрал Миха запомнился особой смекалкой и наблюдательностью. На одном из контрольно-пропускных пунктах он обратил внимание на группу «паломников» из Вифлеема. Миху смутили два факта. Первый – слишком бледные, свежевыбритые лица загорелых туристов. И второе – странные потёртости над бровями мужчин, еле заметные мозоли на смуглых лбах. «Следы на лицах туристов характерны для фанатиков, рьяно бьющих поклоны об пол во время намаза», – доложил командиру сержант. Разрешите провести задержание».
«Паломников» блокировали и, оказалось, не зря. Благодаря наблюдательности солдата удалось предотвратить крупный теракт и спасти жизни мирных жителей.
Эли заинтересовал рассказ интерна о Камиле и Самире. Необходимо было проверить информацию психиатра и, попытаться выйти на бандитскую группировку и сорвать их преступные планы. Эли давно подбирался к так называемому шейху Абдуле.
Последние события со стрельбой у ворот психиатрической клиники, показания Михаэля и проверка телефона доктора Камила с записью разговора с Исой, явно наводили на размышления. В то же время шабаковец понимал, что Абдулу надо брать на горячем, слишком часто ему удавалась выходить из самых сложных ситуаций. Эли предполагал, что шейх Абдул – одно из многих щупальцев мощной террористической организации, которая, если не действовать осторожно, может унести сотни жизней.
– Капрал, не надо афишировать заинтересованность службы безопасности делами больницы, но проследите за теми, кто попытается выяснить дальнейшую судьбу бывшей пациентки Самиры. И пригласи сейчас к нам Дору Фишман, предупреди, что опасна любая утечка информации о Самире.
Михаэль вызвал
