С таким вот настроем я и вошла в общую столовую. А там моментально воцарилось гробовое молчание, отчего-то. Осмотрелась и поняла, что за столами собрался полный состав невест. Увидала подруг, а также свободное место рядом с ними, и направилась в ту сторону. Шла и различала за спиной шепоток. Решила, что обсуждали мое длительное пребывание в целительской. Что же еще? Но решила, все же, уточнить догадку у Маринки.
– Что-то ко мне тут отнеслись настороженно? – Кивнула себе через плечо. – С чего бы это? Я же не болела, какой заразой!..
– Их понять можно. – Чуть слышно, почти одними губами, произнесла та. – Женихов двадцать девять, а невест с тобой вместе теперь тридцать.
– Значит, та, другая девушка, тоже получила кольцо?
– Угу. Получила. – Закивала Наташа. – Вон она сидит, светленькая за крайним справа столом. Двадцать минут назад так радовалась…
– Вижу, что и другие девочки загрустили.
– Еще бы! Конкуренция!.. Кому нужна лишняя соперница? – Пожала плечом Маринка.
– И вам тоже? – Прищурилась на обеих подруг сразу.
– И нам. – Ответила снова Марина. – Теперь уж точно известно, что выбывшие попадут в жены младшим демонам. Об этом директриса вчера объявила. Перед сном всех собрала и объявила. Как-то не хочется, знаешь ли, вместо дворца получить хижину.
– Угу! И в большую и преданную любовь с первого взгляда тоже больше не верите, как было вначале?
– А здесь и твоя заслуга отчасти есть. – Прищурилась на меня Маринка.
– Девочки, не ссорьтесь. – Выступила в роли миротворца Наташа. – Марин, причем здесь Ирина? Это же директриса намекнула всем вчера, что любовь будущего мужа надо заслужить, что она сама по себе не прилагается. Ну, не получились из нас истинные пары, что с того?..
– Вот как! Эта дама в платье с блестками начала нагнетать обстановку?..
– Нет. Она призвала проявить свои лучшие качества в предстоящих конкурсах.
– А это, что еще такое?
– Первым будет демонстрация талантов. Что-то вроде концерта получится. Мы с Мариной решили создать общий номер. Она хорошо играет на рояле, а я два года назад посещала курсы современных танцев. Хочешь, и тебя с собой заявим?
– Еще чего! – Возмутилась Маринка. – Ты за себя только можешь говорить, а я не согласна.
– Так, значит! Ладно. Сама справлюсь. И не переживайте за меня.
– Ну, зачем же так, девочки?.. – Металась между нами Наташа.
Занятия в тот день как-то совершенно прошли мимо меня. Понятно, что в душе затаился маленький такой взрыв, он-то и не давал ни на чем сосредоточиться. Ни на учебе, ни на мыслях о предстоящем состязании. Единственное, что осознала совершенно точно, так то, что если не взяла бы себя в руки, вылетела бы из отбора, так и не встретившись лицом к лицу с теми, из-за кого мы сейчас готовы были рушить дружбу и в дальнейшем «копья ломать». Чтобы успокоиться и настроиться на дело, я и отправилась на открытую террасу, ту самую, с которой открывался красивый вид на море.
Пришла, уперлась ладонями в каменный парапет и устремила взгляд вдаль. Туда, где обозначился черными клубами дыма беспокойный вулкан. Он мог позволить себе извержение, а мое время еще не пришло. Мне предстояло тихой волной плескаться у чьих-то ног.
– Чьих-то ног… чьих-то ног…
И тут слух уловил посторонний звук. Нет, это не был шелест легкого ветра, разыгравшегося с листвой раскидистого дерева, что росло недалеко. Морская вода тоже плескалась о берег иначе. Что же встревожило меня и отвлекло от невеселых дум? Вот! Снова.
– Смеется кто-то, что ли?
И я развернулась на звук, схожий с нежным, но далеким звоном колокольчиков. А там…
– Быть этого не может…
Мои глаза выделили мужскую фигуру из большой компании. На берегу, хоть и на большом расстоянии, смогла рассмотреть много народу. Мужчины и женщины. Но я, непостижимым образом, сразу, как прилипла взглядом, к нему, к тому самому Аполлону. Моя мечта резвилась на пляже в окружении приятелей и подружек. Что у них там происходило? Прогулка, пикник? Не очень-то это было важно, но отметила, что объект внимания пользовался грандиозным успехом у окружавших его дам. С большого расстояния не могла рассмотреть были ли это демоницы, а может еще кто, но только не наши, не Землянки – нас в другую одежду здесь нарядили. Они-то и хохотали так громко, что ветер донес сюда те звуки. А еще липли к моей грезе во плоти, ластились к нему, позволяли вызывающие касания его стройного сильного тела. Когда же красавчик присел в шезлонг, одна из них немедленно опустилась к нему на колени. И что же Аполлон? Вовсе не был против этого, даже наоборот!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А я сжала кулаки. Глупо, конечно, ревновать того, кто тебе не принадлежит, только ничего не могла с собой поделать. Да, в тот момент испытала самую настоящую ревность. Потом уже призадумалась и задала себе вопрос. А почему я сердилась на развеселившуюся девицу? Почему не на кареглазого? Дальше было больше. Я расслышала и его смех. Вот оно! Этот бархатный голос… Именно его слышала недавно, когда пряталась в шкафу Жертьена. Что этот Бархатный там говорил? Привязанностей у него никогда к человеческим женщинам быть не может? Руку приложил к перемещению девиц для этого конкурса? Одна шустрая голубоглазая дурочка особенно его потешила там, на Земле, так легко повелась на него? А он в не чем там запулил, каким таким пучком излучения?
– Спокойно, Ира! – Начала уже вслух усмирять разрушительный сгусток энергии внутри себя, готовый вот-вот вырваться. – Сейчас этот демон-соблазнитель в зоне недосягаемости для тебя. Думай о деле! Трезвее! Это тот вулкан бушует, а ты – волна. Точно! Спокойная, прозрачная, ласковая до поры… – Покосилась на берег моря, что был рядом со мной. – Да! Ласковая, прозрачная, а окунись…так и обожжет кислотой… Ух, месть моя будет сладкой!
После неудавшейся релаксации вблизи берега моря я явилась в общую гостиную на этаже. Как ни крути, а надо было определяться с моим выступлением на предстоящем концерте. В голову пришла мысль попробовать исполнить музыкальный номер. Там, на Земле мне приходилось получать похвалу от друзей и родственников за игру на гитаре. Вот и осмелилась попробовать заставить красиво звучать местные инструменты. Но получилось ужасно. И не было понятно: то ли те звуки на самом деле считались обычными для тех демонских струнных, то ли я в тот день ни на что хорошее не была способна. Остановилась на догадке про себя любимую, вот и отложила на завтра новую попытку подружиться с этими, прости господи, балалайка-гитарами.
А на следующий день у нас было первое занятие в танцевальном зале. И нас снова строем туда повели. В тесной раздевалке велели переодеться. Прямо на длинной скамье лежали и нас поджидали гимнастические костюмы. Облачились в обтягивающие трико и вереницей потянулись за женщиной хореографом. Помещение для занятия впечатлило, особенно зрительскими местами под высоченным потолком. И кого мы там увидели? Уж я-то точно знала, что тех самых женихов. Большую их часть. Откуда знала? Потому что среди них был и Аполлон. А девицы наши, наверное, почувствовали на какой-то свой манер, что на них пришли поглазеть не кто-нибудь, а… в общем, они старались выглядеть привлекательными. Очень старались.
Что же я? О, тоже приложила максимум усилий. Внимательно копировала стойки и повороты за преподавателем. А на кареглазого пыталась не смотреть. Возможно, предчувствовала, что могла сорваться, вот и отводила упорно глаза, в какой угодно угол, только чтобы в его сторону не взглянуть. Держалась долго, а в конце занятия не стерпела и подняла на него глаза. И, о, демон, он поймал этот мой взгляд и нахально подморгнул, а потом еще как отсалютовал рукой.
– Гад! – Злилась на него, на себя и на весь свет.
В гостиную вечером ворвалась фурией и начала истязать инструменты хлеще вчерашнего. Сотворенные мною ужасные звуки даже выгнали из помещения тех девчонок, что пытались в другом углу отрепетировать свой номер. А потом явился завхоз и высказал мне пожелание большинства, чтобы подобным «музицированием» занималась впредь в другом месте.
